Зоя Ласкина – Дорога за грань (страница 70)
– Не буду, Айдер. Ничего я рассказывать не буду. – Йорэн осторожно убрал его руки и отступил на шаг. – Ты прав. Я видел, как связанные присягой хорошие парни из-за самодурства правителей творили невесть что. И я вижу, что сехавийцы и впрямь стараются не проливать понапрасну кровь в захваченных городах, не относятся к мирным арденнцам как к рабам, во всяком случае пока. Может, ты и прав и это не нарочитое благородство, а настоящая порядочность. Или завтра они покажут истинное лицо и в очередной раз выяснится, что люди есть люди и повод для ненависти найдется всегда. Я не хочу проверять. Я слишком много ошибался и очень от этого устал. Я не стану сражаться за Сехавию, даже если назовешь ее Хонгорией, но и в Виарен не вернусь и за него биться не буду тоже. Освободи Айнери, мы уйдем, и больше ты нас не увидишь.
– Говоришь как столетний старик, – усмехнулся Айдер. – Все надоело, ничего не нужно. Чем займешься-то? У камина будешь штаны вечерами просиживать? В огороде копаться?
– Разве не ты только что это главным назвал? Выращивать хлеб вместо того, чтобы мечом махать?
– Как знаешь, братишка. Если ты так решил, то я, как обещал, спорить не буду. Но ты хоть ударь меня для вида, что я не просто так подругу твою отпустил.
– А этот? – Йорэн кивнул на связанного сехавийца, уже пришедшего в себя и слышавшего часть разговора.
– С ним договорюсь.
– Ладно. И куда же тебя ударить?
– Куда сможешь, – вновь усмехнулся Айдер, доставая элатри. – Предлагаю напоследок небольшой поединок, как раньше. Не волнуйся, я поддамся, – он подмигнул. – Неохота получить в лоб просто так, без драки.
– Спокойно, Дан, – приказал Йорэн. – Сидеть! – И потянул из ножен свой меч.
Дождь вроде как начал стихать, но все еще оставался довольно сильным, когда они скрестили клинки. Сехавиец и впрямь сражался слабее обычного: парировал удары, но сам почти не нападал, лишь иногда делал легкие, почти неопасные выпады. Йорэн примерился к его тактике, нащупал в ней брешь и прикидывал теперь, как нанести такую рану, чтоб не была смертельной, но выглядела при этом серьезной. В конце концов он нацелился в правую руку брата. С первой попытки не достал, но несколько мгновений спустя сехавиец открылся совсем уж удачно, не иначе нарочно.
И в миг, когда Йорэн уже намеревался сделать выпад, в глаза ему ударила оранжевая вспышка, а следом раздался вопль. Айдер исчез, поглощенный пламенным шаром. Струи дождя не были помехой этому огню, насквозь промокшая одежда вспыхнула, как сухая береста.
Крик замолк, едва начавшись. Пламя погасло так же внезапно, как и появилось. На землю рухнул обугленный труп, какие-то мгновения назад бывший счастливо смеющимся человеком. Братом.
– Это все или еще кто-то есть? – невозмутимо бросила Ниара, спускаясь с неба на огненных крыльях.
Интерлюдия. Как за каменной стеной
Пока одна сехавийская армия сражалась с Гаэльтраном, вторая направлялась к Виарену, и Риолен приказал выдвинуть им навстречу почти все собранные силы. Насколько он знал, была еще и третья, отправленная захватить Эрганд-арин с моря, но, по слухам, потерпевшая поражение. Сехавийцы не сумели даже высадиться на берег. Из дальней провинции новости доходили плохо, но Риолен точно знал, что сильного флота у наместника не было, и не мог взять в толк, как они ухитрились разбить сехавийцев на воде. В любом случае это была одна из немногих хороших вестей.
Король рассчитывал, что с идущей на Виарен армией удастся справиться: арденнские маги дорогого стоили, да и у воинов оружие и доспехи превосходили вооружение противника. Однако лошадники брали числом и яростью, сражались как демоны. Войско Арденны пока побеждало, но враг отступал очень медленно, и каждый отвоеванный лан земли стоил арденнцам немалой крови.
Когда казалось, что победа уже близка, к сехавийцам присоединились остатки третьей армии. Риолен надеялся, что те попробуют взять Эрганд-арин с суши и там наверняка застрянут, но они, видимо, трезво оценили свои возможности и выбрали цель попроще.
