А. Кузнецов – Путь селекционера (страница 7)
Ну, пусть он не исчезнет, а хотя бы просто уйдёт, чтобы я мог спокойно вернуться в город и сказать, что молитва спасла меня.
Когда я открыл глаза, голова чёрта чуть крупнее моей была похожа даже не на головку молотка, как должно было быть, а скорее, на утюг. Носом-остриём оно было обращено в мою сторону, и от того, что на нём не было глаз, казалось, что оно смотрит в разные стороны, как маленький собрёнок. Вблизи он не казался чёрным. Неуловимые блестящие точки будто бегали по черноте космоса. Но это не была красота звёздного неба: голова напоминала скорее цвет побежалого металла, и в голову приходило адское пламя, в котором эти молоты перековывали людей, выбивая из них грехи, словно шлак из крицы. Поверья, от которых священники плевались, гласили, что к самым грешникам черти поворачиваются задней плоской стороной и бьют его вечно. А если грешника бьют узкой стороной, то это значит, что человек ещё может перейти в Верхнюю Палату. Черти стояли ко мне как раз узкой стороной своих морд и молчали.
Я рванулся было прочь, но тут же упал: ноги подкосились от ужаса, и я выронил бутыль, которая, впрочем, не разбилась. Молот наклонился надо мной. Вблизи его морда не казалась утюгом – скорее, каким-то изощрённым самогонным аппаратом, вроде того, что я мельком видел у Бояра в подполе. «Значит, – вдруг подумал я, – план был верным: эти должны были отвечать за грех пьянства». На морде виднелись ржавого цвета трубочки, заклёпки… Ржавое пятно на месте рта оказалось усеяно дырками. Когда Молот наклонился ко мне, из этого «рта» пахнуло чем-то металлическим и сладковатым. Меня затрясло так, что зубы застучали, но я не мог отвести глаз от этих дырок, похожих на пчелиные соты. И тут я услышал их
– Ты принёс нам дар?
Я сглотнул, кое-как вставая и поднимая бутыль:
– Это брага.
Черти, как мне показалось, были недовольны. Внезапно я почувствовал рывок, и бутыль оказалась в руке чёрта. Теперь, приглядевшись, я видел, что один из них был чуть пониже. Также вдруг я осознал, что мы до сих пор стоим на пороге замка и меня видит полгорода. Со страхом я ощутил ненависть людей за моей спиной – ненависть к предателю, как им, наверное, казалось.
– У нас говорят, вы ищете чудеса?.. – промычал я.
Черти так же, не открывая ртов, ответили:
– Ты пройдёшь с нами.
Сперва князь, теперь эти… Однако я последовал за ними, успокаивая себя тем, что, по крайней мере, меня не убили. Мы миновали несколько проломов в стенах. Я подумал, что им просто лень было ходить по коридорам, а разрушать они горазды, потому и взорвали городскую стену. Они бы это сделали, даже если бы ворота были открыты. Князь им был не нужен, а что им нужно, я скоро узнаю и, может, придумаю, как это использовать. Вскоре мы оказались в обеденном… точнее, это место при князе называлось «обеденным залом», наверное, а сейчас больше напоминало что-то среднее между помойкой и адским котлом. За столом сидел ещё один чёрт. Мои конвоиры даже ничего не успели ему сказать, как он обратился ко мне тем же низким, скрипучим голосом:
– Ты знаешь про чудеса. Что?
Я замялся. Кто их знает, какие чудеса они ищут? Не рецепт браги же! А выдавать секреты изготовления броневиков, даже если б я их знал, наверное, не стоило… Хотя, по уму, зачем им броневики? Внезапно вспомнив тех солдат в деревне и маму, я заплакал. Черти подняли меня и усадили за стол. Через минуту я пришёл в себя и то ли от страха, то ли от безразличия сплюнул в ответ главному чёрту:
– Вы мою семью убили. Какие ещё чудеса вам нужны?!
Бес равнодушно ответил:
– Мы убили тех, кто стоял на дороге. Мы знаем, что на вашей Рпй знали о нашем приходе. Откуда? Кто знал? Как?
От догадки у меня закружилась голова, перед глазами помутнело и, кажется, меня начало тошнить… Проснулся я ближе к ночи на копне соломы во дворе замка. Никого поблизости видно не было, но стоило мне приподняться, передо мной будто из воздуха возник чёрт, преградив путь. Кажется, это был тот, что поменьше ростом.
– Что случилось с тобой? Ты что-то вспомнил? – спросил он.
Я вздохнул. Хорошо, хоть Нюха отобрал у чертей, как у главных лжецов, способность копаться в мыслях людей.
– Да… не то, что вспомнил, но я понял, о чём речь… Вы же поэтому церкви грабите? Ищете?
Чёрт молчал. Эх, была – не была…
– Я могу поискать то, что вам нужно. Только вынесите меня за город, а то ведь мне одному не пройти. Убьют.
