Зоя Анишкина – Русская рулетка. Ты только моя (страница 25)

Ох, Макс, легко тебе говорить. Не у твоей женщины дуло револьвера к виску представлено, и не твоя сестра сейчас в бегах хрен знает где, да еще и, судя по всему, такие фортели выдает…

Хотя здесь осекся. Сестра братьев больше никогда не улыбнется и не сможет ничего вытворить. Мертвые так не умеют.

Наконец мы подъехали к небольшому ангару, и навстречу вышел Игорь. За его спиной показались парни. Крепкие ребята, отобранные им лично, и теперь мне нужно было обсудить с ним условия обмена Лизы.

Он вышел вперед, пожав мне руку:

– Привет поближе. Ну что там он от нас хочет? Самолет вроде вылетел, и теперь остались лишь формальности.

Мы с братьями отошли от остальных на безопасное расстояние. Теперь как никогда следовало осторожничать. Я ответил:

– Он сдаст нам Лизу и все, что знает, а взамен мы дадим ему новую жизнь. Пошли. Как самолет приземлится, я должен быть там.

Глава 44. Марк

Мы все рассчитали, все прикинули, взяли с собой целую армию, рассредоточив ее по периметру. Только все равно расклад оказался не в нашу пользу.

Сучены нас облапошил. Он приземлился в другом аэропорту, о чем сообщил нам в последний момент, – хотел обезопасить себя. Чувствовал, что я лучше бы снес ему голову, чем согласился на перебежчика.

Хотя шанс, что он имеет какую-то важную информацию, оставался. Но мизерный. Иванютин никогда не посвящает пешек в курс дела. Не его уровень. Вообще удивительно, что лично за Лизой не приехал.

– Кстати, ты в курсе, какие деньги и услуги он предлагал за твою девочку? Вся общественность гадает, что за птица такая Елизавета Макарова.

Игорь, как всегда, был строг и спокоен. Иногда казалось, что после убийства сестры его больше ничто не волнует. Не считая прокурорской дочки, разумеется.

– В курсе. Не мы ли с тобой половине из ищеек дали зарубежные ложные следы? Со счету сбился, сколько раз пришлось стать анонимным информатором.

Игорь хмыкнул, а Макс, который был за рулем, невесело добавил:

– Но отдать деньги с этого мероприятия в фонд реабилитации жертв игр… Изощренно. Ну и полезно. Благотворительность.

Последнее слово он процедил насмешливо, ибо считал, что каждый человек должен помогать себе сам. Интересно, как изменится его мнение теперь, когда и его заставляют пойти во второй раунд?

– Вот найдут твою девочку, и тогда посмотрим. Если найдут. Надеюсь, этот упырь до нее не доберется. Что-то в последнее время много слишком узнал про него, даром что дочка такая уродилась. Прокурор оказался едва ли не хлеще Аида.

Сказав это, покосился на Игоря, а потом на Макса. Оба нахмурились. Если выберемся из передряги с Иванютиным, то следующая проблема упрется в чинушу. И тогда все закрутится снова.

– Марк, а когда мы подвинем этих крыс и заберем город себе, что дальше?

Игорь словно читал мои мысли. Мы уже выруливали на трассу и гнали ко второму аэропорту. Судя по всему, двуличный гаденыш в это самое время приземляется с Лизой. Если он сдаст ее не мне… Лучше ему оказаться мертвым.

– Брат, да понятно, что нам еще предстоит собственный второй раунд,  – Макс усмехнулся. – Если хочешь, то возьмем в заложницы твою красавицу и поиграем в хорошего и плохого похитителя.

А вот это уже опасно. Не стоит лишний раз поднимать эту тему.

– Чем языком трепать, лучше бы гнал побыстрее к месту назначения да валил за собственной девицей. Ты хоть помнишь ее? Не жалко тебе бедную девушку?

– Чего жалеть всяких шалашовок? Ну, симпатичная, ну, бойкая. Эдакий дикий южный звереныш. Вроде она не местная… Не я тащил ее в Гродной, и не я делал выбор в пользу меня.

Иногда хотелось стукнуть его по голове. Макс – самый младший из нашей четверки и самый отчаянный. Надеюсь, самой большой его проблемой станет отстаивание бизнеса. Но мысли об этом уже утекали. Признаюсь, волнение за Лизу и Карину начисто выбивали из головы все остальное.

Терять что-то бездушное просто в сравнении с дорогими сердцу людьми. Жаль только, понимаешь, насколько они важны, вот в такие моменты, когда одна в руках конченого психа, а вторая в бегах не пойми где.

И все это по твоей милости…

– Ладно, Марк, скоро на месте будем. Давай показывай, где твой самолет. Я его еще не успел оценить.

– Да сам еще не успел.

