Жюльетта Бенцони – Одна из двух роз (страница 24)
Первый день не принес никому победы, но юный Клиффорд так яростно атаковал противника, что нанес ему большой ущерб. Люди Белой розы готовы были сдаться, но тут Уорик совершил безумный жест. Подобные жесты, случается, поворачивают колесо фортуны и возвращают мужество войску. Он соскочил с коня, полоснул по нему мечом, встал на колени и на мече, как на кресте, поклялся, что покинет битву только мертвым, и врубился в схватку. Солдаты ринулись за ним. Беглецы повернули обратно и, вдохновленные его примером, тоже стали сражаться. Через час от руки Уорика погиб молодой Клиффорд.
Битва продолжалась всю ночь и весь следующий день. Ветер изменил направление и бил теперь в лицо солдатам Алой розы, но они, желая во что бы то ни стало победить, сражались, как львы. Настала минута, когда они уверились, что битва выиграна. Но тут подоспело подкрепление от нового короля. Подошел герцог Норфолк со своим отрядом. Его прибытие стало для Алой розы гибелью.
Страшный бой шел между двумя речками, Кок и Варф. Поначалу они служили ланкастерцам надежной защитой. Но затем они со своими скользкими обледенелыми берегами превратились в ловушку. Мосты не выдержали и провалились под бегущими. Подоспела кавалерия Белой розы. Началась резня, одна из самых страшных в истории.
Маргарита с сыном, охраняемые во время кровавого кошмара лордами Дугласом и Ангусом, успели переправиться через Кок. Но не по своей воле. Маргарита не хотела никуда двигаться. Она была в отчаянии, глаза ее из-за слез, снега и крови не хотели ничего видеть. Она забыла даже о сыне и желала одного: погибнуть в адском месиве! Но один шотландец взял повод ее коня, другой – коня юного принца, и они вывели их из бойни и проводили до Йорка, где Генрих VI, не слишком в себе, но и не совсем в безумии, молился в часовне, празднуя въезд Господень в Иерусалим.
Внезапное появление людей, покрытых грязью и кровью, которых он не узнал, напугало его. Маргарита поспешила избавиться от ратной одежды и преклонила перед королем колени:
– Нет времени молиться, мой король! Господь нас оставил своей милостью. Нам нужно бежать, и как можно быстрее!
Король смотрел на Маргариту с ласковой улыбкой и, по всей видимости, не понимал, что происходит.
– Бежать? Куда? Погода очень плохая. И сегодня воскресенье.
– Мадам! Мадам! – возвысил голос Дуглас. – Нет времени на молитвы и учтивости. Переоденьтесь в сухую одежду, возьмите все, что есть драгоценного, и простите мне то, что я сейчас сделаю!
Гигант Дуглас был горой мускулов. Без видимого усилия он поднял короля на руки, потом, словно мешок, перекинул его на спину и крикнул, что идет на конюшню и чтобы туда принесли багаж.
Маргарита, окаменев, осталась стоять посреди часовни. В часовню вбежала Ализон, ей королева доверила супруга, отправляясь вместе с войском на битву. Ализон держала в руках черный плащ с капюшоном, в который укутала госпожу.
– Я с утра уже уложила ваши вещи и приказала отнести их в конюшню вместе с вещами его величества.
Маргарита посмотрела на Ализон с неприязнью:
– Ты не верила в нашу победу? Ты, моя самая преданная подруга?!
– Исход битвы – не моя забота, мадам. Я здесь для того, чтобы ухаживать за вами и быть всегда у вас под рукой. Будь победа наша, мы бы подняли вещи обратно, только и всего. – и Ализон улыбнулась с такой простодушной сердечностью, что одеревеневшая от горя Маргарита оттаяла. Горько заплакав, она бросилась в объятия Ализон.
Так они и стояли, обнявшись, когда в молельню снова вошел Дуглас.
– О чем вы думаете, мадам? – рассердился он. – Вы что, не понимаете? Вам нельзя терять ни минуты! Вы же знаете, как только Йорк покончит с пленными и прикончит раненых, он пустится за нами? Не сомневайтесь, Уорик уже близко.
– Мне доносили, что он ранен.
– Таких людей, как Уорик, не останавливают раны. И полумертвый он побежит по вашим следам, потому что ненавидит вас.
– Думаете, я ненавижу его меньше? Но вы правы: поспешим!
Несколько минут спустя маленький отряд молча покинул замок Йорк через потайную дверь, ведущую прямо в поле, и скрылся в ночной темноте. Мело по-прежнему, и через короткое время снег засыпал следы беглецов.
Маргарита вернулась в Шотландию, но надеяться ей было не на что.
– Сестра моя, вы больше не можете на меня рассчитывать, – сказала ей Мария Гелдернская. – Я уже отдала вам всех солдат, каких могла.
Маргарита молча смотрела на белокожую некрасивую блондинку, сидевшую напротив. Полученный отказ окончательно сковал ее холодом. Сидя у ярко и горячо полыхающего камина, Маргарита чувствовала, что ей никогда не согреться.
