А.Л.О.Н. – В сознание… (страница 10)

– Мои товарищи… капсулы с их телами, прилетевшие передо мной… – уточняет Виктор.

– Они похоронены с почестями. Не стоит волноваться.

– Да, понимаю.

Неловкая пауза затягивается. К удивлению Виктора, комендант нарушает её первым:

– Так вот, наши беженцы. Группа людей, по причинам, известным только им, решила отколоться от основной миссии и основать своё, независимое поселение. Это произошло около пятидесяти лет назад. В тот год проходило очередное заседание совета старейшин. Как обычно, раз в пятилетку они собрались, чтобы выбрать нового коменданта или подтвердить полномочия прежнего. На этот раз выбрали нового. Но прежний комендант отказался принять решение совета. Ночью он ушёл вместе с группой сторонников. Они прихватили львиную долю запасов общины: продовольствие, оборудование. Позже выяснилось, что всё было подготовлено заранее. Они направились к скалам, на край зелёной полосы, ближе к ледяной пустыне.

Виктор слушает внимательно, но внутри уже начинает складываться картина. Всё сказанное звучит правдоподобно. Даже слишком правдоподобно. Как будто Ким рассказывает не историю, а заранее подготовленную версию событий.

«Пятьдесят лет назад, раскол, уход, скалы, пустыня…» – Виктор мысленно повторяет ключевые фразы, пытаясь уловить, что именно в них не даёт покоя.

Он смотрит на Кима, и в какой-то момент ловит себя на мысли: а что, если это не просто политический конфликт? Что, если причина раскола была не во власти, а в чём-то, о чём ему здесь не говорят?

– А переговоры? Вы пытались наладить контакт? – перебивает Виктор.

– Да, конечно. Предыдущие руководители не раз пытались поговорить, вернуть их или хотя бы установить мирное сосуществование. Безуспешно. Они даже близко никого не подпускают. Мы не знаем, что у них там происходит… Они не знают ничего о нас.

– С тех пор не знаете?.. – уточняет он, стараясь говорить спокойно.

– Не знаем, – повторяет Ким. – Они не идут на контакт. Мы не приближаемся. Так безопаснее.

Виктор кивает.

Внезапно земля содрогается. После лёгкого толчка раздаётся оглушительный взрыв где-то за окном, предположительно, на окраине поселения. От вибрации пыль в комнате поднимается в воздух.

Комендант замирает на мгновение, но через секунду, очнувшись, говорит:

– Простите, я должен вас покинуть. Останьтесь здесь. Здесь безопасно.

Поспешно выходит и захлопывает дверь. Виктор слышит щелчок. Дёргает ручку. Заперто. Опасения подтверждаются.

–Ну что за… – вырывается у него.

Виктор подходит к окну и выглядывает наружу. Пытается рассмотреть хоть что-то за высокой стеной, преграждающей обзор. Ничего не видно. Окно не открывается, на раме почему-то нет ручки. Хоть разбивай и беги.

Он отходит к столу, протирает угол рукавом рубашки и садится прямо на столешницу. Пыль поднимается лёгким облаком, и в отблесках дневного света мерцает, проявляя нити солнечных лучей. Это напоминает ему вчерашний вечер. Ту странную, недоброжелательную сущность, которая, как ему показалось, пыталась его убить.

Он громко чихает и переключается на осмотр комнаты.

«Как можно работать в кабинете без стула?» – мелькает мысль.

Кажется, ещё мгновение, и он сам захочет к беженцам, просто чтобы уйти подальше от этого странного места. Лёгкий запах сырости не даёт покоя. Кажется, будто это здание пустовало и не проветривалось много лет.

Шаркающие звуки раздаются за дверью. Затем глухой удар и быстро приближающиеся шаги. Ручку кто-то дёргает, она не поддаётся. Виктор напрягается и встаёт. Ещё мгновение спустя сильный удар срывает дверь с петель, и та с грохотом падает прямо к его ногам, подняв новое облако пыли, ударившей прямо глаза и нос.

«А-а-апчхи» – Он снова смачно чихает.

На пороге стоит черноволосая девушка в странной маске, закрывающей всю нижнюю часть лица. Она направляет прямо в голову Виктора световой пистолет и спускает маску. Уголки рта дёргаются вверх в попытке изобразить улыбку на этом милом, как оказалось, личике, но тут же возвращаются на место.

– Он здесь! – кричит девушка куда-то в сторону и снова поворачивается к Виктору, не сводя с него оружие. Её карие глаза – такие яркие, живые – заворожившие на мгновение Виктора, пробегаются по пустой комнате, убеждаясь, что кроме него здесь больше никого нет. – Только попробуй шевельнуться…

– Диана, ты в порядке? – в дверном проёме появляется второй гость. Это худощавый парень в такой же маске и в кожаной чёрной куртке на голый торс. Короткие светлые волосы соломой торчат в разные стороны, отчего у него нелепый и даже глуповатый вид. С его огромными голубыми глазами он кажется ещё совсем юным. – Чего вылупился? Ты консул?

