Зозо Кат – Гордость злодеев (страница 19)
И только шепот:
– Герцогиня?..
Но Эрик не унимался. Как назло – для него, но не для меня, – брата задерживали студенты, которые вышли на шум. Для взрослого парня в коридоре стало немного тесно, но не для маленькой девочки, которая пробегала между учащимися, шлепая голыми пятками по полу.
– Диана, пожалуйста! – продолжал звать Эрик, умоляя. – Диана!
Но я его даже не собиралась слушать. Все, что можно, Эрик уже сказал. Если бы при мне все еще было мое тело, я бы, вероятно, подумала о том, как образумить брата. Хотя прекрасно понимаю, что это бессмысленно.
Он видел отворотное зелье. Любой разговор приведет к скандалу.
Чудом удалось выскользнуть на улицу. Тогда-то я и почувствовала, как ледяные и острые мелкие камушки принялись безжалостно впиваться в стопы. Но дискомфорт ничего не значит. Да, больно, но я хотя бы жива.
Однако… ненадолго.
Когда я вылетела из здания, попыталась свернуть к женскому общежитию, но была вынуждена резко остановиться: по дорожке шли студенты академии. И среди них – наследный принц Андрес и дочь барона. Мэрит. От неожиданности я не устояла на ногах, вновь наступила на край белоснежной блузки и с глухим звуком упала на землю прямо перед этой парочкой.
Болело все. Ступни горели, словно по углям ходила. Ладони саднило. Коленки пульсировали. Даже щека оказалась слегка задета и ныла, но единственное, о чем я думала, – насколько мне стыдно. Как я ненавижу эту ситуацию. Упасть на землю… и перед кем? Перед теми, кого терпеть не могу.
– Диана! – доносился возглас Эрика со стороны входа в мужское общежитие.
– Диана? – ахнул принц, опуская взгляд, и по-новому посмотрел на меня. Если ранее он был просто удивлен тем, что на территории академии – ребенок, то теперь буквально посинел от переизбытка эмоций. – Диана фон Хэлстейн? – Похоже, он до сих пор не мог поверить.
Я перепачкалась в грязи, длинные белоснежные волосы спутались, на мне практически не было одежды, а из глаз ручьями текли слезы. Если честно, ради того, чтобы сегодняшнего дня в принципе не существовало, я готова прыгнуть в объятия гильотины.
Андрес не моргая смотрел на меня. Зеленые глаза широко распахнулись, про дыхание он вообще забыл, но страшнее всего оказалось то, что он медленно потянулся ко мне, как и Эрик ранее, раскрыв ладонь.
– Нет! – завопила я детским раздражающим голоском.
Но иного выбора не было: силы на что-то большее я вряд ли найду. К тому моменту к нам подоспел Эрик, и я поняла, что теперь мне точно не уйти. Спасения нет. Инстинктивно съежилась, притиснув коленки к груди, а руками обхватила голову.
Слова брата о том, что он свернет мне шею, снова и снова всплывали в сознании. С каждым ударом сердца я вспоминала, как он проклинает меня и обрекает на… это существование.
– Диана… – услышала запыхавшегося Эрика. Брат был неумолим.
– Не трогайте! – закричала со всей силы. – Оставьте меня!
– Ди… а?.. – опять позвал меня Эрик. Кажется, он хотел что-то сказать, но не смог.
Неожиданно на меня накинули тяжелую черную ткань, которая окутала все тело… а после сильные руки с ощутимыми мозолями на ладонях подняли меня в воздух, плотнее завертывая в материю, но сохраняя отверстие для лица. Слегка отстранившись, я уставилась на того, кого меньше всего ожидала увидеть.
Эджил де Воланд.
И тогда сердце наконец-то успокоилось, а страх начал отступать. Он держал меня на руках, внимательно разглядывая, и не говорил ни слова. Хмурый взор черных глаз выражал недовольство. Он мог обвинить меня в самонадеянности и в необдуманности поступков. Да чего там? Я тоже себя во многом винила. Сглупила и не сумела контролировать эмоции. А вот и расплата…
Но герцог не упрекал меня: свободной рукой он прикоснулся к моему лицу, стирая со щеки грязь и следы слез. Его ладонь всегда казалась мне большой, но сейчас она была просто огромной.
– Кто-нибудь мне объяснит, почему моя жена в таком состоянии? – грозно спросил Эджил, переводя взгляд то на Эрика, то на Андреса.
– Ну… – неуверенно начал брат. – Проклятие…
– Проклятие? – еще сильнее нахмурился Эджил. – И какое же?
– Ах! – раздался шокированный вздох Мэрит, которая тотчас прижала ладонь к губам. – Эрик, как же так?
– Что ты?.. – бросил принц, не понимая, почему Эрик осмелился на такое.
