Зоя Анишкина – Да, наш тренер (страница 29)
Поэтому пока бал Золушки не закончился и часы не пробили полночь, надо бы уйти. Уйти и не возвращаться. Хватит с меня праздника. Свой подарок я получила.
Музыка была везде. Ему пришлось практически кричать, чтобы я услышала его слова. Мы начали танцевать.
Чувственно прижимаясь друг к другу. Он вёл, и с ним было так легко двигаться, словно мы созданы для этого странного танца. Мой мир закружился, отпуская все установки и стирая запреты.
Поэтому я не заметила, как мы пришли практически в край зала. Здесь были закутки с мягкими стенами. Внутри меня все бурлило, а я часто-часто дышала.
Ведущий продолжал что-то говорить. То тут, то там взрывались петарды, осыпая нас миллионом конфетти. Моя спина неожиданно нашла опору.
Он прижал меня к мягкой стене, заглядывая в глаза. Напряжённо, с удивлением и странным сомнением. Я знаю, что он там видел. Там, под странным макияжем, он,очевидно, никак не мог поверить в то, что это могу быть я.
– Ты восхитительна, девочка. Очень красива и нежна… Откуда же ты свалилась на мою голову?
Его голос гипнотизировал. Не дожидаясь, пока я отвечу, он просто слегка направил меня, и мы оказались в небольшом закутке, словно созданном для уединения.
Десять… Девять… Восемь…
Пошёл обратный отчёт. Я даже не понимала, что они считают. Зачем и какое событие должно наступить? Но руки тренера внезапно словно сорвались…
Он сел на мягкое сиденье и потянул меня на себя. Повинуясь порыву, с замутнённым сознанием, подстегиваемым обратным отсчётом, я подошла к нему.
Семь… Шесть… Пять…
Он дёрнул меня, и, охнув, я оказалась на его коленях в самой откровенной позе, какую только было можно представить.
Четыре… Три… Два…
Он прижался губами к выступающей груди, и я поняла, что все. Это точка невозврата. А где-то за нами послышались громкие возгласы и поздравления.
Я же наклонилась и нашла своими губами его. Скользнула в эту пропасть, наслаждаясь запретным плодом. Изогнулась, прижалась к нему. Отдалась навстречу рукам, что совсем уж откровенно ласкали мои ягодицы и пытались найти застежки от…
– Шикарная, будь моей сегодня, пожалуйста, ты мне так нужна…
Он говорил мне будоражащие кровь слова, прорываясь сквозь крики, в я наслаждалась его касаниями. Поцелуй, затем ещё один. Глубже, настойчивей, и вот уже нам обоим сносит крышу.
Я не хочу останавливаться, не буду…
– Какого черта?
Я слышу знакомый голос, оборачиваясь, и встречаюсь лицом к лицу с жестокой реальностью.
Глава 37. Катя
Я слетела с тренера в мгновение ока. Едва не упала и почти у входа покачнулась. Умоляюще уставилась на ошарашенного Макара и буквально вытолкнула его наружу.
Мне в спину донеслось требовательное:
– Девушка!
Но момент был безвозвратно испорчен. Точнее,случившееся казалось мне воплощением ночных кошмаров. Тем не менее тащила Макара максимально далеко от места моего падения.
Он сначала упирался, но, очевидно, я была настолько в ужасе, что справиться со мной оказалось ему не под силу. Однако, как только мы оказались в одном из коридоров, он презрительно прошипел, вырывая руку:
– Девушка? И давно это у вас? То-то я думаю, что это ты нас динамишь всех без…
Со всей дури влепила ему пощёчину. Слишком часто я стала рукоприкладством заниматься. Этот вуз плохо на меня влияет.
Макару досталось. Рука у меня нелёгкая, а с тренировками и походами на физуху в зал удар и вовсе стал слишком сильным. С удовольствием наблюдала недоумение парня.
Только сейчас до меня начал доходить весь ужас происходящего. Нас видели. И не просто кто-то, а человек, который знает обоих. Он может рассказать кому угодно, а его реакция говорит о том, что мои опасения небезосновательны.
– Он не знал, что это я. Если не заметил, меня вряд ли можно опознать в этом наряде.
Макар словно увидел меня впервые. Присмотрелся, прищурился и недоверчиво покачал головой, отгоняя видение. Пауза затягивалась, и я испугалась, что тренер нас найдёт.
Мало ли… Потому что сомневаюсь, что он бы отпустил меня просто так. Боже, мы же могли прямо там! Если бы Макар не пришёл, не знаю, чем бы закончилось это сумасбродство.
