Зоя Анишкина – Да, наш тренер (страница 31)

Не знаю, к чему привыкли девчонки, но предложить изысков я не могла. Бутерброды ещё с колбасой имелись. И сыром. Это все, что можно соорудить наспех, не покидая одиночку.

Та, к слову, стала маловата. Все-таки не рассчитана она на бурные вечеринки. От слова совсем. Это ещё ночью стало ясно, когда мы вдвоём затащили едва ли не бездыханную Ирму в комнату.

Она ещё под конец очнулась, начала выпендриваться и заявила, что завтра все расскажет тренеру и вообще… Что «вообще» договорить девушка не успела.

Потому как ей стало плохо, благо комната у меня была настолько крошечная, что до туалета рукой подать. В прямом смысле слова. Вот и влетела она в мою скромную обитель.

Маргоша тогда ещё заявила, что волосы ей держать не будет, и красноречиво посмотрела на меня. Ну что ж, раз это была моя идея… Пошла навстречу приключениям.

Что ни час Нового года, то очередное бедствие. Зная выражение «как год встретишь, так и проведёшь» боялась представить, что случится дальше.

Но к Ирме на помощь пришла. Косу заплела, водички налила, потом в кроватку уложила. Мы же с Маргошей честно и молча съели все мороженое, каждая думая о своём.

Спать не хотелось совершенно. Словно мы вдобавок ещё жахнули по двойному эспрессо. Ирма тоже недолго похрапывала. И вот, к десяти часам мы втроём молча сидели и смотрели в одну точку.

Маргоша притулилась на стуле с чаем. Она уже сняла парик и умылась. О ее огненном образе напоминал лишь хлыст в углу. Я дала ей одежду, и девушка с радостью стала собой.

Хотя ещё большой вопрос, где мы настоящие, а где те, кого видят другие. Я, например, окончательно убедилась в наличии внутри тёмной стороны Кати Омаровой.

Я стояла у стола, поднимая крышки с тарелок быстрозавариваемой каши, а Ирма зло пялилась на нас из-под одеяла. М-да, то ещё празднование. Атмосферу разрядил звонок телефона со странной стриптизерской мелодией.

Мы покосились на валявшийся на полу смартфон. Наша капитанша, небось, в порыве рвотной страсти забросила. Телефон замолк. Но потом практически сразу зазвонил снова.

– Кто там? – зло и недовольно буркнула девушка.

Маргоша деловито встала, поставив чалку рядом с едва помещавшимися на столе тарелками с кашей. Подошла и прочитала:

– Маша из универа. Расписание, что ли, кто узнать хочет?

Никогда не замечала у Маргоши такого раздражения, направленного конкретно на кого-то. Но сейчас девушка сверлила глазами Ирму, которой, судя по всему, было пофиг.

Та же, прикусывая губу, вылезла из-под одеяла. Решительно направилась в сторону смартфона, взяла трубку и как заорёт:

– Не звони мне больше!

Мы с подругой даже подпрыгнули на своих местах. Но это было ещё не самое весёлое. Потом начались такие горячие обсуждения, что мне показалось, моя маленькая комнатка сейчас взлетит на воздух.

Ирма разошлась. Уже через пару минут мне стало понятно, что это никакая не Маша из универа. А вполне себе очень даже Жора из больницы. Знакомый мне товарищ.

Видно же, что девушке плохо. Во-первых, ночная попойка не прошла даром, и выглядела она как восставший из ада мертвец, а во-вторых, Ирма явно переживала по данному поводу.

Она закусывала губы и сверкала глазами. Активно жестикулировала и будто бы не замечала нас. Разговор на эмоциях поглотил ее целиком, и стало понятно: Жора – тема болезненная и старая.

Из ее криков было очевидно одно: вчера они что-то не поделили в клубе, и Ирма нахрюкалась как поросёнок. Потом она сбежала от него, или он не стал ее останавливать, и все. Камень преткновения.

Закончился разговор не менее эффектно. Она выкрикнула, что он идиот, он тоже что-то проорал, а телефон полетел в стену, где благополучно хрустнул, оставив вмятину.

Однако, крепкие айфоны нынче пошли.

Ирма же снова вернулась в бренный мир, с удивлением уставившись на нас. Ну да, мы просто только что зашли, а сейчас сделаем вид, что ничего не слышали и не видели.

Словно читая мои мысли, Маргоша спокойно сказала, отпивая чая:

– Тут нам Катя кашу приготовила. Ну, это такая полезная и безвкусная гадость. Будешь?

Я думала, что сейчас грянет. Что отголосок разговора и бешеные эмоции, наэлектризовавшие воздух, дадут новый разряд. Но нет. Ирма сразу как-то сдулась и с подозрительно мокрыми глазами поплелась к столу.

У меня было всего две табуретки, поэтому я уселась на край кровати. Девушки начали молча поглощать кашу, а я смотреть на это странное и совершенно чуждое мне зрелище.

Молчание пересекалось звяканьем ложек о тарелки. Я пошла наливать чай. Самой есть хотелось не сильно. Маргоша и это подметила:

– Ты там нас не потравить решила? А? Чего сама не ешь?

