Зинаида Майорова – Писцы фортуны (страница 4)

– Я готов заплатить вперёд, если это повысит шансы на успех, – забеспокоился Арман.

– Не волнуйтесь, это мои стандартные условия. Ваши шансы не пострадают. Более того, я всегда делю с клиентами их риски и включаю в договор особый пункт. Если облигации не будут погашены до полуночи следующей пятницы, я выплачу вам десять процентов от их номинальной стоимости. Правда, в моей практике ещё не было случая, чтобы клиент терпел убыток. Но такова традиционная форма договора.

– Ваши условия звучат как сказка, – улыбнулся Арман. – В чём подвох? На контракте нужно расписываться кровью?

– Ну что вы, Арман, – рассмеялся Мастер, – вы слишком высокого мнения обо мне. Души меня не интересуют, мне вполне хватает денежных переводов. Я вышлю вам образец контракта, чтобы вы обсудили его со своими юристами. В нём нет никаких тайных смыслов.

– Я предпочёл бы не посвящать в это дело своих юристов.

– Тогда Марина подготовит контракт прямо сейчас, и вы сможете подписать его. Но уверяю вас, мне вполне хватит устной договорённости. Контракт я составляю исключительно для вашего спокойствия. В следующую пятницу у вас будет нервный день. Контракт придаст вам уверенности в победе.

Когда Арман ушёл, Марина подошла к Мастеру и обняла его.

– Я восхищаюсь тобой, – нежно сказала она. – Как всегда.

Мастер поцеловал её. Они долго стояли у окна, обнявшись, и смотрели на город у своих ног, сиявший, как новогодняя ёлка.

– Мы скоро уедем отсюда навсегда, – сказал он. – Тогда мы сможем быть вместе. А пока, ты знаешь, у нас должны быть чисто деловые отношения. Иначе нам не справиться.

– Я знаю, Мастер, – тихо ответила она и отошла от него, снова превращаясь в идеального секретаря с железным самоконтролем.

– Есть ещё одно дело, довольно деликатное. Мне встретился человек, возможно, не совсем обычный, хотя ничего особенного за ним не числится. Точно не знаю, но похоже, что он обладает тем же даром. Надо выяснить, на какой стороне он играет: на светлой или на тёмной? Не разрушит ли он наши надежды?

– Я выясню всё, что ты попросишь, Мастер!

– Для начала попробуй познакомиться с ним и его друзьями. Не форсируй события. Главное, не возбудить его подозрений. Пока он не представляет для нас прямой опасности.

Он передал ей папку с материалами. Марина включила верхний свет и раскрыла папку.

– Он совсем не похож на тебя, Мастер, – удивилась она, рассмотрев фотографию из папки. – Ничего общего.

– Может быть дело не в нём самом, а в его друзьях. Он притягивает к себе особых людей. Я пока не понимаю, в чём дело, но чувствую в нём скрытую угрозу для нас с тобой. Ты будешь моими глазами и ушами. Каждая мелочь может оказаться жизненно важной.

Марина быстро прочла документы в папке – их было немного. Краткая биография: где родился-учился, кем работает, чем увлекается. Ничего уникального или хотя бы заслуживающего пристального внимания.

– Стоит ли мне пытаться пробудить в нём нежные чувства?

– Это было бы для нас полезно, но ты знаешь, я не вправе тебе приказывать в таких делах. Только если ты сама сочтёшь возможным закрутить с ним роман.

– Ты можешь положиться на меня, Мастер, – улыбнулась Марина, и её синие глаза потеплели. – Как всегда.

Глава 3. Улыбчивый Тигр

Коля изнывал от безделья. На конспиративной квартире в Москве он провёл всего сутки, но ему казалось, что прошла целая вечность. А главное, никакого толку от его затворничества не было – за целый день он не продвинулся в деле «спецназовца» ни на шаг. Литературный след не помогал, а только запутывал.

Сначала Коля взялся за работу с энтузиазмом, наивно полагая, что его солидный опыт, накопленный за год работы над делом Драгунова, легко конвертируется в новый успех. На первый взгляд, на литературном портале развернулась похожая история – вероятный злоумышленник искал потенциальных жертв со специфическими писательскими талантами. Только в этот раз никакого флешмоба не было. Вместо него пользователь с ником Улыбчивый Тигр регулярно проводил конкурсы микрорассказов с одним и тем же названием: «Писцы фортуны». Менялись только порядковые номера конкурсов.

Последний конкурс, в котором успел поучаствовать несчастный Витя, оказался седьмым по счёту. Правила предельно просты: описать необыкновенно счастливый случай из жизни автора, уложившись в 2 тысячи знаков. Авторы трёх лучших рассказов получали небольшие денежные премии от Улыбчивого Тигра. Он же писал короткие отзывы на все рассказы, попавшие в короткий список.

В самом первом конкурсе участников было немного, но в «Писцах фортуны 7» их набралось больше сотни. Однако Улыбчивый Тигр оказался способным организатором, объёмы его не смущали, и он исправно читал и оценивал рассказы, выбирая изюминки. Коля не поленился и прочёл все работы, поданные на конкурсы, почти во всех случаях соглашаясь с мнением жюри. Вкус у Тигра был отменный.

