Зореслав Степанов – Планета Плутон (страница 4)

– Опасаться нам нечего, Нэш. Куда бы корабль Тондора нас не привез, место это, наверняка, как–то им контролируется. Не думаю, что Тондор способен сыграть с нами злую шутку – забросив к врагам, или существам, нетерпимым к любым пришельцам. Нравится тебе то, что я скажу или нет, но мы сейчас тоже пришельцы.

– К чему ты завел этот разговор? Разве нам что–то угрожает? Мы же в корабле.

– Только потому, что я решил выйти из него. Роль простого наблюдателя меня не устраивает. Но ты можешь остаться.

Нэш закусила нижнюю губу. Она еще не свыклась с быстрой сменой инопланетных «декораций», но твердо решила играть по правилам Тондора. Он хочет, чтобы они считали, будто они в туманности Андромеды? Ладно, будь по его! Они в туманности Андромеда!

– Давай осмотримся сначала, – предложила она, помня, что герои всех земных фильмов и книжек на космическую тему, прежде чем покинуть корабль и ступить на почву чужого мира, всегда что– то изучают и исследуют.

Правда, пользы от этого, как впоследствии выясняется меньше, чем хотелось бы, а неприятностей выше головы. Нэш инстинктивно копировала их действия.

– Фигня это все, – отмахнулся Кейн. – На, держи, – он протянул ей дайвер.

Не сказав ни слова, Нэш взяла оружие, и с гаммой самых разнообразных чувств – основным было, что она немножечко сходит с ума или крепко спит, и это ей все снится, несмотря на твердое решение воспринимать окружающее как самую что ни есть реальность – какой–то миг внимательно его разглядывала.

Для нее дайвер оказался тяжеловат. Но, если его все время не держать в вытянутых перед собой руках, непрерывно ведя огонь или целясь, то мириться можно. Руки у нее не отпадут сами собой.

– Кейн… – она смотрела на него, и в глазах ее было что–то такое, что в последнее время всегда вызывало у него жалость.

Он обнял ее, зарылся лицом в пряди каштановых волос.

– Да плюнь ты на все, Нэш, – сказал Кейн, целуя ее в щеку. – Не думай ни о чем. Делай свое дело и все! Остальное…остальное я возьму на себя.

Довольно смутно представляя себе, что Кейн подразумевал под «остальным», она, соглашаясь, кивнула головой.

– Я постараюсь. Никогда не думала, что в туманности Андромеды такие планеты. Существа, которые ее обустраивали, наверное, выглядят еще необычней.

– А они, бьюсь об заклад, никогда не думали, что в системе, где расположена планета Земля, непосредственно на ее поверхности, может быть столько навоза и дерьма, – сразу пошутил Кейн.

Нэш рассмеялась. Стало легко. В самом деле, чего она опять хандрит? С оружием в руках они подошли к пустой желто–алой стене. Не было касаний, как не было заклинательных слов.

В том месте, где они остановились, стена потемнела почти до угольной черноты, и когда все оттенки были использованы, немного в стороне от черного пятна, появилась желтая точка, которая быстро расползлась во все стороны, словно выжгла неровный проем в корпусе корабля.

Вверху он имел все основания считаться треугольником со срезанной вершиной. Внизу – шестиугольник с несуществующими тремя углами. Появились желтые ступени, отдельно висевшие друг от друга в воздухе. Их было шесть: первая, верхняя касалась корпуса корабля, последняя зависла в сантиметре от белой поверхности.

Кейн, глядя больше себе под ноги, чем по сторонам – опасался оступиться и упасть – сошел вниз, подождал Нэш. Выискивать и высматривать здесь, было нечего. Ровная как стол поверхность просматривалась на неколько десятков километров во все стороны.

Единственное, что могло таить в себе угрозу – неподвижные, голубые образования, разбросанные в разных местах. Но до ближайшего такого сооружения было не меньше полукилометра.

Кейн со всем основанием полагал, что за минуту или две, что они пробудут на поверхности планеты – непонятные конструкции вряд ли существенно изменятся или приблизятся.

Бояться им нечего. Да и страха, как такового, они не испытывали. Скорее, удивление и легкое восхищение, как всегда бывает при встрече с чем–то новым и непознанным. Особенно, после той кучи навоза, какой была Земля.

Повидать новые миры было для него все равно, что глоток чистого воздуха. Нет, Кейн не имел ничего против Земли и людей, но там была такая беспросветная скука и однообразие. Не зря же люди время от времени устраивают войны! Хоть какая–то перемена в жизни…

Земля. Там абсолютно ничего не менялось. Конечно, если все время, с самого своего рождения проводить на Земле, ничего плохого в ней не замечаешь. Кое–что начинает даже нравиться, а временами и восторгать.

Но Кейн, насмотревшись на подлинное великолепие, понимал, что на Земле, если и есть что–то стоящее, то это всего лишь бледная, во много раз ухудшенная копия настоящей красоты и величия.

