Зоя Ласкина – Дорога за грань (страница 58)
– Урожай только через сезон, что я тебе отдам? Последний мешок муки, которого и так едва на две деканы хватит?
– Соседи поделятся.
– А то ты их не обобрал! Я же видел!
Айнери замерла на лавке, уставившись в пол и судорожно сжимая пальцами деревянный край. Пусть берет что хочет, только бы убрался. Если он уже приходил раньше, то поймет, что она не местная. Да, беженцев в эти дни хватает в любой деревне или городе, но здесь, у самой границы, у захваченной крепости, кто мог и хотел, давно уже унес ноги. Хозяин был к ней добр, помочь бы ему… но у нее дело поважнее, да и что она может против вооруженного отряда?..
– Дружище, я ведь по-хорошему прошу, давай не дури, – уговаривал сехавиец. – Мы теперь заодно, одна Великая Хонгория, как встарь. Поможешь нам – тебя потом не забудут. Вам ведь показали Узор, урожай взойдет – залюбуешься, ты такого еще не видел.
– Да что могут твои закорючки! Совсем за дураков нас держишь? Думал хлеб за детские сказки купить? – кипятился хозяин.
– Повтори мне это, когда урожай увидишь. Или погоди, вы что, дурни, вокруг поля забор с Узором не поставили?
– Заняться нам больше нечем! И так ни лошадей, ни плугов не хватает, еще с твоей ерундой возиться!
– Ох, дурачье! Да, придется вами заняться потом. А теперь отойди, дай сам погляжу, чего тут прячешь. Лишнего не возьму, не боись.
Он мягко, но уверенно отодвинул хозяина в сторону. Тот недовольно фыркнул, но противиться не стал. Сехавиец прошел мимо Айнери, она по-прежнему избегала на него смотреть, потому не знала, разглядывает он ее или нет. Воин порылся в сундуках и корзинах, что-то достал, вернулся, пошарил у очага, заглянул внутрь.
– И впрямь негусто, – вздохнул он. – Муку, так и быть, забирай. А вот зерно возьму, все равно тебе от этой горсти толку мало. Теперь показывай, где погреб… хотя погоди-ка.
Айнери по ногам видела, что он повернулся к ней, осторожно подняла взгляд, стараясь выглядеть как можно безобиднее. Впрочем, притворяться напуганной нужды не было: она была одна в чужом доме, перед воином армии захватчиков, какая уж тут уверенность.
– Ты вроде нездешняя, – поднял бровь гость. – А вещи твои где?
Он заглянул под лавку и схватил сумку Айнери. Девушка ощутила, как холод сжимает ее сердце.
– Можно я сама покажу? – потянула она руку к сумке. Голос против воли задрожал.
– Давай, – пожал плечами тот. – Только не вздумай ничего утаить.
– Там ничего интересного.
Она поставила сумку на лавку, распахнула ее, достала первую попавшуюся вещь, оказавшуюся рубашкой, аккуратно положила на виду. Вновь засунула руку, стараясь двигаться спокойно и расслабленно. И тут же, подхватив сумку, бросилась прочь.
Сехавиец в два прыжка догнал ее у двери, больно вцепился в руку, развернул к себе.
– Что у тебя там?!
Он вырвал сумку и вытряхнул ее содержимое. Элатри со звоном упали на пол. В тот же миг, воспользовавшись его удивлением, Айнери подхватила клинки, вонзила один воину в ногу и вновь рванула прочь, слыша позади крики и проклятия. Ее заметили сразу. Лежащий у крыльца в ожидании Дан подхватился с громким лаем. Двое других сехавийцев бросились наперерез, один с силой пнул Дана, тот отлетел с жалобным скулежом. Девушка сделала попытку перемахнуть через хлипкую изгородь, но та хрустнула под ее весом, начала заваливаться, увлекая за собой. Подняться Айнери не успела – ее прижали к земле, заломили руки за спину.
– Ну ничего себе! – потрясенно произнес один из воинов, разглядывая ее клинки. – Похоже, тебе многое придется рассказать.
Глава 13. Настоящая угроза
Ломенар ненавидел себя. Трус! Слабак! Поначалу можно было поддаться самообману: мол, он просто повзрослел наконец, мол, не хочет проливать кровь зря, бросаться сломя голову в любые авантюры. Однако когда рисковать собственной жизнью ради своего народа отправилась Эльдалин, отрицать очевидное стало глупо. Он должен был поехать с ней, быть рядом, оберегать, несмотря ни на что… и не смог заставить себя. Одна мысль о поле боя, об оружии даже в чужих руках заставляла его цепенеть. Какой с него толк, если в миг опасности он не сможет даже вынуть меч из ножен?! И он остался, чувствуя себя никчемным и бесполезным.
С содроганием он ждал новостей. Те приходили, тревожные и путаные, заставляя переживать все сильнее.
Сначала говорили, что армию Эльдалин разгромили.
Потом – что они позорно бежали.
