Злюся Романова – Зараза (страница 7)
И третий…
КОШМАР.
Да кому и что я сделала, что этот бумеранг уже в третий раз прилетает мне в лицо?!
Передо мной предстаёт персонаж моего ночного, утреннего, дневного и вечернего кошмара.
В зелёной форме.
С ухмылкой на губах.
С холодом в глазах.
Над девятнадцатилетними неокрепшими умами возвышается…
Тот самый громила, которому я в пятницу зарядила прямо в нос.
Мне капееееец.
Он меня видит.
Я его вижу.
Кажется, что никого кроме нас нет. Воздух электризуется, того и гляди молнии сверкать начнут.
И тут он говорит:
– Ну что, товарищи студенты, слабая половина может уйти, а из остальной половины будем делать сильную.
И как зыркнет на меня.
Я подскочила, схватила рюкзак и бегом к двери. Глаза в пол, по спине пот, в груди – узел напряжения. Прохожу мимо громилы, выход уже рядом, ещё чуть-чуть – и я на свободе! Тут чувствую, как меня хватают за рюкзак и тянут назад. Оборачиваюсь. Этот гад схватил меня и держит, как нагадившего котёнка. Вот ведь…
– Я же сказал: «Слабая половина может уйти».
Пытаюсь что-то сказать, но от волнения и страха начинаю мычать. На подмогу приходит преподаватель.
– Уважаемый, оставьте студентку Петрову в покое, пусть девушка идёт по своим делам. – Посмотрел на меня педагог. – Ступай, Улечка, всего хорошего.
Голубые глаза громилы расширяются до небывалых размеров – того и гляди выкатятся. На заднем фоне слышится смех и поддразнивания. Рука отпускает мой рюкзак, и я выбегаю из аудитории.
Всё. Я в аду.
Тимур
Благодаря Вике понедельник я встретил в отличном настроении. Тем более, день не обещал быть напряжённым. Руководство решило сослать меня к студентам в какое-то спортивное училище – я не вникал, главное, не детский сад, а то у меня с малышами отношения сложные: они плачут, я нервничаю.
Моя задача – совместно с товарищами из военкомата провести беседу с мужской частью обучающихся, чтобы они воспылали желанием отдать год жизни армии. Ну или хотя бы перестали так яростно прятаться от военкомата.
Вхожу в образ. Надеваю форму, хватаю папку, закидываю в рот жвачку и выхожу. Во дворе ждёт служебный автомобиль. Доехали, немного потолкавшись в пробке – видимо, кто-то тоже спешил на встречу с военкоматом, но в обратном направлении.
На месте уже два «ждуна» из военкомата и один декан (факультет не запомнил – у меня в голове только важная информация: где поесть, где поспать, с кем по***я). Один – круглый, как колобок, но без шансов на побег. Второй – длинный и щуплый, будто его лично отбирали для роли «жизнь после диеты».
Быстро доходим до аудитории – оказывается, студенты сдают экзамен. Вот везунчики! И так стресс, а тут ещё мы, как три ангела возмездия, только без крыльев, зато с повестками.
Заходим. Студенты притихли. Декан что-то вещает, а я в это время изучаю аудиторию.
Ого, да тут целый цветник!
Вон ангелочек с голубенькими глазками – моргает так, будто передаёт азбукой Морзе: «я ваша на веки». Рядом чернявая – смотрит на меня, как на последнего мужчину перед апокалипсисом.
И тут… стоп.
Кто это там прячется? Глаза в пол, лицо в ладошках – стандартная поза «если я не вижу его, то и он меня нет».
Смотрю в упор. Пацан поднимает глаза – БАМ!
Наши взгляды встречаются. Фейерверк.
Да не может быть!
В метрах десяти от меня сидит и бледнеет то самое чудо-юдо, которое недавно попыталось перекроить мне лицо. Теперь в его глазах – шок и паника.
Подходит моя очередь говорить. Делаю самое серьёзное лицо, добавляю в голос металла и выдаю:
– Ну что, товарищи студенты, слабая половина может уйти, а из остальной половины будем делать сильную.
И бросаю взгляд на «заразу». Пусть понервничает. А то взял моду помощника военного прокурора «дубасить»…
Пацан подскочил, схватил свой рюкзак и – бегом к двери! Глаза в пол, весь скукожился, как вяленый помидор в школьной столовой. Идёт мимо меня, глаза вообще закрыл.
Тут я не удержался – схватил его за рюкзак и приподнял. Висит такой, ручками-ножками болтает, точь-в-точь марионетка, у которой оборвали нитки. Говорю своим самым начальственным тоном:
– Я же сказал: «Слабая половина может уйти».
Он висит, пытается что-то сказать, но получается только «мммммм», будто чайник закипает. И тут раздаётся голос преподавателя:
– Уважаемый, оставьте студентку Петрову в покое, пусть девушка идёт по своим делам. – И добавляет с улыбкой: – Ступай, Улечка, всего хорошего.
Мой мозг в этот момент:
>>>[404 ERROR] ГЕНДЕРНЫЕ ПРИЗНАКИ НЕ ОБНАРУЖЕНЫ
[ПЕРЕЗАГРУЗКА СИСТЕМЫ…]
Я смотрю на этого «ПАЦАНА» – вернее, теперь уже понятно, что «НЕ ПАЦАНА» – и чувствую, как по мне начинает пробегать мелкая дрожь. Не то от ярости, не то от дичайшего стыда. Где-то в глубине души просыпается полный словарный запас матроса срочной службы. Мля….
«Какая, нахрен, Улечка?!», – хочется закричать мне. Это же тот самый дрищ, который мне в пятницу нос расквасил! И он… то есть ОНА оказывается девчонка! В аудитории уже слышны приглушённые хихиканья и шёпот: «Он её за парня принял…»
Медленно, очень медленно разжимаю пальцы. Моя «добыча» с лицом цвета свекольного борща выскальзывает из аудитории, оставляя меня наедине с осознанием, что теперь я стану легендой училища.
Всё. Я не просто в аду. Я в том его специальном отделении, где чертей поджаривают на медленном огне за особенно эпичные провалы. Моя работающая с перебоями интуиция подсказывает мне, что я обязательно увижу её в четвёртый раз. Потому что такова моя карма.
Глава 7
Головная боль
Тимур
Всю неделю я ходил, как зомби после ночного дежурства. Только вместо тяги к человеческим мозгам меня мучил один-единственный вопрос:
КАК ТАКОЕ ВООБЩЕ ВОЗМОЖНО?!
Этот "тот самый пацан" – оказался… девушкой.
ДЕВУШКОЙ, Карл!
Я, Тимур "Железный Кулак" Смирнов, действующий помощник военного прокурора, выпускник Военного университета имени князя Александра Невского, мастер спорта по тхэквондо – устроил разборки с девчонкой ростом с мой локоть и весом меньше моего спортивного рюкзака.
– Как я мог не заметить?! – мысленно орал я, в сотый раз прокручивая в голове тот момент.
Ну ладно:
Короткие волосы – бывает.
Точный удар с ноги по рёбрам – везение.
Брейк-данс – не самый женский спорт.