Все, что люди построили и чем так гордились, всего лишь дешевый блеск бесполезных во многом игрушек. По–прежнему не было свободы. Хотя, если вдуматься – кому она нужна? Все желают жить в стаде! И по– прежнему люди ползали по кучам навоза. Наверное, им никогда с ними не расстаться.

Нэш тронула его за рукав пиджака.

– О чем–то задумался? Землю вспомнил?

Вздрогнув, Кейн подумал, что проницательности ей не занимать. В средние века ее бы, наверное, сожгли.

– Угадала. Невольно сравнил то и это. В очередной раз убедился, как нам повезло.

– Да, конечно, – согласилась Нэш.

Она смотрела по сторонам, и вид у нее был несколько растерянный. Словно она, неизвестно как, очутилась в чужом доме. Не было привычных ориентиров, и она терялась – не зная, как быть и что делать.

Вся надежда на Кейна. Видно, в нем заложены задатки гениального человека. Ибо он всегда знал, чем им заняться, и как поступать в той или иной ситуации. Даже если они потом и жалели о совершенном.

– Нам надо помнить о времени.

– Что? – Нэш повернулась к нему. – Ах, да! – она вспомнила. Если они вовремя не вернутся на корабль, он может улететь без них. – Как думаешь, какой у нас запас?

– Часа три–четыре. Вполне достаточно, чтобы что– то осмотреть и успеть устать.

Проем в корпусе корабля не закрылся, и желтые ступени продолжали неподвижно висеть в воздухе. Хороший знак. И он имел двоякое значение. Первое – планета не опасна. Второе – времени у них достаточно.

– Кейн, может, сходим к этим голубым постройкам? Вдруг найдем что– нибудь интересное. Далековато, правда, но…

– Ты хочешь?

– Не то, чтобы хочу. Я и отсюда их неплохо вижу, но почему бы и нет. Не будем же мы три часа загорать у корабля. С таким же успехом, мы могли вообще из него не выходить.

Приблизиться к голубым «развалинам», они не успели. Не хватило времени. В высоте, над грядой фиолетовых облаков, появилась крохотная темная точка. Она быстро росла на глазах, и приближалась к поверхности планеты.

Глава 6

– Кейн! – Нэш указала немного в сторону. Там была еще одна точка. Появившись неизвестно откуда, она шла наперерез первой. – Птица или корабль, – Нэш почувствовала, как все ее тело в один миг напряглось.

– Скорее, корабль. Даже два корабля, – пробормотал Кейн, следя за движением точек.

Точки росли. В небе, сзади за первой, появилось белое свечение. Оно было довольно далеко от нее, но она, тем не менее, разделилась на несколько частей, и они понеслись навстречу земле.

– Черт, похоже, он его сбил! – сказал Кейн, продолжая стоять с поднятой головой.

– Кого?

– Да один корабль другой. А я думал, хозяева к нам пожаловали.

– Сбил? – Нэш напряженно следила, как группа крохотных точек приближалась к белой поверхности. До столкновения оставалось совсем немного.

Обломки предполагаемого корабля упали совсем близко от них, раздавив своей массой две «развалины», которые случайно оказались на месте падения. Вторая точка продолжала кружиться в вышине. Белое свечение больше не появлялось.

Но когда из груды обломков выбрались две темные фигурки и бросились бежать прочь от места катастрофы, точка ринулась вниз, и Кейн увидел, как обломки неизвестного им корабля начали вспыхивать белым пламенем.

Они сгорали сразу и бесследно. Непонятное свечение приближалось к фигуркам, которые, петляя и прячась за голубыми сооружениями, пытались избежать ужасного конца.

Кейн в изумлении смотрел на них. Похоже, они стали свидетелями, разыгравшейся трагедии. А свидетелей, как известно, принято убирать. Или их еще не заметили, или посчитали нейтральной стороной, что тоже было неплохо.

Темная точка опустилась еще ниже и выросла в корабль. Он был не больше корабля Тондора, около двух километров в поперечнике. Весь черного цвета с несколькими светящимися полосами по угольному корпусу.

Формой он напоминал усеченный сзади эллипс, пронизанный двумя плоскими прямоугольными платформами, на которых не было никаких надстроек. Упав на землю, корабль выбросил из себя несколько черных существ с множеством конечностей, и сжатыми в них странными предметами.

Кейн решил, что они собираются убить тех двоих, которые издалека так походили на людей. Он не знал, имеет ли он право вмешиваться не в свое дело, но спокойно смотреть, как эти агрессивные уроды собираются расправиться с потерпевшими крушение бедолагами, не был расположен. А что, если они такие же люди, как он?

– Нэш, оставайся здесь. Ни с места! – Кейн сжал в руке дайвер. Он все еще колебался. Было немного странновато, чужой корабль мог сжечь его как те обломки. Но чувство взаимовыручки настойчиво толкало его вперед. Кто знает, может это их судьба?