Зоя Ласкина – Дорога за грань (страница 24)
Гном перевел, и Эриати понимающе кивнул, что-то сказал слуге, и тот исчез за дверью.
– Если пока это все, то, с вашего позволения, я вернусь в зал, – перевел гном очередную фразу.
Йорэн знаком показал, что не против.
Едва дверь закрылась, Айнери деловито уселась за стол и принялась за еду. Йорэн и сам умирал с голоду, но в то же время кусок не лез в горло. Мысли постоянно возвращались к Фредену. Отец наверняка в ярости от его исчезновения. А друзья? Считают его трусом? Думают, что столичная служба сделала его мягким и слабым, в то время как они боролись с набегами, рискуя жизнью? Или всё же надеются на его возвращение? Он не мог успокоиться, пока не поговорит с Эльдалин, ведь еще неизвестно, что она ответит.
Айнери замерла, глядя, как он ковыряется в тарелке.
– Что не так? Думаешь, нам что-то могли подсыпать?
– Что? Нет, конечно, не говори глупостей. Мы здесь одни и безоружны, им не нужны хитрости, чтобы с нами справиться.
– Тогда…
Тут вернулся слуга и с ним еще один, они тащили здоровенную лохань с водой. Второй слуга старательно делал вид, что люди ему не интереснее других гостей, но украдкой бросал на них любопытные взгляды. Йорэн, отвернувшись, устало прикрыл глаза рукой. Он услышал, как воду выплеснули в ванну и как хлопнула дверь.
Когда Йорэн открыл глаза, Айнери сидела у его ног, положив руку ему на колено.
– Эй, перестань, слышишь! Мы добрались, нас пустили и выслушали, о нашем приезде сообщат. Все будет хорошо. Сам же говорил, вернуться всегда успеем. Глупо бросить все сейчас и нестись обратно и глупо корить себя за то, чего уже изменить не в силах.
Йорэн уставился на нее, пораженный. Если бы у Айнери вдруг выросли крылья, он и то бы не так удивился. Он никогда не видел и не мог представить эту девушку такой: смиренной, тихой. Она же на весь мир смотрела с вызовом, не была податливой и нежной и в минуты близости, даже в ее ласках мелькало что-то хищное. Отпустить острую шпильку, встряхнуть его хлестким словом, выкрикнуть в лицо, чтоб определился уже, чего хочет, а не тащил ее через всю страну, чтобы самому потом об этом жалеть и рваться обратно, – вот чего он ожидал. Не легкого касания руки, не тихого полушепота утешения… А ведь, пожалуй, сейчас ему нужно было именно это. Возможность хоть на миг проявить слабость, сбросить ответственность за всех знакомых и весь мир или хотя бы забыть о ней ненадолго. Он опустился к ней на пол и обнял.
– Спасибо, Айнери, любимая.
Хотелось сказать что-то большее, но слова ускользали. Впервые за много дней он мог расслабиться и просто побыть обычным человеком – не воином, не стражем границ, не чьим-то щитом. Он молчал, просто прижимая ее к себе, ощущая запах ее волос, так быстро ставший родным.
И только он окончательно успокоился, как девушка вывернулась из его объятий, вскочила и потянула его за руку, теперь уже больше похожая на привычную Айнери.
– Пойдем, смотри, как тут красиво.
Она потащила его к окну. Внизу в долине виднелись кирпичные домики, аккуратно ухоженные сады, дорожки из белых камешков, на горизонте стеной стояли величественные горы – все это обливало теплым сиянием заходящее солнце.
– Жаль, я рисовать не умею, – печально вздохнула Айнери. – Когда нас отпустят, обязательно надо побродить по окрестностям.
– Непременно, – усмехнулся Йорэн и поцеловал ее. – А еще можно поискать местного художника – наверняка у него таких пейзажей много. Думаю, он не откажется продать нам один.
Вспыхнувшие глаза Айнери были красноречивее всяких слов.
Раздался плеск: слуги вылили в ванну очередную лохань. Йорэн рассеянно поглядел в ту сторону, и что-то показалось ему неправильным. Лишь несколько мгновений спустя до него дошло: над ванной не поднимался пар. Он подошел и опустил туда руку. Вода была не просто холодной – ледяной, как из колодца или горного ручья. Йорэн остолбенело поглядел на ванну, потом повернулся к спутнице.
– Айнери, они забыли нагреть воду. Что с ними такое? Неужели так разволновались при виде людей? Надо как-то им сообщить, чтоб не таскали зря. Хотя поздно, воды уже до середины.
– Не может быть, чтоб они просто… Конечно! Йорэн, это же эльфы!
– И что? Не морианы ведь, чтобы в проруби купаться… – но тут же хлопнул себя по лбу и рассмеялся. – Конечно, ты права! Каким глупцом я бы сейчас себя выставил!
Он вернулся к окну и уже спокойно наблюдал за работой слуг. Когда ванна наполнилась, те встали по обе стороны ванны и принялись водить руками над водой. Вскоре от ванны уже поднимался пар.