Нападавшие на Гаэльтран сехавийцы также не жалели ни сил, ни собственных жизней. Провинция, возомнившая себя отдельной страной и недавно грозившаяся подмять под себя всю Арденну, продержалась меньше сезона. Требовать помощи у Виарена наместник Гаэльтрана, слава богам, не рискнул: понимал, что встретят его отнюдь не дружелюбно, но Риолен все не мог избавиться от мыслей, что лучше бы потребовал. Мирные жители, в конце концов, были ни в чем не виноваты. С другой стороны, отправлять военную помощь мятежной провинции было бы… не по-государственному, что ли. Боги избавили короля от сложного выбора, но истина не перестала быть таковой: Гаэльтран не задержал врага. И вскоре армия победителей вышла под стены Виарена.
Войско сехавийцев было сильно потрепано, к тому же часть оставалась в Гаэльтране следить, чтобы не случались бунты, но и в Виарене оставалась лишь горстка защитников, и надеяться приходилось лишь на прочные стены. Впрочем, и эта надежда была слабой: Риолен давно получил донесения из Фредена об имевшихся у противника осадных орудиях.
Он должен был знать заранее. И про орудия, и про флот Эрганд-арина, и про бунт Гаэльтрана. И он знал бы, если бы не приходилось отвлекаться на распри со Светлым Советом, опасаться нового предательства и заниматься спасением собственной жизни. Будь больше времени до начала войны, чтобы навести порядок в столице, все могло бы быть по-другому. Но приходилось иметь дело с тем, что есть.
Окруженный охраной, король со стены смотрел, как ломают ворота его города. Ирмалена умоляла его остаться в замке, но он не мог. Он должен был лично руководить остатками войска, внушать им уверенность своим присутствием и, в конце концов, увидеть, как падет Виарен, если это случится.
Вокруг окованного железом бревна, служившего тараном, лежали десятки тел как защитников, так и нападавших, но вновь и вновь сехавийцы отбрасывали арденнцев, добирались до своего орудия, и вновь раздавались мерные глухие удары.
Наконец створки с треском и грохотом рухнули внутрь. Первые всадники прорвались сквозь ворота. Несколько стражей и кое-как вооруженное ополчение встали на их пути. Среди них был и Тимлен. Столь же упрямый, как и сам Риолен, он не желал прятаться за стенами замка и рвался в бой, не слушая ничьих увещеваний. Хорошо, за стену не полез, хотя после обрушения ворот это было уже неважно. Защитники задержали нападавших лишь на мгновение, затем их просто смяли.
Все было кончено. Сейчас враг поднимется на стену, и останется лишь сдаться. Тимлен зарубил одного сехавийца, сбросил с лошади второго, но третий выбил меч из его рук и сам замахнулся на бьёрлундца. Риолен в ужасе подался вперед. К его удивлению, меч, нацеленный в грудь умелой рукой, прошел мимо, даже не задев парня. Следивший за клинком король лишь мгновение спустя осознал картину целиком. Лошадь сехавийца рухнула на землю вместе со всадником. С еще двумя нападавшими случилось то же самое. Риолен пытался понять, что происходит, но в творящейся внизу суматохе это сложно было разобрать. К тому же солнце уже почти село, бой проходил в тени стены, свет факелов позволял разглядеть лишь силуэты, но и этого хватало, чтобы увидеть: творится что-то странное.
Несколько рослых воинов, явившихся словно из ниоткуда, сбивали лошадей на землю голыми руками. Упавшим всадникам хватало одного удара их ноги, чтобы мгновенно прекратить шевелиться и кричать. Двигались эти воины неспешно, форму не носили – во имя всех демонов, да на них и вовсе не было одежды! И наконец король осознал, чт
Они встали в ряд поперек дороги, не давая врагу пройти дальше в город. Мечи и копья бессильно отскакивали от их тел, в то время как удары самих статуй разили насмерть. И без того измученное долгими боями войско сехавийцев дрогнуло, попятилось, а затем понеслось прочь, оглашая воздух бранью и воплями ужаса. Когда надежда оставалась лишь на чудо, именно оно и явилось на помощь.
Город выстоял.
Глава 15. Уйти или остаться
Уже который день подряд Йорэн шел, уставившись под ноги, и в основном молчал. Если его о чем-то спрашивали, то лишь мотал головой, невнятно мычал или в лучшем случае отвечал односложно. Даже на идущую рядом Айнери не смотрел. Трудно было поверить, что этот самый человек с воплем бросался на недоумевающую Ниару, грозясь ее убить. Эорни вдвоем с Дином еле удалось удержать его.
«Оставь ее, она лишь хотела помочь», – примиряюще говорил Дин.
«Это случайность, она не виновата, приди в себя», – вторил ему тейнар.
«Я же сказал – ждать меня! – кричал Йорэн, и слезы текли по его лицу. – Сказал, что сам разберусь и огонь тут не нужен!»
Фейра хлопала глазами и, к счастью, не пыталась оправдываться: то ли не знала, что сказать, то ли понимала, что любые ее слова разозлят воина еще больше.