– Я. А что происходит? Вы из тех самых беженцев, что пытались вчера вечером убить меня? – Виктор слегка теряется, находясь под прицелом у незнакомки. «Неужели похищение?» – думает он.

Девушка высокомерно прищуривается, оглядывает его с головы до пят и, не сводя с прицела, направляется прямо к нему. Лёгкий запах пота, вперемешку с неизвестным цветочным ароматом, приятно врезается в нос. Виктор вдыхает всей грудью, ощущая, как ему кажется, что-то давно забытое и такое приятное. Естественный человеческий запах. Вот чего ему не хватало с тех пор, как он попал на планету.

– Беженцы? Хм. Кажется, он спятил. – Парнишка переглядывается с напарницей. – Давай, валим отсюда, кажись, он пока ещё нормальный.

– Нормальный? Что значит нормальный? – пытается уточнить Виктор, но ему затыкают рот какой-то тряпкой, и Диана, отдав оружие парню, ловко другой тряпкой перевязывает руки ему за спиной. Он не ожидает такого сильного хвата от столь привлекательной и на вид хрупкой девушки.

– Шевелись, если хочешь жить! – шепчет она ему на ухо и выталкивает из кабинета.

4.

Три серые тени проскальзывают вдоль внешней стены здания в противоположную от недавнего взрыва сторону. Где-то вдали на востоке рассеивается дым от плавящегося пластикового здания и почти осевшее облако пыли. Улицы ожидаемо пустынны. Виктор молча двигается следом за девушкой, старается не отставать. Он пригибается, повторяет движения Дианы, чувствует, как напряжение в теле перерастает в раздражение. Руки всё ещё связаны, каждый шаг даётся с усилием.

Для Дианы и её напарника это успех. Их отвлекающий манёвр сработал, путь свободен. То, что взрыв дело рук этих двоих, не вызывает сомнения. Но что они будут делать дальше? Им остаётся надеяться, что у западного края поселения теперь не окажется дозорных, которые смогут обнаружить их группу.

Для Виктора же это новая глава. Его только что вырвали из одного лагеря, где успели показать «правду» про беженцев, и теперь он оказался у тех самых, о которых говорил Ким. Противники. Если ему повезло, то именно здесь он услышит другую версию. И это значит, что похищение не конец, а возможность.

Группа из трёх человек как можно незаметнее пробирается через кварталы города-призрака. Слева от Виктора, чуть позади, идёт светловолосый парень. Тот следит за ним, не скрывает этого, время от времени подталкивает в спину, когда консул замедляется. Виктор, пригнувшись, следует за Дианой, глядя ей прямо в спину, и взгляд невольно падает ниже, на линии её бёдер, плотно обтянутых костюмом. Каждое движение перед глазами доводит его до дрожи. Возбуждение накатывает слишком быстро, будто тело вовсе не понимает, где он находится и в какой ситуации. Тряпка режет запястья, но он чувствует, как напрягается в паху, и от этого становится только хуже. Он старается отвести глаза, удерживать их на плечах, но снова и снова возвращается вниз, к изгибам, к шагу, к ритму её походки. Мысль о том, что это заметят, заставляет его стискивать зубы. Но желание сильнее страха.

Парнишка снова крутит в руках свой световой пистолет. Виктор всю дорогу наблюдает за этим и только сейчас его пронзает мысль. Это же технология Дрейка. Стандарт Республики, принятый ещё в двадцать втором веке. С тех пор всё вооружение строится на его схемах: стабильный луч, надёжная конструкция. Но им нужно обслуживание. Республика не производит другого оружия уже много сотен лет, и здесь, на окраине цивилизации, соответственно, другого быть не может.

Так что же его смущает.

Он смотрит на потёртый корпус, замечает износ, но это не имеет значения. Сам факт, что оружие работает, значит многое. Если в колонии сохранилось световое вооружение, значит, могли сохраниться и другие технологии. Возможно, есть генераторы, инструменты, модули связи. Возможно, есть способ добраться до орбиты. Возможно даже, починить корабль. А это – путь домой.

Диана оборачивается, бросает на него быстрый взгляд и вдруг смеётся. Виктор замечает, что смотрит она не на него, а на парня позади. Тот возится с лицом, вытирает пот тыльной стороной перчатки, только сильнее размазывая грязь. Его детские черты становятся нелепыми, и девушка не удерживает смешка.

– Тс-с, ты чего ржёшь? – с серьёзным видом произносит мальчишка. Он похож на трубочиста из старинных сказок. – Ну что там? Да твою ж мать, что с рожей?

Виктор неожиданно тоже смеётся, выплёвывая изо рта тряпку, которая до сих пор не давала ему дышать нормально. Смех выходит громким, резким, и тут же обрывается ударом под коленку. Он падает, сгибается от внезапности и оседает на землю. «Какая дерзкая», – думает он и заглядывает в тёмные глаза девушки, пытаясь разглядеть в них хоть какие-то эмоции. Но её взгляд остаётся холодным.