Зореслав Степанов – Планета Плутон (страница 1)
Зореслав Степанов
Планета Плутон
Глава 1
Два дня они летели к Плутону. И два дня Тондор ни на минуту не покидал корабль. Днем он бодрствовал, простаивая все время перед экраном, а когда наступала ночь, входил «лицом» в стену и неподвижно простаивал там до утра. На следующий день, около семи часов, он оживал и снова возвращался на свой пост.
Для Нэш это были не самые легкие и приятные дни. Когда Тондор вот так возвышался над ними, она не могла больше свободно разговаривать и делиться с Кейном своими предположениями насчет того, куда они на самом деле летят.
Она сильно робела и большую часть пути провела, насупившись, сидя на кровати, терпеливо дожидаясь, когда закончится полет. И если бы не образцы пород, собранные ими с Кейном на Фобосе и Марсе, она бы чувствовала себя уж совсем скверно.
Часами она разглядывала их, и разные мысли теснились в ее голове. Но главной ценностью их коллекции она по праву считала подаренный Тондором обломок взорванного аппарата плармов. Он был крохотным, размером всего с серебряный доллар, и, что Нэш поражало больше всего – он продолжал светиться желтым светом. И она, лежа на кровати, разглядывала его целыми минутами.
«Надо будет попросить Кейна приделать цепочку, – размышляла она. – Вот тут, снизу. Если я когда–нибудь приду с таким редким украшением на работу, бабы, с которыми я работаю, просто позеленеют от зависти…Да, надо будет так и сделать, – Нэш невольно улыбнулась. – А когда эти дуры спросят, что это, и где я это взяла, скажу,…а что! Скажу – диамант, очень древний и редкий. Встречается исключительно в местах падения метеоритов. Таких колоссов, к примеру, как аризонский. Лучше бы, конечно, сказать, что подарил какой– нибудь арабский шейх, но видно придется спихнуть все на Кейна. С шейхами я не знакома!» – продолжая улыбаться, Нэш посмотрела на Кейна.
Он сидел на розовой полосе перед экраном и, похоже, нисколько не страдал от круглосуточного присмотра Тондора. Наоборот! Ему это даже нравилось! То и дело он, как будто что–то смыслил в том, что говорил, спрашивал о чем–то Тондора и, несмотря на то, что пришелец так ни разу – как заметила Нэш – ему не ответил, через некоторое время снова обращался к нему с каким– нибудь пустяком. В основном, все его вопросы касались управления кораблем.
«Бедняга, так и лепиться к пришельцу! – с жалостью подумала она. – А впрочем, он молодец. Хотя бы старается держаться как с равным. Я бы так не смогла».
Оставив свою коллекцию в покое, она поднялась с кровати, бесшумно подошла к экрану и остановилась у Кейна за спиной. Немного постояв, села рядом и принялась смотреть на изображение базы, которая своим ярким светом, скорее желтым, чем белым, затмевала сам Плутон.
Со слов Тондора она знала – это происходит из–за того, что планета очень далеко и солнечный свет – слишком слабый из–за большого расстояния – просто не доходит до этого покрытого мраком мира.
Такой ответ, конечно, много объяснял. Кроме главного, почему тогда свет самой базы такой сильный и яркий, не высветит хотя бы какую– то часть Плутона? Ведь база, как показалось Нэш, занимала площадь в несколько сотен квадратных километров! И все это гигантское пространство излучало желтый свет.
«Если уж пришельцы умудрились построить на Плутоне базу, – размышляла она. – То вряд ли бы им составило большого труда разместить в его небе какое–нибудь освещение. Ну, примером, что–то вроде искусственного солнца. Там же, наверное, темно как в комнате без окон!» – Нэш украдкой посмотрела на Тондора.
Желто–багровой глыбой он по–прежнему возвышался по правую руку Кейна, и хотя Нэш сидела перед экраном уже несколько минут, он ни разу даже не повернул в ее сторону свое пылающее туловище. Но, в общем, это и хорошо, что он так редко обращал на нее внимание.
Временами Нэш просто боялась его. Она даже садилась так, чтобы между нею и Тондором всегда находился Кейн. Как защита, пусть и не очень надежная от непредвиденного.
Она начала скучать.
– Кейн, – ее шепот был подобен шелесту листьев в тихую погоду.
– Чего тебе? – Кейн продолжал смотреть прямо перед собой.
– Да так, ничего, – Нэш ощутила легкую обиду. Мог бы и обнять. Она, между прочим, волнуется. А не спрашивать раздраженно «чего тебе?»
– Тогда молчи и смотри. Скоро мы сядем. Тондор уйдет. Вот тогда и поговорим. Неужели так трудно потерпеть немного? – Кейн говорил так тихо и быстро, что она с трудом разобрала его слова.
– Не кричи. Я больше не буду тебе мешать.
База Тондора росла. Теперь она заполняла весь десятиметровый экран и на ее светящейся, гладкой поверхности можно уже было кое– что различить. Какие–то неясные, смутные тени.