Конечно, Йорэн пропустил Айнери вперед. Его одолевал сон, но он терпеливо дожидался своей очереди, спокойно доедая ужин.
Наконец девушка вылезла из ванны. Ткань шторы была под стать занавескам: сквозь нее четко виднелся силуэт. Йорэн непроизвольно отметил, что в Виарене ванну от чужих глаз обычно отгораживают плотной ширмой – это не говоря о том, что в богатых домах купаются в отдельном помещении с дверью, которую можно запереть. А здесь все так… неприкрыто, что ли. Он усмехнулся. Впрочем, чего им таиться друг от друга?
Айнери тем временем тщательно обтерлась, накинула свежую одежду и вышла, приглашающе махнув рукой. Вода уже немного остыла, но Йорэн не стал звать слуг снова ее нагреть. Неудобно заставлять эльфов трудиться, учитывая, что с них пока не спросили ни одной монеты. Да и самому ждать тоже не хотелось.
Теплая вода расслабляла, усталость будто утекала из мышц. Йорэн прикрыл глаза, позволив остаткам тревог уплыть следом. Айнери права, пока им везет и все идет как надо.
Он думал, что, оказавшись после долгого пути в удобной кровати, проспит до полудня, но многолетняя привычка взяла свое, и он открыл глаза еще до второй утренней доли. Осторожно поднялся, умылся холодной водой, не спеша оделся, походил по комнате, уселся в кресло.
Айнери спала, свернувшись клубком, подтянув ноги к груди. У Этайна или в своем доме в Виарене она вытягивалась во весь рост, а так, как сейчас, лежала, когда приходилось ночевать под открытым небом. Тогда Йорэн решил, что спутница боялась замерзнуть, но здесь разожженный с вечера камин хорошо нагрел комнату.
Вспомнился страх в ее взгляде, когда эльфы забрали оружие, ее подозрения насчет еды. Вот в чем дело. На ночлеге в горах или роще она не чувствовала себя в безопасности, как и здесь. Не доверяет местным, несмотря на их дружелюбие. Вчера она помогла ему избавиться от тревожных раздумий, притом что сама полна тревог. Йорэн ощутил прилив нежности и благодарности. Вернуться бы в постель, разбудить ее поцелуем…
Однако они были в чужой комнате, с охраной снаружи. Кто угодно мог войти, ведь ключа им не оставили, а на двери не было задвижки. Это охладило его пыл, и о близости пришлось пока забыть.
Айнери продолжала тихонько посапывать. Пока они сюда добирались, были трудности с припасами, опасность нападения хищников или разбойников, холод, и он мечтал, когда же все это окажется позади. Теперь оказалось, что сидеть взаперти – испытание ничуть не легче.
Хотелось чем-то заняться, но в комнате ничего интересного не нашлось. Поточить бы меч… но его отобрали. В итоге Йорэн в сотый раз стал обдумывать, что именно скажет Эльдалин при встрече.
Принесли завтрак, и Айнери проснулась. За едой обсуждали проделанный путь и будущие замыслы; потом проговорили о пустяках почти две доли, но разговор постепенно угас, и вновь потянулось тоскливое ожидание. Йорэн не был таким любителем книг, как Ломенар или Винде, но сейчас бы с удовольствием почитал что угодно, лишь бы занять время. Вот только в Риадвин вряд ли нашлись бы книги на арденнском или вообще каком-то из человеческих языков. На миг он представил сцену, как просит гнома почитать им вслух, и рассмеялся.
Впрочем, о кое-какой помощи можно было попросить. Он взялся за шнурок звонка.
Слуга появился на пороге вместе со вчерашним гномом, решив, видимо, не тратить время на беготню с записками. Теперь у Йорэна была возможность рассмотреть гнома получше: довольно молодой, полноватый, с виду дружелюбный. Впрочем, насколько известно, мрачные и злые гномы вообще встречаются нечасто.
– Доброго дня, – поприветствовал его Йорэн. – Как ты, наверное, знаешь, меня с подругой заперли тут, не выпустят даже в зал. Провести тут придется, возможно, и не один день, а я уже от скуки не знаю, куда себя девать. Не привык сидеть без дела. Спроси, нет ли тут возможности как-то развлечься, не покидая комнаты? Быть может, есть какие-то игры?
– О, я знаю, что должно тебе понравиться, – просиял гном, быстро сказал что-то слуге, и тот вскоре принес плоскую деревянную коробку, расчерченную клетками.
– Это
– Похоже на Королевское Воинство, известную арденнскую игру, только поле больше, – отметил Йорэн, задумчиво разглядывая расстановку фишек.
– Все верно, у них много общего, но есть главное отличие: в Королевском Воинстве, когда твоя фишка перескакивает вражескую, та убирается с доски. Здесь же она меняет цвет и становится твоей.
Он поднял фишку и показал, что та с одной стороны белая, а с другой – черная.
– Ты играл в Воинство? – удивился Йорэн. – В свое время я был одним из лучших игроков. Впрочем, в армии любителей не так много, большинство предпочитает кости.