Эрик, конечно, мог увильнуть от ответа: дескать, я подмешала что-то в воду и пыталась его отравить. Да вообще мог сказать что угодно, к примеру, что я угроза для всеми любимой Мэрит. Уж кто-кто, а Эджил и Андрес всегда поддержат парня в этом смысле. Но… Эрик ничего не говорил. Насупившись и опустив голову, он молчал: хватило и признания в том, что все сделал именно он, а не я.
Но я лишь отвернулась ото всех, спрятав лицо на плече Эджила. Голоса студентов, которые с каждой секундой становились громче, перерастали в этакий гул. Словно рядом летал рой насекомых. Эрик вроде бы направился ко мне, пытаясь дотронуться, но я среагировала быстро. Плотнее прижалась к Эджилу, стиснув его рубашку маленькими ручками: на мне, оказывается, был фрак герцога…
– Вынужден попросить прощения, леди и господа, – проговорил Воланд, слегка поклонившись и делая шаг назад. – Но, как видите, моей супруге нездоровится. С вашего позволения, мы покинем вас. Продолжайте наслаждаться прогулкой. – Герцог развернулся к студентам спиной и уверенным шагом направился подальше от мужского общежития.
Еще какое-то время я высматривала Эрика, Андреса и Мэрит через плечо Эджила, но, когда он выбрался на аллею роз, наблюдать за ними не могла.
Да и незачем…
Позже вечером я ужинала с Эджилом, как-то устроившись за огромным столом. По правде сказать, вообще не хотела ни есть, ни разговаривать, ни делать что-либо еще. Чувствовала полнейшее поражение. Похоже, у меня и правда такая судьба – вечно проигрывать главным героям.
Мы находились не в общежитии, а в поселении учителей, в котором каждый преподаватель имел просторные апартаменты. Не особняк, но уж точно не комната в общежитии. Скорее, небольшой домик, где благополучно умещалось все необходимое. И теперь мы с герцогом подготавливались к длительной беседе.
Я должна быть признательна герцогу. Он быстро позаботился об одежде, и спустя считаные минуты у меня были всевозможные наряды, подобранные под нынешнюю фигуру. То же самое с обувью и с украшениями.
Сюзи была настолько удивлена, что сначала просто молча меня разглядывала, но, если честно, похоже, она довольна таким положением дел. Служанка не скрывала восторга, когда помогала мне с одеждой и купанием. Это раздражало, но я слишком вымоталась, чтобы злиться и проявлять недовольство.
В итоге к ужину я была уже вымыта, спокойна и наряжена, словно самая дорогая фарфоровая кукла в мире. Но мне противно смотреть на собственное отражение в зеркале. Мне нравятся наряды, я люблю украшения, но я теперь… ребенок. Как с этим может свыкнуться взрослая девушка?
Какое-то время мы хранили молчание. Эджил ел, периодически бросая в мою сторону любопытные взгляды, а я, восседая на нескольких подушках, перекатывала зеленые горошины по тарелке. В голове было пусто. Я больше не вижу смысла нигде и ни в чем.
– Миледи, вам бы не мешало поужинать, – неожиданно начал Эджил. – Вы и кусочка не съели.
– Благодарю, я не голодна, – хладнокровно ответила, стараясь говорить как обычно, но голос показался настолько раздражающим, что я мгновенно закрыла рот и зажмурилась.
Как… ужасно.
– Хм… – протянул Эджил, наблюдавший за моей реакцией, и усмехнулся. Сделал глоток из бокала, после чего добавил: – Я попрошу поваров, чтобы отныне готовили блюда из детского меню.
– Прошу вас! Не нужно… – вспылила я, тотчас стиснув кулачком вилку.
– Будет проблематично, если вы не станете питаться как следует, – продолжал ухмыляться молодой мужчина. – Это только ухудшит ваше состояние.
– Благодарю за беспокойство, но я в порядке, – проронила и посмотрела герцогу прямо в глаза, но тот лишь шире улыбнулся.
– Миледи, вы прокляты, – спокойным тоном отозвался герцог. – Ни о каком порядке здесь не может быть и речи.
– Ваша светлость!..
– Лучше расскажите, что же все-таки случилось? – поинтересовался он, решая закрыть предыдущую тему. – По какой причине вы оказались в мужском общежитии?
Он поднял этот вопрос… А ведь я до конца надеялась избежать разговора хотя бы сегодня. Но нет… не зря говорят, что беда никогда не приходит одна.
– Разве вы не получили ответ от моего брата? – равнодушно спросила, уставившись в тарелку.
– Меня занимает ваша версия событий, – ответил герцог, подперев голову рукой. Тем самым давая понять, что приготовился слушать.
У меня не оставалось выбора. Либо расскажу, либо он начнет сердиться. А в моем случае и намека на угрозу достаточно. Не могу понять, как это устроено, но теперь я в своем детском облике действительно не умею управлять эмоциями. Годы учебы, практики, бесконечные часы наставлений… и все в пустоту. Я не контролирую ни слезы, ни злость, и главное – это видят люди, которые находятся рядом.
И всему виной одно лишь проклятие…