Зозо Кат – Гордость злодеев (страница 20)
Как же унизительно.
– Если кратко, я намеревалась подлить отворотное зелье брату, – начала историю. – Однако меня разоблачили не в самый подходящий момент. Эрик рассердился и решил отомстить, превратив меня в змею или другое мерзкое существо, а потом намеревался убить. Но я сумела убежать. Что было дальше, вам известно.
– Вашего брата приворожили? – удивился Эджил.
– Да, – кивнула. – Как и большую часть юношей академии.
– Вот как? – опять усмехнулся герцог. – И кто настолько силен, чтобы прибегать к запретной приворотной магии в таких масштабах?
Я взглянула на Эджила, раздумывая, надо ли говорить. Если скажу, он не поверит. В любом случае Мэрит, словно святая, рядом с которой не может быть и песчинки тьмы. Сейчас Воланд улыбается и ведет себя весьма дружелюбно. Даже играючи. Но что будет, когда я произнесу ее имя?
Сегодня он виделся с Мэрит, но у них было не так много времени для общения. Однако… стоит ли лгать?
Гордо приподняла подбородок, выдерживая тяжелый взгляд герцога.
– Мэрит Айдж, – ответила я, а глаза Эджила мгновенно вспыхнули алым светом.
– Вы… не желаете сдаться и принять истину, верно? – устало выдохнул он, мгновенно теряя интерес к беседе. Да и настроение у него резко испортилось.
– Думайте что хотите, герцог, – твердо бросила в ответ. – Вас я не хотела трогать. В каком-то смысле мне даже выгодно, чтобы ваш интерес к Мэрит не угас. Но Эрик… мой сводный брат… Это совершенно другое. Желаю я того или нет, но его глупые поступки отразятся на мне. Именно поэтому мне необходимо, чтобы он действовал рассудительно и с трезвой головой.
– И поэтому прибегли к отворотному зелью, миледи? – вновь вздохнул Эджил. – Оно сработает только тогда, когда в чувствах замешана магия. Если же это настоящая любовь, оно бесполезно.
– Значит, он ничего не теряет, верно? – ответила вопросом на вопрос, но Эджил промолчал.
Я знала, что он со мной не согласен. Знала, что он всегда будет на стороне Мэрит, поскольку любит ее с особой страстью. Но, к моему изумлению, сейчас, пока я была в облике ребенка, он не кричал, не проклинал меня и не пытался уверить в том, что я попросту не разбираюсь в любви и чувствах.
Эджил вел себя необычно. Более рассудительно? Хладнокровно? Сдержанно?
В итоге я решила озвучить то, что надумала после грандиозного поражения.
– Можете не переживать, ваша светлость, – выдала, спрыгивая с подушек на пол, а затем поправила юбку и осторожно направилась в сторону коридора. – Я решила ничего не предпринимать в отношении Мэрит и ее гарема.
– Что? Гарема? – переспросил Эджил.
– У нее ведь не один любовник. – Пожала плечами. – Впрочем, теперь неважно. Будь что будет. Сомневаюсь, что сейчас я смогу что-либо изменить. – После этих слов я оставила герцога одного – пребывать в размышлениях.
И даже после того, как дверь за моей спиной закрывалась, он ничего не сказал мне вслед.
Эджил выделил мне спальню. Если сравнивать с комнатой в общежитии, то она в разы меньше. Однако надо учесть, что и я изменилась в размерах, а весь мир стал поистине гигантским. В итоге я чувствовала себя вполне комфортно.
Рядом с покоями расположилась Сюзи, дожидаясь момента, когда мне понадобится ее помощь. После пережитого я едва ли сумела уснуть. Мысли и воспоминания мешали расслабиться. У каждого человека периодически наступает период, когда просто опускаются руки. Я ничего не могу сделать, нет ни единой идеи, как себя спасти. Ведь даже после того, как преподавательскому составу доложили о моей ситуации, учителя лишь отметили, что это не освобождает студентку от занятий.
То есть посещать бессмысленные лекции мне придется.
В народе бытует притча о двух лягушках. Обе попали в банки с молоком – и не могли оттуда выбраться. Одна смирилась с участью и ушла на дно. Без воздуха лягушка со временем утонула. Вторая же беспрерывно барахталась и взбивала лапами молоко.
Так старалась, что оно превратилось в масло: оперевшись о твердую поверхность, лягушка выпрыгнула из банки и обрела свободу.
Эта история учит нас не сдаваться. Интересный урок… Всегда думала, что я – та самая лягушка, которая борется за жизнь. Работает всеми конечностями и делает из молока масло.
Но вот парадокс: кажется, я и впрямь его взбила, но взобраться наверх не могу. В общем, масло стало лишь дополнительным грузом, который придавил меня ко дну банки.
И возникает вопрос: а оно того стоило? К чему привели мои попытки что-либо изменить?
Как ни крути, в тот самый миг, когда в академии появилась Мэрит, я проиграла. Вероятно, те девушки, которые смирились с судьбой и перешли на сторону сильных мира сего, поступили мудро.
Пора и мне покорно принять поражение.