Она дрейфовала над темной бездной, и было непонятно, кто и зачем зажег эту гигантскую полосу света. Начинаясь из мрака, она, простираясь вдоль десятой параллели к северу, снова исчезала в темноте.
И только на какой– то, совсем крохотный миг им посчастливилось увидеть настоящий Плутон. Желтое свечение вдруг усилилось, словно прорвав сдерживающие его невидимые границы.
Вырвав из вечной ночи, искрящиеся в лучах света глыбы льда, куски спрессованного снега и камни. Черные камни, закованные в ледяную броню. Потом свет стабилизировался, вошел в норму. Плутон окружал их со всех сторон. Словно они попали в густой туман.
– Видела? – возбужденным шепотом, спросил Кейн.
Нэш кивнула.
– Кто бы мог подумать! – продолжал шептать Кейн.
Нэш кивнула еще раз.
– Хуже чем в Лондоне.
– Да нет. Плутон видела?
– А…камни, – она кивнула в третий раз.
На экране тем временем разворачивалось невиданное зрелище. Корабль продолжал падать в желтую бездну. Но вскоре, далеко внизу, желтый свет начал темнеть, сгущаться. Похоже, там было еще что–то. Возможно, сама поверхность базы.
Прошло еще несколько минут свободного падения в желтом тумане, прежде чем корабль пересек невидимую границу. Желтый свет остался далек вверху, а корабль, несся навстречу, и уже окунался в багровое, зловещее зарево.
Побледнев, Нэш невольно вскрикнула. В корабле сразу стало темно, словно перед надвигающейся грозой. Желтый свет туловища пришельца потемнел, окрасился в бледно–алый.
Потом в багровый, и Тондор запылал точно головешка или остывающая глыба вулканической лавы, когда в густом, сметающем все на своем пути потоке, медленно сползает по склонам вздрагивающего и плюющего пеплом вулкана.
Нэш испугалась. Тондор, который за эти дни стал им своим – снова был чужим и незнакомым. Туловище его все больше чернело и покрывалось бледными и бледно–зелеными пятнами.
Он не двигался, не произносил ни слова, и его молчание, особенно теперь, пугало еще больше. Усилием воли, Нэш заставила себя по возможности забыть о нем и смотреть на экран.
Глава 2
Внизу, прямо под кораблем, разворачивалась грандиозная картина. Алая поверхность приблизилась – она с трудом была различима в багровом полумраке, и Нэш увидела как с ее плоскости, им навстречу, начали подниматься гигантские конструкции и сооружения. Их было много. Они появлялись повсюду и одновременно.
Потрясенная и ослепленная, Нэш была просто не в силах уследить за ними. Буйство красок и оттенков поражало. Достигая в высоту десяти и больше километров, они мощными пиками уходили в плотную, багровую пелену, и словно подводные рифы, грозили опасностью любому кораблю, отважившемуся опуститься здесь.
Процесс занимал не больше пяти секунд. Алая, бесконечная поверхность светлела, проседала, а потом раз – и светящийся столб скрывался в вышине.
«Если у них такие дома, то я готова упасть перед Тондором на колени!» – восхищенно подумала Нэш. О серых, пыльных земных коробках ей и вспоминать не хотелось.
В каком–то сладостно–восторженном оцепенении она продолжала смотреть на экран. Словно ждала, что еще им покажет Тондор. И на что еще более грандиозное и прекрасное он способен. И ожидания ее всякий раз оправдывались. Тондор умел удивлять!
Здания, здания…везде здания, удивительные, великолепные, неземные и красивые. На что они были похожи? О, если бы Нэш могла сказать! Но она была не в силах описать их, даже если бы ей пригрозили сбросить ее с Ниагарского водопада без лодки и даже без бочки. Она просто бледнела перед ними, и превращалась в крохотную букашку, не способную ни на что иное, как смотреть, смотреть и смотреть.
Несмотря на багровое свечение воздуха и алый свет самой поверхности, который, казалось, поглощал все и вся, здания имели свой собственный свет. Этот свет, как и свет самой базы, не стушевывался и не забивался свечением других сооружений и самой базы.
Желтый свет, разбавленный розовыми и бледно– розовыми тонами, потрясал воображение. Огромные, полупрозрачные, внешне удивительно легкие и хрупкие сооружения – уходили ввысь, и напоминали глыбы чистейшего льда, подсвечиваемого прожекторами.
И не прошло и десяти минут, как под ними раскинулся бескрайний, пылающий мегаполис. Но, хотя казалось, куда уж больше – сооружения продолжали появляться из алой поверхности.
«Старые» здания каким– то немыслимым образом сдвигались на периферию, уступая место новым, которые были еще красочнее и ярче. И где– то там, далеко– далеко, почти на линии горизонта, образовывалась уже настоящая светящаяся стена.
По телу Нэш, словно электрический разряд, пробежала дрожь.