Зореслав Степанов – Космические Террористы 2 (страница 6)

Хью, как только он увидел эти черепа, сразу расхотелось идти туда. Об этом он и сказал Джефри, правда, так, чтобы не услышал Саймон. На его страхи Джефри ответил пренебрежительной улыбкой и в полголоса добавил:

– Вспомни планету Тарок, толстяк, как ты даже глазом не моргнув, посадил агента в расплавленный свинец.

– Так–то оно так, – согласился с ним Хью, и поковырял пальцем в ухе. – Но знаешь, Джефри, не нравится мне здесь.

– Я с тобой согласен, толстяк, но… – Джефри дунул в излучатель бластера. – Главное, следить за дикарями.

Хью согласился с мнением приятеля, и переключил свой бластер на веерное излучение. Тем временем туземцы, наполнив свои желудки чертовым ахи, поднялись на ноги и принялись дожидаться дальнейших распоряжений вождя. Тот, в свою очередь, о чем–то прикинув в уме, жадно посмотрел на бластер Саймона и приказал двигаться дальше.

Очутившись под сводом пирамиды, наемники были немало удивлены, так как коридор в отличие от их ожиданий, довольно хорошо освещался. Джефри, желая узнать, откуда идет свет, поднял вверх голову и увидел, что некоторые блоки в потолке через равные промежутки отсутствуют. Таким образом, сквозь отверстия проникал дневной свет. Джефри еще некоторое время стоял с задранной головой, потом хмыкнул и пошел следом за Сайманом.

Сама пирамида внутри была пустой и держалась на нескольких десятках колонн, вытесанных из розового мрамора. Вверху у каждой колонны был прикреплен меч и человеческий череп. Все это навевало довольно мрачное настроение, и у гангстеров возникло ощущение, что один из мечей вот–вот сорвется вниз, и размозжит кому– то из них голову.

Джефри, бросив взгляд на один из таких мечей, замысловато выругался и заставил себя больше не смотреть на них. Через минуту пирамида закончилась, и они очутились в просторной пещере, разделенной ручной кладкой на несколько комнат. В каждом помещении были соложены большие кучи золотых слитков.

– Босс, это же золото! – выдохнул Хью и челюсть у него так и отвисла.

– Что еще за «золото»? – быстро спросил Тиарки–Та. – Этот металл мы называем «Желтый луч». Он мягкий и ни к чему не пригоден.

– Ты прав, – согласился с вождем Саймон, стараясь скрыть охватившее его волнение и алчность.

– Босс, да тут миллионы, нет, триллионы кредиток! – воскликнул Джефри и, распихивая туземцев в стороны, влез прямо на кучу слитков.

Золото было кругом. Его было много, очень много. Слитки были сложены на каменных полках, на полу и просто собраны в огромные кучи. Такого изобилия ни Саймон, ни его головорезы не видели даже в самом своем лучшем сне.

– Босс, мы заберем все золото себе и ни черта не оставим этим недоумкам, – решительно заявил Хью, набивая себе карманы слитками поменьше.

– Приди в себя, толстяк, – рявкнул Саймон и его бластер дернулся в сторону Хью, который, казалось, от золота полностью потерял рассудок.

Он ползал на четвереньках по слитках, и что– то лихорадочно бормотал себе под нос. Увидев направленный на себя бластер и ледяной взгляд Саймона, он мигом потерял всякий интерес к золоту и слез с кучи слитков.

– Ну, что, Великий Тиарки–Та, будем меняться? – спросил Саймон, доставая из сумки детские игрушки, приготовленные для обмена.

– Нет, не сегодня, – ответил вождь, и отрицательно покачал головой. – Желтый луч любит солнце. Мы будем меняться завтра, когда солнце поднимется над деревьями.

Саймона это, конечно, не устраивало, но после десяти минут горячего спора, ему пришлось уступить. Тиарки–Та был непреклонен и твердо стоял на своем.

– Черт с тобой. Завтра, так завтра.

После такого решения, туземцы разложили костер в пирамиде, и принялись есть мясо, которое взяли с собой в дорогу. Саймон, как и полагается вождю гангстеров, сидел рядом с Тиарки–Та. Они деловито беседовали о предстоящей сделке, время от времени подкрепляя свои слова огненным ахи, которого становилось все меньше в кожаных бурдюках.

Приблизительно часа через четыре, туземцы все перепились и уснули, кто, где сидел. Костер, горевший внутри пирамиды, погас и только тлеющие угольки освещали ближайшие колонны багровым светом.

Саймон, который тоже прилично опьянел от выпитого ахи, сел и бросил в рот несколько таблеток стимулятора. Почти мгновенно хмель из его головы выветрился и он посмотрел по сторонам. Тиарки–Та спал, свесившись на него и, громко чмокая губами, что–то бормотал во сне. Саймон брезгливо поморщился и сбросил его руку со своего плеча.

Вождь туземцев, потеряв опору, несколько секунд сидел, не двигаясь, а потом с шумом повалился на каменный пол. Но так как ахи был крепким напитком, то он не проснулся и продолжал храпеть на холодных плитках пола.