Затем – что среди войска был отряд предателей, который устроил ночную диверсию и восстал против союзников-арденнцев. Про то, чем это кончилось, тоже ходили разные слухи.
Но по крайней мере все сходились на том, что Эльдалин жива и возвращается.
Ломенар не находил себе места в ожидании, когда же наконец она вернется и все прояснит. Ему даже поговорить было особо не с кем: большинство придворных избегали его, равно как и слуги, хотя порой всё же давали вежливые односложные ответы на его взволнованные вопросы, а к Итиолу полуэльф опасался лишний раз подходить, не желая беспокоить своими страхами советника королевы.
Однако раньше Эльдалин в городе появились те, кого он тоже давно ждал, просто за переживаниями как-то упустил оговоренные сроки.
Он сидел в дальнем конце дворцового сада. Пытался читать, но слова расплывались перед измученными бессонницей глазами, и он просто бездумно следил за искрами, которые рождали солнечные лучи в украшавших сад хрустальных подвесках. Тогда-то и захлопали крылья, и перед изумленным Ломенаром опустился живой и вполне здоровый Иннер.
–
Иннер озадаченно нахмурился, присел рядом и бережно взял полуэльфа за руку.
– Что с тобой, брат? – спросил он на арденнском. – Какие бури пронеслись над тобой с тех пор, как мы расстались в мертвых землях? И с чего ты решил остричь волосы? Длинные смотрелись куда лучше.
– Все в порядке, Иннер. Не бери в голову, просто плохо спал ночью. А насчет волос – захотелось вот что-то поменять. – Ломенар наконец вполне искренне улыбнулся. Он не имеет права взваливать на друга заботу о своих пустых тревогах. Он в тепле и уюте, в безопасности, а кошмары… что ж, он справлялся и не с таким. Ломенар опасался только, что Иннер спросит про
Слава всем богам, тейнар не стал ни настаивать, ни расспрашивать.
– Меня беспрепятственно пустили во дворец – очевидно, королева Эльдалин заблаговременно распорядилась, – проговорил он, оглядываясь. – Я пока не имел чести быть ей представленным, но ты любишь ее, брат, и одно это – залог моего доверия. Амартэль тоже прибыл со мной, но он придет, когда стемнеет, опасается, что кто-то во дворце узнает его.
Ломенар невольно отметил и это простое «Амартэль» – видно, тейнар и глава клана сдружились за время своего путешествия, – и то, с каким уважением Иннер говорил об Эльдалин. Полуэльф позволил себе незаметный вздох облегчения. Почти все в сборе, какие-то перемены точно будут к лучшему.
Глава Агальмаритов успешно выполнил задуманное и привез Алую Сферу. Ломенар так и не мог называть его отцом: слишком долго они оставались чужими друг другу. Тем не менее он был рад отвлечься. Теперь оба знали его тайну, он все же выговорился им. В первую очередь своему другу: Ломенару не сразу, но удалось пересилить себя и рассказать и о кошмарах, и о трудностях с применением оружия. Амартэлю он доверил более краткую версию – тот в целом понял его и поддержал как мог, хотя поддержка Иннера оказалась для Ломенара более желанной и ценной.
Сам же Амартэль поделился такими новостями, что, выслушав его, Ломенар на миг забыл про собственные заботы, и даже мысли об Эльдалин отошли на второй план.
Впрочем, стоило ей вернуться, и тревога за нее вспыхнула в нем вновь. Встретив ее на площади у дворца вместе с другими придворными и выказав ей подобающее уважение, как и подразумевала его должность советника по делам людей, Ломенар с трудом дождался, когда королева направится на отдых, и перехватил ее у дверей ее покоев.
– Эли, как ты? Цела? – Он бросился к ней, не обращая внимания на ее личных стражей, смотревших на него с неодобрением. Бережно взял ее за руку, заглянул в глаза – прежде лучистые, теперь какие-то погасшие. От усталости или чего-то другого?
– Не ранена, – рассеянно отвечала она, глядя куда-то мимо. – Но в остальном все плохо.
– Тут тоже есть новости, и не самые добрые. С другой стороны, они могут быть решением твоих нынешних трудностей. Отдыхай, завтра все расскажешь, – он погладил ее пальцы. – И еще: прибыл кое-кто, с кем тебе непременно нужно поговорить.
Хотя Ломенар и рассказал ей о том, кто искал с ней встречи, и появление Амартэля не стало неожиданностью, все же, когда на другой день он вошел с ним в королевскую приемную, Эльдалин едва смогла скрыть волнение. Преступник, погрузивший под воду часть Оссианды, или оклеветанный мечтатель, открывший однажды путь в другие миры, – так или иначе, он был легендой. Когда в прошлом Эльдалин слышала его имя, ей казалось, что речь о персонаже из древних историй, в которых вымысел с правдой перемешался за давностью лет. И он и правда внешне очень походил на Ломенара – наверное, тот станет таким же через много лет…