Чёрт как-то по-человечески, даже ласково, кивнул. Он взял меня на руки, будто я ничего не весил, и побежал. Он бежал быстрее броневика или лошади, и – о чудо! – никто из людей, попадавшихся в сумерках нам по дороге, не обращал на нас внимания.
Через несколько минут чёрт оставил меня, предупредив, что достаточно мне прийти на это самое место, как они заберут меня. Ещё через час я был в нашем убежище. Пыля и Заш спали. Я забился в кладовку, где за последние дни, кроме провизии, появилась и парочка винтовок, но даже здесь сон охватил меня не сразу.
Проснулся я от окриков Заша; сонный, вышел к нему и с трудом удерживался от того, чтобы рассказать, что же было в замке. Пыля ещё спал. Заш смотрел на меня с каким-то испугом, и я понял, что, пообщавшись с Молотами, сам в его глазах, как и в глазах горожан, стал нечистым. Очень захотелось дать ему в рожу, но я сдержался:
– Заш… Я понимаю тебя. Хочешь – сходи к ним сам. Мне кажется, что ты был прав, они – враги. Не враги рода человеческого, а просто враги, с которыми можно сражаться. И то, что наше оружие их не берёт, значит лишь то, что их броня крепче.
Заш кивнул, но холод из его глаз никуда не исчез. Он ждал рассказа. Вздохнув, я покачал головой:
– Подождём Пылю. Есть брага? Я б муху-другую сглотнул.
Заш, стараясь не терять меня из виду, отошёл за угол траншеи и спустя минуту вернулся с небольшой бутылочкой и рюмками. Налил мне и себе. Заш наливал брагу так, будто хотел раздавить рюмку. Его взгляд говорил яснее слов: «Я тебя прикрою, но если ты превратишься в одного из них – следующая пуля будет для тебя». Глупая мысль, конечно. Будь я чёртом, его бы уже ничто не спасло.
Брага пошла плохо. Отдышавшись, я пошёл будить Пылю. Он сперва отнекивался, но когда до него дошло, что это я, живой и вроде невредимый, он тут же вскочил и подбежал к столу.
– Шёл наш парень по дороге, видел он чертей, а потом он вдруг сумел их затащить в постель! С ними вместе напивался из последних сил! А потом всех победил он и спокойно жил! – После этого он съёжился и тихо продолжил: – Вещай, а коль не хочешь, так прощай!
Мысленно махнув рукой, я начал рассказ:
– Пыля, они действительно ищут чудеса. И знаешь, какое чудо они ищут?
Я не пытался его пугать, но, видимо, сам был настолько напуган, что ему тоже стало не по себе. Он задрожал, а я мрачно кивнул:
– Видения о приходе Молотов на землю. Наверное, «вещие» сны – бред, но они оказались пророческими. Бесы ищут тех, кто предсказал их приход. Они ищут
– Хотели бы – нашли бы, – вздохнул Заш.
В глазах Пыли понемногу проявлялись понимание и тоска: если не сообщим мы, то кто-то другой, рано или поздно, вспомнит про его пьяные речи. Хоть вообще в городе не появляйся! Я пожал плечами, стараясь не показывать, что мне такие мысли тоже приходили в голову.
– Если они, например, найдут Пылю, то кто скажет, что они остановятся? Они наказывают грешников. Может, они хотят увести от наказания праведников?
Пыля, конечно, на праведника походил мало, но рядом с нами и Зашем смотрелся вполне благопристойно. Даже рюмку двумя пальцами держал.
– Мне терять нечего, – продолжил я. – Семью мою они убили… Невинных…
Слёзы на минуту заставили меня умолкнуть, но потом я высказал, наконец, в чем боялся признаться даже самому себе:
– И я готов погибнуть, но только в сражении с ними.
Признавшись в двух грехах – стремлении к смерти и к мести, – я, наверное, потерял право на место в Верхних Палатах. Пыля, словно болванчик, качал головой, а Заш ходил кругами. Они перестали верить в тот план, который сами же придумали. Но иного выхода всё равно не было. Никто из нас не хотел возвращаться к «нормальной» жизни, и было решено послать меня завтра вновь в «Чёртов замок», как его успели окрестить горожане.
Заша отправили спать. Моё задание было самым простым, хотя и не из приятных: нужно было завлечь чёрта сюда так, чтобы он был один. Пыле нельзя было оставаться. Кто знает: вдруг, увидев его, черти поймут, кто он, схватят, и тогда… Не знаю, что
Мы с Пылей проверили расстановку мин, приготовленных Зашем. Ему выпала сомнительная честь, когда чёрт уронит посох, схватить его и выстрелить. Мы надеялись, что эти посохи будут работать и в человеческих руках. В конце концов, в древних сказаниях (которые дьякон называл апокрифами, но в каждой сказке есть правда!) говорилось, что сам Нюха когда-то стал демоном. Он уничтожил своих собратьев-Молотов, потом тысячу лет пахал землю голыми руками, пока не отмыл душу до блеска. Если уж ему удалось…