Убедившись, что все туземцы не в лучшем состоянии, чем их вождь, Саймон, не церемонясь, растолкал пьяных Хью и Джефри. С помощью стимуляторов привел их в надлежащий вид.

– Босс, вы прервали мне очень приятный сон, – недовольно проворчал Хью. – Мне как раз снилась одна хорошенькая блондинка.

– Босс, в чем дело? – зевнул Джефри и потянулся к бурдюку с ахи.

– Оставь ты это пойло. Вы сюда напиться пришли или дело делать?

– Дело, – разом выдохнули приятели.

Саймон, услышав такой ответ, удовлетворено кивнул и заговорил шепотом. Не забывая при этом подглядывать на Тиарки–Та, который храпел на всю пирамиду.

– На рассвете, по моему приказу прикончим всех туземцев.

– А почему не сейчас? – резонно поинтересовался Хью.

– Ты найдешь ночью обратно дорогу? – вопросом на вопрос ответил Саймон. – Или хочешь до утра сидеть среди трупов?

– Нет, босс, – подумав какое–то мгновение, честно признался Хью.

– Тогда молчи и слушай. После того, как этих ликвидируем, мы вернемся к вездеходу и скажем оставшимся туземцам, что на вождя и его людей внезапно напало какое–то племя и всех перебили. Мы, конечно, пытались помочь, но их было слишком много, – Саймон криво улыбнулся.

– А что потом? – спросил Хью, которого все больше захватывал план босса.

– Потом? – переспросил Саймон и снова криво усмехнулся. – Потом мы вернемся сюда на вездеходе, и доверху загрузим его золотом. После этого мы спокойно вернемся на базу и…подсчитаем нашу выручку.

– Вы гений, босс, – восхищенно воскликнул Хью, когда Саймон окончил говорить.

– Я это знаю, толстяк, – ответил тот теперь уже с высокомерной улыбкой. – А теперь, парни, давайте спать. Этих все равно даже из пушки не разбудишь. Завтра с утра нам предстоит много работы, – последние слова Саймон проговорил с иронией и посмотрел на спящего Тиарки–Та.

– Это уж точно, – пробасил Джефри и для надежности сменил батарею бластера.

Через несколько минут космические террористы спали уже крепким сном среди воинов Тиарки–Та. Их храп мало чем отличался от храпа туземцев.

Глава 6

Утром следующего дня выяснилось, что планам Саймона не суждено было сбыться. В то время, когда он намеревался отдать приказ действовать, снаружи неожиданно послышался какой–то шум и в пирамиду влетел перепуганный туземец. В руках он держал окровавленную дубинку. Увидев у костра вождя, он мигом подскочил к нему.

– Великий Тиарки–Та! – заорал он на всю глотку. – Сюда приближаются пожиратели фульки. Их очень много!

Кусок мяса, который до этой минуты вдумчиво жевал вождь, отлетел в сторону, и Тиарки–Та с дубинкой в руке ринулся к выходу. Его воины побросали бурдюки с ахи, и побежали вслед за ним.

Не прошло и полминуты, как наемники остались в пирамиде одни. С непониманием и недоумением они смотрели друг на друга.

– Босс, кто эти фульки? – спросил Джефри.

– Дьявол их знает, – отмахнулся от него Саймон. – Идем за ними, – через минуту распорядился он, и с оружием в руке тоже побежал к выходу.

Очутившись у входа в пирамиду, они увидели, что сражение идет полным ходом, а так называемые пожиратели фульки мало чем отличаются от Тиарки–Та и его воинов. Это были точно такие же воинственные дикари. Отличие, пожалуй, заключалось в том, что они были более агрессивными, и вероятно враждовали с племенем Тиарки–Та.

В тот момент, когда Саймон, Хью и Джефри выбежали из пирамиды, пожиратели фульки с руганью и угрозами лезли на склон холма. Они явно пытались захватить пирамиду, а заодно и Тиарки–Та. Но тот со своими двумя десятками воинов яростно защищал пятачок у входа. Приведенный в бешенство неожиданным нападением, Тиарки–Та, словно полоумный прыгал на площадке перед пирамидой и, рыча не хуже зверя, метко крушил черепа пожирателей фульки своей огромной дубинкой.

Но, не смотря на такое упорное сопротивление, исход битвы был ясен. Саймон мельком посмотрел вниз и увидел, что все ущелье заполнено не меньше чем двумя сотнями пожирателями фульки. Рано или поздно воины Тиарки–Та устанут, и будут сметены нападавшими.

Сначала Саймон решил не вмешиваться в сражение. Ему было все равно с кем меняться: с Тиарки–Та или с этими другими. Но через несколько минут ему довелось изменить свое решение и принять в сражении самое активное участие. В то время когда он прохлаждался под прикрытием скалы, неожиданно, совсем рядом показался пожиратель, с отведенной для броска копья рукой.

Лицо его все было размалевано черной краской, а кожаный шлем на голове был украшен то ли иглами, то ли шипами. Саймон хорошо не разглядел, так как ситуация для этого не располагала. Прежде чем бросить копье, пожиратель фульки завыл, и это предоставило Саймону достаточно времени для того, чтобы срезать его лучом бластера. Копье туземца выпало у него из рук, а сам он с обгорелым лицом скатился вниз по склону.