– Не хочется…

Я бросила взгляд на Ирму, что уже сидела у пустой тарелки. И не скажешь, что с бодуна человек. Она осторожно спросила:

– Я тут фильм смотрела. И героиня вставала перед выбором. Остаться с тем, кто исполнит ее главную мечту, воплотит желание, которое она так хочет видеть исполненным, или… Или пойти за чувствами и пустить под откос усилия нескольких лет. Ради того, кто говорит, что любит.

Мы застыли. Коротко переглянулись. Закипел чайник. Я молча заварила зелёный чай и подсунула Ирме. Бледного и осунувшегося лица она на нас не поднимала, продолжая:

– Что бы вы посоветовали героине?

– Ну, тут все ясно. Все всегда выбирают любовь, ибо редко когда без чувств что выгорает. И мечта не мечта, и как бы у разбитого корыта не оказаться. Главное, что сама героиня чувствует. А я тоже сериал смотрела.

Маргоша плюхнулась на стул и, глядя себе в чашку,решительно произнесла:

– А если героиня давным-давно втюрилась в самого жуткого парня универа, потом переспала с ним, но из-за маскарада он не знает, что это она. Что ей делать?

Я застыла, как громом поражённая. Нет, нет, нет. Давайте закончим эти откровения! Но девушки упорно пялились в свои кружки. Ирма усмехнулась:

– Ну, тут тоже любовь победить должна. Как ни крути. По закону жанра, девушка должна спасти парня и сделать из него сопливого каблука. Ну и детей ещё добавить не мешало.

Возникла тишина. Никто не просил меня говорить, но как-то само вырвалось:

– А если героине нельзя быть с героем. Запрещено. Но в новогоднюю ночь она под личиной другого человека не смогла сдержаться и урвала поцелуй. Да ещё об этом узнал дворцовый шут, обещая разнести по всему свету? А героям ну никак нельзя быть вместе, героиня обещала ему, что не поддастся…

Мой голос дрогнул, а девушки оторвали взгляды от тарелок, с сочувствием глядя на меня. Маргоша уверено заявила:

– Ну, не все потеряно. Глядишь, и можно будет. А шута мы к стенке припрем, он и слова не скажет.

Ирма задумчиво осмотрела мое краснеющееся лицо и неожиданно ответила:

– Не переслала и ладно, а то бы не отвертелась, а на шута потом пальчиком покажете, моя героиня тоже скажет ему пару ласковых…

Глава 40. Тренер

Она соскочила с меня, срываясь в бодрый бег. Я даже не понял, что произошло. Находился в странном тумане, будто бы дорвался до чего-то долгожданного…

Ее аромат, ее отзывчивость и чистая страсть, что так давно не испытывал. Незнакомка открывалась мне беззастенчиво, без страхов и зажимов, словно только и ждала, что меня…

Ни единого слова протеста. Наоборот, безмолвное согласие и явное желание продолжить. Неужели такое бывает? Я находился в смятении. Так и не понял, почему она соскочила.

Вроде кто-то вошёл, но я не видел кто. У меня в ушах гудело после этой клубной музыки. Терпеть не могу шум и гам, потом ещё несколько дней башка трещать будет.

А ещё я сделал ошибку, когда сразу же не пошёл за ней. Был уверен, что это какое-то недоразумение. И найти такую девушку в клубе не составит труда.

Промедление стоило мне слишком дорого. Потому что, когда я вышел из нашего закутка, ни девушки, ни того, кто прервал нас, не было. Кто это? Бывший, поклонник, брат?!

Конечно же, будь я в одном из этих статусов, ни за что бы не отпустил незнакомку в таком виде на это выступление. Слишком она была пленительная и откровенная.

Покинул место, где ещё недавно даже воздух искрил страстью. Пошёл искать свою незнакомку. Боже, что же это за помутнение рассудка, раз я даже имени ее не спросил!

Внутри все горело неудовлетворённым желанием. Но,глядя на разодетых, вернее, раздетых барышень, что веером расстилались при виде меня, я ничего не чувствовал. Совершенно не цепляло.

Я хотел ту, что ещё недавно была в моих объятиях. Именно ее и никого больше. Поэтому предпринял попытку найти. Не собирался ходить по клубу, но теперь, видимо, придётся.

Время тянулось бесконечно. Меня осыпали бесконечным конфетти, и то тут, то там взрывались хлопушки. Народ отмечал и пил, как можно это делать только в новогоднюю ночь.

А я ходил и искал ее. Едва не бросался на всех странных блондинок. Может, она переоделась? Но примерно через час стало понятно, что она сбежала.

Исчезла и растворилась в клубе, а может, и за его пределами. Но я отчаянно ходил по коридорам, бесцеремонно заглядывал в те двери, что мог открыть.

Везде было одно и то же. Разврат, вакханалия, безумство. Все это присутствовало и внутри меня. Раздражало и сводило сума. Не может быть, чтобы после такого запала она исчезла!

Она же горела в моих объятьях, едва ли не плавилась. Бархатистая кожа, движения в унисон и стоны… Она что, нашла утешение в руках другого?!

Как последний идиот, остановился и застыл на месте как громом поражённый. Это невозможно, но я неистово ревновал ту, даже имени которой не знал.