Догадываясь о мыслях кузины, регентша улыбнулась и предложила:
– Почему бы вам не дать себе небольшой отдых? Вы перенесли тяжелое испытание. Женщину менее мужественную, чем вы, оно раздавило бы. А вам предстоит заботиться о короле – вашем супруге – и о вашем сыне. Поле битвы – хорошая школа для юного воина, но он провел в ней слишком много времени. Поверьте, вам необходимо отдохнуть.
– Отдохнуть? Мне?!
– Да, конечно. Ум светлеет, когда телу спокойно. А вы так измучены.
– Признаю, это так. Но где мне найти покой, если узурпатор завладел короной моего господина короля, помазанного на царство в Вестминстере, если он порочит моего сына, называя его незаконным?! О, если бы я была мужчиной!
– И что бы вы сделали?
– Вызвала бы его на Божий суд! И в этом поединке Господь даровал бы мне победу, потому что правда на моей стороне!
Мария Гелдернская не возражала, но про себя подумала, что новый король столь же твердо верит в свою правду и не сомневается, что Бог на его стороне.
– К сожалению, вы не можете даже послать вместо себя рыцаря с вызовом. Хотя, я знаю, многие с радостью повезли бы его. Джеймс Дуглас, например. Но новый король не примет его и просто казнит дерзкого юношу.
– Что я могу предпринять, если вы не хотите мне помочь?
Регентша сдвинула брови:
– Вы несправедливы ко мне. Я не сказала, что не хочу. У меня нет такой возможности. Поймите, на моих плечах королевство, и я отвечаю перед моим сыном за его народ и за его земли. Я уже дала вам много людей…
– За хорошую добычу. Многие из них обогатились. И вы получили Бервик.
– По счастью, да. Но кто вам сказал, что Эдуард IV, окрыленный своей победой…
– Герцог Йорк! – возвысила голос Маргарита.
– Что герцог Йорк не решит отомстить нам за участие в вашей войне? Мне нужно защищать Шотландию.
– Лучшая защита – нападение!
– Даже не думайте об этом. Лучше примите то, что я вам предлагаю: надежный замок неподалеку от Эдинбурга, где вы с семьей сможете в безопасности набираться сил. Дайте возможность подрасти вашему сыну, Маргарита. Повзрослев, он будет вам благодарен и станет вашим рыцарем-защитником.
Настаивать на своем было бы неуместно. Маргарита согласилась принять смотрящий со скалы в море замок Данбар, который был ей предложен в качестве убежища. В этом замке укрылся несчастный Эдуард II после битвы при Бэннокберне. И когда Маргарита вошла в его стены, похожие на сгустки лавы, она в самом деле почувствовала себя в безопасности.
– Я видела замки приятнее, – сказала Ализон, – но не видела надежней. К тому же отсюда можно сбежать от врага по морю.
Сбежать? Нет уж. Маргарита не из тех, кто сбегает.
Дни шли за днями, и у Маргариты, смотревшей на бесконечную череду серых волн, разбивавшихся о скалы, зародилась неожиданная мысль. Она возникала всякий раз, когда королева вглядывалась в горизонт. Там, за чертой, что так часто тонет в тумане, лежит материк под названием «Европа», на нем Голландия, которой владеет бургундский герцог, на нем Франция! Ее родина, ее защитница, потому что теперь у нее нет ничего, кроме крыши над головой в Шотландии.
Маргарите страстно захотелось вернуться на родину, и понемногу в ней стала крепнуть надежда: Франция ее поддержит, если она попросит помощи!
Суровая северная зима лютовала над замком, обрушивая на него то метель, то ураган, а Маргарита все чаще погружалась в воспоминания, воскрешая то детство, то юность. Как бы ей хотелось вновь увидеть плавную Луару и замок в Анжере мягкой теплой весной, которая не треплет деревья яростным ветром. Полюбоваться миндалем в цвету и виноградниками, дающими терпкое ароматное вино! Встретиться вновь с… Пьером де Брезе!
Имя всплыло неожиданно, само собой, стоило возникнуть в памяти виноградникам и цветущим деревьям. Они гуляли среди них и были счастливы. Вспомнив рыцаря своей молодости, сердце Маргариты согрелось. А когда она думала о других, сердцу становилось больно. Обиднее всего вспоминался Сомерсет. Как она могла после рыцаря де Брезе, после воина Саффолка поддаться обаянию пустышки?
Да, ей хотелось снова увидеться с Пьером де Брезе! Услышать его теплый голос… А какая у него улыбка… На его силу можно опереться. Он же, кажется, теперь первый министр у Карла VII? Всемогущий владыка, который мог бы ей дать совет, помочь… И возможно, полюбил бы ее? Как давно она сладко не нежилась в объятиях любящего мужчины.
И вот однажды вечером, когда несколько ее верных друзей собрались в замке после охоты, Маргарита заговорила:
– Друзья мои, если мы хотим вернуть трон, который пока занимает герцог Йорк, нам нужна мощная поддержка. Я вспомнила, что я французская принцесса, и хочу с приходом весны плыть во Францию. Что вы на это скажете?