Точнее, догадываюсь. Все же во мне есть эта тёмная сторона, которая буквально кричит о том, какая я развратная. Но человека напротив это не касалось.
Схватила его и потащила дальше. На этот раз он не сопротивлялся. Просто шёл за мной, хмурясь и не комментируя происходящее. В итоге мы зашли в какой-то холл с дверями.
Здесь было написано «комнаты» и указаны номера. Покраснела. Все вокруг, в том числе и колотящееся сердце,напоминало о том, что совсем недавно я едва не…
Тряханула головой, отгоняя наваждение. Я потом решу, что делать со своими чувствами. Сейчас надо обезопасить нас обоих от того, что может сделать человек на эмоциях.
– То, что ты видел, ничего не значит. Тренер не узнал меня. Не узнал и не узнает, что под маской была я. Тогда мне конец, ты это понимаешь? Это просто… Ошибка!
Я прикусила губу. Ну почему, как только мне кажется, что я имею право расслабиться. Хотя бы немного отпустить контроль, жизнь бьет меня по самому больному.
– Ошибка? Я думал, ты другая! Что ты совсем иначе смотришь на жизнь, что ты…
Я угрожающе двинулась на него.
– Ещё по лицу захотел? Я что, должна оправдывать твои ожидания? А ты не думал о том, что я тоже живой человек? Неидеальный, со своими страхами и своей жизнью! Своими тараканами.
Я распалялась. Душевные переживания достигли точки кипения. Напряжение последних месяцев, да скорее и года,вылилось наружу истерикой.
Упреки человека, не имевшего никакого понятия о моей жизни, чувствах и тайнах. О том, каких дров я наломала и ещё наломаю. Потому что это моя жизнь! Моя!
– Да что вы вообще знаете обо мне? Что вообще вы знаете о том, какая моя жизнь и почему я поступаю так или иначе? Какое право ты судить имеешь об этом?
По щекам потекли слёзы. Слёзы злости и обиды, за себя и ситуацию в целом. Ну не пришёл бы он, не остановил меня! Я бы сделала это, получила то, о чем мечтала, без последствий, о которых бы потом жалела.
Зато урвать кусочек счастья. Разрядить себя и потом не ныть, что струсила, не смогла проявить характер. Так я жалела о том, что не хватило смелости ответить Уварову.
Выйти с высокоподнятой головой. Вместо этого я, как мышь церковная, забилась в комнату и рыдала там неделю, оплакивая свою потерянную девственность.
Да кому я вообще сдалась со своими переживаниями. Поговорили бы и забыли, а может, и вовсе бы посмотрели на ситуацию иначе. В конце концов Уваров совершено никакой в сексе.
Это я могла с уверенностью сказать даже по одному поцелую с тренером. Он не обжигал меня, и сердце не выпрыгивало от одного касания, уверенных движений.
– Имею! Потому что я мужчина, и ты меня разочаровала как женщина.
Посмотрела на Макара с жалостью, утирая слезы. Плевать, что макияж размажется. Я собиралась покинуть этот праздник жизни. Хватит уже, наотмечалась!
– Не мужчина ты ещё, Макар, мальчик. Обиженный мальчик.
Он надулся и закатил глаза, краснея как рак. В одно мгновение он правда превратился из обычного весёлого студента в капризного подростка, у которого отняли любимую игрушку.
– Зато… Зато я не трахаюсь с тренерами по подворотням!
Все случилось снова на автомате. Кажется, в прошлой жизни я была Джеки Чаном. Потому что, размахнувшись, врезала ему кулаком по лицу со всей дури.
Он покачнулся и не устоял. Завалился прямо на пол, бросая на меня странные озлобленные взгляды. Я же заявила:
– Если ты хоть раз откроешь рот, пеняй на себя. Надеюсь, тебе хватит такта держать его закрытым.
Макар медленно поднялся, сверкнул в мою сторону глазами и молча направился на выход. Под конец коридора он едва ли не бежал. А что потом…
Потом одна из дверей в фойе отворилась, и оттуда выскользнула девушка в…
– Маргоша?
Подруга подпрыгнула и обернулась. Да, сейчас ее узнать было вряд ли проще, чем когда ее костюм был в более… Опрятном виде. Мы застыли, глядя друг на друга как громом поражённые.
Я побледнела, гадая, что она слышала. Тут, в отличие от зала, музыка не грохотала. А двери наверняка картонные. Я уже собиралась спросить ее, как она бросила взгляд полный ужаса на дверь, схватила меня и живо затолкала за одну из драпировок.
Удивительно, но та скрыла нас полностью.