И едва я об этом подумала, здание огласил пронзительный, какой-то звериный, отчаянный мужской крик. Казалось, с кого-то живьем сдирают кожу. Но на этом ничего не закончилось. Раздались грохот, шум, удары, треск переломанных вещей и вновь крики, от которых кровь стыла в жилах.
Что происходит? Сюда кто-то вломился?
– Моя госпожа! – воскликнула Сюзи, которая только что проснулась и была в одной ночной сорочке. Даже халат не успела накинуть. – Что?.. Что такое, госпожа?
В небольшом доме на тот момент находилось три человека: я, Эджил и Сюзи. Остальная прислуга должна явиться рано утром. Но, возможно, на Эджила совершено нападение. Вновь наемники? Очень может быть. Но теперь все серьезнее. Мы вместе. Под одной крышей.
Убьют его – перекинут вину на меня. Или наоборот.
Яростный крик буквально заставил трястись все здание. Сюзи заплакала и зажала уши ладонями. Она была напугана куда сильнее, чем я. Я не знала, что делать, но понимала одно: помочь Эджилу не сумею, а терпеливо ждать смерти от рук других – тем более. Если цель – кто-то из нас, надо выбираться. Сюзи им не нужна. У меня теперь маленький рост, и я смогу проскользнуть незамеченной.
– Пойду проверю, что случилось, – бросила служанке.
– Госпожа! Нет! Это опасно! – взмолилась Сюзи.
Я хотела ответить девушке, но раздался жуткий грохот, и Сюзи сжалась, обхватив голову руками. Воспользовавшись ее заминкой, я выскочила в коридор.
Как ни странно, никого на своем пути не встретила. А шум доносился из кабинета, объединенного с библиотекой. И вот там… не осталось абсолютно ничего целого. Казалось, в комнате что-то взорвалось. Книги разорваны в клочья, вся мебель переломана в щепки, шторы изодраны, в стенах имелись сквозные дыры, окна выбиты, а осколки стекол разбросаны по полу. Как и остальной мелкий мусор. Его так много, что даже ступить было некуда.
И посреди этого хаоса у окна стоял Эджил – спиной ко мне. Он молчал. Одежда, особенно в области рукавов, тоже порвана. Руки стиснуты в кулаки. С пальцев стекала бордовая кровь, но молодой мужчина ничего не замечал. Вообще ничего и никого.
Он тяжело дышал, как зверь после долгой и безудержной битвы. Но врагов рядом не было…
Неужели именно Эджил все и устроил? Но что на него нашло? Он вообще в своем уме? И очередной приступ настиг его внезапно ночью?
– Герц… – Я хотела сказать «герцог», как делала раньше, но решила повременить. Не та ситуация. А еще больше провоцировать его точно не хочу. – С вами все хорошо? – повысила тон. – Может, следует позвать на помощь?
От звука моего голоса Эджил вздрогнул и оглянулся. Глаза сияли таким ярким алым пламенем, что у меня дыхание перехватило. И я наконец-то заметила, что все в комнате рябило красными искрами от переизбытка маны.
– А… – протянул он с тихим хрипом. Наверное, сорвал связки, пока кричал. – Моя законная жена…
Что с ним? Это действительно Эджил? Он внушает страх. Сейчас я понимаю, почему его называют
– Что здесь произошло? – решила рискнуть. – На вас напали?
– Напали? – переспросил он и посмеялся глухим утробным смехом. – Да… можно и так сказать.
– И где враг? – Осмотрела комнату. – Убежал?
– Убежал?.. – опять переспросил Эджил, после чего задрал подбородок, втянул носом воздух и закрыл глаза. – Убежал… – повторил он. – Все они убежали.
Он точно свихнулся. Что-то явно не так.
– Ну… – осторожно продолжила, – в таком случае я вернусь к себе. Доброй ночи, герцог.
– Герцог… – откликнулся Эджил, и я сразу же напряглась.
Сказала слово не задумываясь. По привычке. Но, похоже, зря. Он вновь как-то странно засмеялся, а искры в комнате замерцали чаще и сильнее.
– Да, теперь я герцог! Ха-ха-ха! Лишен королевства, статуса, чести, гордости, но… – Эджил посмотрел на меня алыми, как драгоценные рубины, глазами. – Я женат. Женат… – продолжал он без остановки, будто пытался выучить новый сложный термин.
– Что с вами? – еле слышно спросила я, ощущая сухость во рту. – Вам… плохо?
– Нет, дорогая супруга, мне хорошо, – улыбнулся молодой мужчина, оскалившись как хищник. – Впервые за долгое время мне очень хорошо. Однако позвольте задать вопрос, моя дорогая супруга, – добавил он, полностью развернувшись, и зашагал ко мне, игнорируя хруст осколков под тяжестью ботинок. – Вам нравится то, кто вы есть?
– Что?.. – пролепетала, не понимая, к чему клонит этот безумец.
Эджил подошел ко мне вплотную и встал на одно колено, приложив правую руку к груди. Глаза до сих пор пылали алым, а на губах играла улыбка.