Жюль Верн – Маяк на далеком острове; Болид; Малые и неоконченные произведения; Драматические произведения (страница 140)

Простою смертной быть она не может,

Да и божественность не многим ей поможет!

Мона Лиза

Слова свои извольте объяснить

И дайте путеводную мне нить!

Джокондо

Так слушайте! Не верю в прочность уз,

Искусства и любви скрепляющих союз.

У каждого — так утверждаю я —

Дорога в жизни тянется своя.

Любовник — для любви, художник — для картин.

Сравните их! Прошу. Вот, например, один

На сердце, как на холст, наносит свой эскиз,

Соединяет там в одно его каприз

Страстишек многих мимолетный рой,

Но скоро, этой утомясь игрой,

Эскиз он бросит в пыльный уголок,

Где старые холсты глядят лишь в потолок.

Другой иным достоинством ценим:

Он ваше сердце облечет своим;

Не хочет знать он, почему, насколько

Объяла страсть его; он любит, да и только!

Судите ж, у кого душа какая...

Притом могу поклясться, дорогая,

Для Винчи в женщине объекта нет для чувства:

Она — вот каламбур! — объект лишь для искусства.

Мона Лиза

Не чувствую различий ваших вес;

Всегда Омфалой[787] был повержен Геркулес!

Одно лишь слово, брошенное вам,

Способно к женским повергать стопам.

Любая оборона невозможна:

Мужчина Леонар, а после уж — художник,

Он входит в тот разряд существ, какой

Мы побеждаем слабою рукой!

Любовники ж вульгарны, и настолько,

Что гимны их сердцам не вдохновят нисколько.

Тогда как Леонар на выдумки готов,

Он весь — шальной порыв, и каждый день он нов.

О, у таких людей доступные сердца,

И к нежным чувствам вкус всегда есть у творца.

Он может подружить (продолжу каламбуры)

Любовь к искусству и искусные амуры!

Джокондо

Что ж! Аргументов нет разбить ваш образ мира,

Но я хочу сказать, что чтите вы кумира!

И, если тайно вы богам молились ложным,

Одно здесь хорошо: издалека, возможно!

Мона Лиза

Что ж хорошо тут?

Джокондо

Есть прерогативы

У гения с эффектом странным перспективы:

Когда вглядитесь вы в него поближе,

Великий словно сделается ниже!

Мона Лиза

Не верю в это я!

Джокондо

Клянусь вам, дорогая,

Что проведете вы, судьбу не искушая,

Не больше четверти часа наедине

С поэтом вашим драгоценным,

И хватит этого вполне,

Чтобы понять умом несовершенным

(С учетом нашей простоты),