Нашёл он и Витин рассказ – тот писал под своими настоящими именем и фамилией. История цепляла, и если бы не корявый стиль и ужасный русский язык, вполне могла попасть в короткий список. Победителей пока не объявили, но Коля готов был поспорить, что в их число войдёт рассказ писателя с ником Саша Ирбисъ. История Ирбиса ярко выделялась на фоне остального творчества, хотя Коля насчитал ещё штук десять весьма приличных рассказов.

На тщательный анализ конкурсных материалов у Коли ушло всё утро, но после обеда прогресс застопорился. Он не смог добавить ничего нового к тому, что уже выяснили Дима и его коллеги. Все жертвы «спецназовца» участвовали в конкурсах Улыбчивого Тигра, но призёров и даже финалистов конкурса среди них было мало. Некоторые, как и Витя, не вошли даже в лонг-лист. Коля не мог определить, по какому признаку «спецназовец» выбирал добычу среди «писцов фортуны», и не мог предсказать, кто станет следующей жертвой.

– Можно покрутить барабан рулетки. Посмотреть, на какой номер выпадет шарик. Мой прогноз будет таким же точным, – процедил Коля, когда вечером к нему пришёл Дима и осведомился об успехах.

– Никто и не ждёт, что ты сразу найдёшь закономерность, – утешил его Дима, открывая коробку с пиццей.

– И что, я буду сидеть здесь взаперти и есть пиццу, пока не разгадаю его метод? – возмутился Коля.

– Я твою любимую принёс – четыре сыра. Ещё попросил козий сыр добавить, – примирительно начал Дима, но Коля сердито перебил его:

– Дело не в еде, я просто не могу больше сидеть в четырёх стенах. Ничего путного в голову не приходит.

– Вдохновения нет?

– И его тоже. А ещё завтра похороны.

Дима внимательно посмотрел на Колю и проглотил готовые сорваться с губ слова, что на похоронах ему точно не следует появляться. Киллер не упустит такого удобного случая и наверняка попытается завершить миссию, так неудачно приостановленную Витей.

– У меня было время подумать, – продолжил Коля, – и теперь я не уверен, что представляю для этого маньяка хоть какой-то интерес.

– Зачем же тогда он в тебя стрелял?

– А если он на самом деле целился в Витю? Может быть Витин рассказ ему идеально подошёл? На русский язык он точно внимания не обращает, ему важны только сами истории.

Дима опять вовремя удержался и не стал вдаваться в пространные психологические рассуждения об иррациональном чувстве вины, которое возникает у выжившей жертвы. Недавно он посетил мастер-класс известного психиатра, и несколько умных фраз до сих пор не выветрились у него из головы. Как бы ему ни хотелось блеснуть перед Колей новообретённой эрудицией, сейчас это было совсем не к месту.

– Твою версию стоит рассмотреть, – дипломатично согласился Дима. – Назовём её версией «прицельного выстрела». Но почему маньяк нарушил свой ритуал?

– Так ты ему помешал, очевидно, – отмахнулся Коля.

– Ты не понимаешь, с кем мы имеем дело. Я никак не мог ему помешать. Ты же видел кадры с веб-камеры. Помнишь, когда он прямо рядом со станцией метро орудовал?

Забыть было сложно. Если бы Коля не знал, что смотрит запись реальных событий, он бы всё списал на спецэффекты. Киллер сначала стрелял в жертву, а затем делал ещё пять выстрелов по неодушевлённым мишеням, постоянно меняя угол и направление стрельбы. На всё про всё у него уходило несколько мгновений – движения в записи казались смазанными. Но невероятная скорость совершенно не мешала точности. Он никогда не промахивался.

– А вдруг Витя что-то знал про него? – не сдавался Коля.

– Но ты же проверил его личную переписку на портале. Разве там было что-то подозрительное?

Коля действительно не нашёл никаких следов приватной коммуникации с Улыбчивым Тигром. Витя подал рассказ на конкурс, получил комментарий от организатора, что работа принята, и на этом их общение прекратилось навсегда. Внезапно Колю осенила новая идея:

– У Вити видеокамера пропала недавно. Он как раз говорил об этом, когда… В общем, он не успел рассказать эту историю. Может быть, маньяк нашёл видеозаписи и понял, что Витя сможет опознать его?

В первый раз за время их беседы Диме показалось, что версия «прицельного выстрела» не так уж фантастична.

– Хорошо, будем разрабатывать обе версии: «прицельного выстрела» и… Короче, обе. Но пока нет ясности, тебе лучше никуда не выходить.

– Я поеду на похороны, – заявил Коля. – Между прочим, у нас очень удобное кладбище. Просто мечта! Всё прекрасно простреливается с колокольни. Можно устроить засаду на маньяка, если он вдруг заявится. Я там каждую кочку знаю, могу карту местности нарисовать. Должны же мы что-то делать в конце концов! Нельзя сидеть сложа руки и ждать, пока он ещё кого-нибудь убьёт.