Злата Иволга – Змеиное гнездо. Безумный маг (страница 78)

Она очнулась от короткого сна рано, когда край солнца только показался над горизонтом. Кьяра села и попыталась привести в порядок волосы, досадуя, что нет гребня. Ласковые волны взбегали на песок и плескались у трех больших валунов, обросших светло-зелеными водорослями и похожих на каменных быков, выходящих из моря. Вчера Кьяра их не заметила.

– Изумрудные быки, – прошептала она.

– Ты знаешь эту легенду?

Кадир, оказывается, не спал, а смотрел на нее, улыбаясь.

– Нет. – Кьяра откинула копну волос на одно плечо. – Просто так называется флагманский корабль Зигфрида. Я увидела их и вспомнила.

– Я слышал ее от отца, – задумчиво произнес Кадир. – Изумрудные быки бродят по подводным лугам морского духа Оллонкуна. Там цветут морские анемоны всех возможных оттенков, и пестрые рыбки порхают над ними, как бабочки. Говорят, если отведать мяса морского быка, то обретешь бессмертие. Давным-давно один эмиран спустился на дно моря и украл трех быков, желая подарить их своему отцу, чтоб тот стал самым грозным повелителем на всей земле. Во дворце Оллонкуна он встретил его дочь, гордую Оллосэ, Повелительницу бурь, и провел с ней шесть ночей. Оллосэ полюбила эмирана и уговаривала его остаться с ней навсегда. Но тому не хотелось всю жизнь провести во владениях морского духа, и он обманул ее, сказав, что хочет принести ей в подарок волшебное ожерелье, которое хранится в сокровищнице его отца. Он погнал быков на берег, но лишь только они вышли из морских пучин, и солнце осветило их спины, как они обернулись в камень, ибо им не место было на земле. – Кадир помолчал. – Отец всегда говорил, что каждый должен быть там, где его место.

– А что стало с Повелительницей бурь? – спросила Кьяра, невольно очарованная древней легендой.

– Когда она поняла, что ее обманули, и эмиран не собирается возвращаться, то страшно разгневалась и поклялась стереть его владения с лица земли. Раз за разом она в исступлении кидалась на берег, но все ее ветра разбивались о прибрежные скалы, не достигая укрытого от бурь дворца. Чертоги древнего повелителя уже давно рассыпались в прах, и имя неверного эмирана забыто, но Оллосэ вновь возвращается на этот берег каждый сезон Зимородка, обрушивая свою ярость на безответные камни.

– Хорошо, что сейчас сезон Змеи, – поежилась Кьяра.

– Эта бухта называется Гайретэ, что значит Усердие, – сказал Кадир, посмотрев в небо.

– Ну да… или Ревность, – прищурилась Кьяра.

– Верно, – улыбнулся Кадир, обнимая ее и притягивая к себе.

– Имей в виду, Кадир хан эфенди, – нарочито строгим тоном сказала ему Кьяра, когда снова оказалась лежащей на ковре. – Если ты меня обманешь, я тебе тоже такую бурю устрою! Оллосэ утопится от зависти!

Кадир поцелуем потушил ее праведный гнев на суридские легенды. Над ними с печальным криком пронесся буревестник.

Когда они вернулись в Башню, раздраженная чем-то Ильза ждала их прямо у беседки. Ее глаза блестели, а обычно рассыпанные по плечам волосы были заплетены в аккуратную косу.

– Из столицы прибыл гонец, – заявила она растерянной Кьяре, бегло кивнув Кадиру и советнику Толге. – Кронпринцесса Вильгельмина хочет видеть нас, и как можно скорее.

Королевский дворец, столица, Илеханд

Кронпринцесса чувствовала себя разбитой и понимала, что с этим надо как-то бороться. И почему она не выспалась именно в день такого важного события, как Большое дворянское собрание? Ночью Вильгельмина видела во сне больших змей, заползающих в ее комнату, и Зигфрида, который поднимался по ступеням самой большой лестницы дворца, а она бежала и никак не могла его догнать. Перед самым пробуждением она, полная отчаяния, забиралась по ступенькам, уже помогая себе руками, и услышала его тихий, но отчетливый голос рядом: «Не упади».

– Доброе утро. – Кронпринцесса задержалась в дверях, и, вздохнув, направилась к ожидающим ее двум молодым особам в темных траурных платьях. Ей только что доложили, что самая старшая ее сестра недавно умерла. – Нас не беспокоить, пока я не позову, – бросила она гвардейцу, закрывающему двери.

– Доброе утро, – отозвалась рыжеволосая девушка с толстой косой, лежащей на плече. – Просим прощения за задержку, гонец застал нас врасплох.

Вторая, с копной темных, как у Вильгельмины волос, собранных сзади в простую прическу, кинула на нее непонятный взгляд. Кронпринцесса внезапно остро ощутила себя здесь чужой и постаралась взять себя в руки. Никуда не денешься – с сестрами придется познакомиться и договориться.

– Вы прибыли с Феликсом? – спросила Вильгельмина, жестом показывая присаживаться, и сама опустилась на стул. Воротник нового платья неприятно колол кожу шеи, кружева оказались жесткими.

– Да, гонец отдал ему бумаги, разрешающие применять магию в столице, – ответила старшая сестра. – Он отправился в особняк Корфов.

И снова этот взгляд темноволосой сестры. Вильгельмина чуть приподняла подбородок и сощурила глаза. У матери это получалось великолепно и выглядело величественно.

– Мне передали документы, подтверждающие наше родство, подписанные советником Урсулой, временно исполняющей обязанности Магистра Шестой Башни. А также записанное свидетельство некой Алессии из Тусара, жены владельца каретной мастерской. – Вильгельмина выдохнула. – Не буду спрашивать, как магам удалось все так быстро устроить. Предлагаю обращаться друг к другу без лишних церемоний, – сказала она. – Насколько я понимаю, ты Генриетта, то есть Ильза. – Она посмотрела на старшую девушку. – А ты Эрнестина, – перевела принцесса взгляд на темноволосую.

– Я предпочитаю Кьяра, – отозвалась та, тоже щуря свои глаза цвета раухтопаза.

– Мне все равно, я могу носить и два имени, – пожала плечами Ильза-Генриетта.

– Вы похоронили Фредерику в склепе Шестой Башни? – осведомилась Вильгельмина, стараясь не замечать скованности в беседе. Если это можно назвать беседой. Какие бы чувства ни испытывали сейчас к ней сестры, кронпринцесса намерена говорить прямо и по делу, не отвлекаясь на настороженность одной и вызывающее поведение другой.

– Да. Я решила, что так будет лучше, – сказала Ильза-Генриетта. – Мы родились близнецами.

– Жаль, что мне не удалось узнать ее, – сказала Вильгельмина и, после небольшой паузы, прокашлялась. – Сегодня состоится Большое дворянское собрание, где я хочу видеть вас обеих. Однако перед этим нам необходимо прояснить некоторые вопросы.

– Я охотно подпишу отречение от трона, как только будет утвержден мой статус. – Ильза-Генриетта перекинула толстую косу с груди на спину. – Я собираюсь закончить обучение и продолжить работу в Шестой Башне. Для этого удобнее быть принцессой, не связанной государственными делами.

Однако ее старшая сестра прозорлива и, наверняка, очень умна. Вильгельмина постаралась скрыть облегченный выдох и перевела взгляд на Кьяру-Эрнестину.

– Так вот в чем дело, – наморщила та лоб, что совершенно не испортило ее очаровательное лицо. Вильгельмине никогда не удавалось так красиво задумываться. – Я тоже подпишу отречение, поскольку собираюсь выйти замуж за суридского шаха. Уверена, он не желает становиться принцем-консортом Илеханда.

Вильгельмина с интересом посмотрела на Кьяру, вспомнив, что одним из предлагаемых матерью женихов был как раз шах из Суриды. Не один ли это человек? Однако любопытство могло подождать.

– Значит ли это, что ты будешь жить в Суриде? – спросила кронпринцесса.

– Да, – кивнула Кьяра. – Мы отложили все только потому, что необходимо разобраться с тем, кто я есть. У меня было целых две приемные семьи.

– Поэтому у тебя тусарское имя? – как можно благожелательнее спросила Вильгельмина. Кьяра ее немного пугала. Казалось, она была чем-то раздражена. Может, тем, что ей пришлось расстаться со своим женихом? Или она просто неловко чувствует себя во дворце рядом с роскошно одетой кронпринцессой?

– Оно мне нравится, – ответила Кьяра. – Его дала мне дама Донателла Фарелли, моя приемная мать. Долгие годы я была уверена, что она родная.

Ильза тихо кашлянула, словно пытаясь остановить готовую погрузиться в воспоминания сестру.

– Однако своим отцом, – Кьяра не обратила на намеки сестры внимания, – я всегда считала Зигмунда Корфа.

– Хор всемогущий! – прервала ее Вильгельмина, прижав к губам руку в перчатке. – Как же я могла забыть. Кьяра из Морской Длани, приемная дочь. Генерал-регент писала о тебе в отчете.

Дело было в том, что Вильгельмина нашла время только бегло ознакомиться с толстым отчетом Ингрид Рихтер, внимательно остановившись на некоторых событиях. Она собиралась вдумчиво прочитать его после собрания.

– А она не написала, как сделала из меня приманку для убийц? – спросила Кьяра.

– Это сейчас совершенно неважно, – сквозь зубы проговорила Ильза. Похоже, она не в восторге от поведения сестры.

– Генерал-регент выполняла свой долг, – холодно сказала Вильгельмина. – А в той ситуации, в которой она находилась, лишь немногие методы достойны осуждения. К тому же она не знала о твоем происхождении.

Вильгельмина дала себе слово ознакомиться с происшествием с Кьярой, как только закончится этот нелегкий разговор.

– Вильгельмина, ты должна извинить нашу сестру, – заговорила Ильза. – У нее была бессонная ночь, и она немного нервничает перед неизбежным знакомством с будущей свекровью.

Кьяра со свистом втянула воздух сквозь зубы, но промолчала.