Мы въехали на территорию аэропорта и стали вглядываться в стоящие вдалеке ласточки. Вскоре заметил свой, его отличительная черта – черно-красные полосы по фюзеляжу.

Внутри все напряглось, ребята тоже замолчали. Игорь дал указание парням. Если что, стрелять будут на поражение, главное – жизнь Лизы. Неужели скоро увижу ее, сожму в руках и поцелую, зарывшись в черные волосы? Окунусь в сияющие глаза и надаю по заднице!

– Все наизготовку!

Мы припарковались у самолета. Трап уже был пригнан, а на месте входа зияла дыра. Нас ждут. Коротко сказал:

– Что бы ни случилось, вы знаете, что делать.

Максим заворчал:

– Чтобы я жизнь какой-то девки ставил выше наших, Марк, ты сдурел, ей-Богу! Но сделаем все возможное.

– Олега с его красным стволом не хватает, привык идти на дело в его компании.

– Ворчите как старые бабки у подъезда. Ничего, давно сами в руки не брали оружие, пора тряхнуть стариной, друзья.

Выслушав все реплики, на секунду насладился перепалкой. Действительно, мы уже много лет не стояли так: плечо к плечу. Все охрана да исполнители. Но времена меняются…

Мы осторожно вышли на палящее солнце. В Грудном, конечно, не так, как в Треморе, но тоже очень даже жарко. Все-таки южное направление. Сейчас готов был думать о чем угодно, только не о том, что могу найти ее мертвой. Или не найти.

Тихо поднялись по трапу. Я шел первым. Уже на верхней площадке уловил знакомый липкий запах. Заглянув внутрь самолета, убедился, что прав.

Глава 45. Марк

– Твою мать!

Пока Максим ходил по салону вместе с Игорем и орал, я курил у трапа. Перед глазами то и дело взлетали и приземлялись самолеты. Они отрывались от земли, складывая шасси и растворялись в низких облаках, всего за несколько минут застеливших небо ватным покрывалом.

– Гребаный урод! Это ж надо всех своих людей положить в твоем самолете! И что теперь делать с этой горой трупов?

Макс поравнялся со мной и протянул руку. Вложил в нее сигарету. Вообще, мы не курим, но иногда этого требует душа. Хоть как-то занять трясущиеся руки.

– Хоронить, Максим, хоронить.

Игорь присоединился к нам, но затягиваться не стал. Он стащил перчатки с рук. Черные и местами окровавленные. Вообще-то, старший Сафронов у нас имел неплохое фельдшерское образование. В зале всегда пригождалось…

Разные ситуации бывали.

– Все мертвы. Не то чтобы я сомневался… Стреляли чуть ли не в упор, без сопротивления. Судя по следам, парочку все же оставили в живых, должно быть, на развод… Лиза была здесь, Марк, живая.

«Живая» и «была» – очень плохое сочетание. Бросил сигарету, притушив окурок носком дорогого ботинка.

Снова посмотрел на самолет. На этот раз на приземление. Пилот аккуратно вывел его на посадочную полосу, которая виднелась совсем рядом. Он плавно сел, но все равно пару раз с пружинил от земли, махнув крыльями. И кто сказал, что они не как птицы?

– Марк, что дальше?

Игорь тихо опустил руку на мое плечо. А внутри зияла большая дыра. Кажется, я слишком много на ошибался в этой жизни, раз от меня сбегают все мои женщины. Точнее, те две, кого хотел удержать.

Как по заказу, телефон зазвонил. Номер неизвестен. Ответил немедля.

– Черт! Что за хрень, Марк? Я вообще ничего не понимаю! Звонил отец и сказал, что детские игры кончились, что больше он не станет ничего и никого держать, спустит всех цепных псов!

Пришлось поставить телефон на громкую и зайти внутрь. Трупы смущали меня меньше новеньких секьюрити. Мертвые не распускают языки.

– Ребята, теперь без толпы охраны ни-ни на улицу, это война. Не знаю, что случилось, но произошло что-то из ряда вон. У меня тут совсем туго со связью…

– Ты знаешь, что ты в салочках в качестве воды?

Перебил его поток бесполезной сейчас информации. Заодно и удивил:

– Что? Какие, наохрен, салочки, Марк? Ты что, белены объелся? Через час окажусь с нормальным интернетом и все гляну, до этого момента свяжись с ребятами и не спускайте друг с друга глаз.

Вот и ответ на вопрос. Плюс ко всему мне показалось, что сейчас наилучшее время избавиться от нас. Пока Олега нет рядом. Какой-никакой, а наследник империи. Наверняка его папаша тешит себя надеждой образумить сыночка.

– Ты в списках. Карина, должно быть, устроила. Не знаю, чем ты ей насолил… И еще, Олег… Иванютин забрал Лизу.

Из трубки послышался поток забористых ругательств. Друг не скупился на цветастые фразочки в своем стиле. Лишь немного погодя тихо добавил: