Жоэль Диккер – Правда о деле Гарри Квеберта (страница 18)

– Я в курсе, – отмахнулся Гэхаловуд. – И угадайте, Шерлок Холмс: у кого был черный “шевроле-монте-карло”? У Гарри Квеберта.

– Откуда вы знаете про “шевроле”?

– Читал тогдашний отчет.

Немного подумав, я спросил:

– Минуточку, сержант. Если вы такой умный, объясните, зачем Гарри велел сажать цветы именно там, где якобы похоронил Нолу?

– Думал, что садовники не будут копать так глубоко.

– Это бессмыслица, вы сами понимаете. Гарри не убивал Нолу Келлерган.

– С чего это вы так уверены?

– Он любил ее.

– Все они так на суде говорят: “Я слишком ее любил, вот и убил”. Когда любят, не убивают.

С этими словами Гэхаловуд поднялся со стула, давая понять, что разговор окончен.

– Уже уходите, сержант? Но наше расследование только начинается.

– Наше? Вы хотите сказать – мое.

– Когда снова увидимся?

– Никогда, писатель. Никогда.

И он ушел, не попрощавшись.

Этот самый Гэхаловуд не принимал меня всерьез, зато с Тревисом Доуном все было совершенно иначе: чуть позже я зашел к нему в полицейский участок Авроры, отнес обнаруженное накануне вечером анонимное послание.

– Я к тебе: вот, нашел это в Гусиной бухте, – сказал я, положив бумажку ему на стол.

Он прочел.

– “Возвращайся домой, Гольдман”? И когда это случилось?

– Вчера вечером. Пошел прогуляться по пляжу, а когда вернулся, письмо торчало из проема входной двери.

– И ты, конечно, ничего не видел…

– Ничего.

– Первый раз такое?

– Да. Вообще-то я здесь всего два дня…

– Я зарегистрирую жалобу и заведу дело. Тебе надо быть осторожным, Маркус.

– Ты прямо как моя мать.

– Да нет, я серьезно. Не стоит недооценивать эмоциональное воздействие этой истории. Я оставлю у себя письмо?

– Бери.

– Спасибо. А что еще я могу для тебя сделать? Ты же, наверно, не только для того пришел, чтобы рассказать мне про эту бумажку.

– Ты не мог бы съездить со мной в Сайд-Крик, если у тебя есть время? Хочется увидеть место, где все произошло.

Тревис не только согласился отвезти меня в Сайд-Крик, он еще и совершил со мной путешествие в прошлое тридцатитрехлетней давности. Мы ехали на патрульной машине тем же путем, что и он сам после первого звонка Деборы Купер. После Авроры мы двинулись по шоссе 1 в сторону Мэна, миновали Гусиную бухту и через несколько миль оказались на опушке леса Сайд-Крик, на пересечении с Сайд-Крик-лейн – дорогой, в конце которой жила Дебора Купер. Тревис свернул, и мы подъехали к симпатичному дощатому дому, обращенному фасадом к океану и окруженному лесом. Место было восхитительное, но совершенно глухое.

– Ничего с тех пор не изменилось, – сказал Тревис, пока мы обходили дом. – Разве что покрашен заново, чуть светлее, чем раньше. А все остальное в точности как тогда.

– Кто здесь теперь живет?

– Пара из Бостона, только в летние месяцы. Приезжают в июле, уезжают в конце августа. В остальное время – никто.

Он показал мне заднюю калитку напротив кухни и пояснил:

– Когда я последний раз видел Дебору Купер живой, она стояла у этой калитки. Как раз тогда подъехал шеф Пратт, велел ей спокойно сидеть дома и не волноваться, и мы с ним пошли обшаривать лес. Кому же могло прийти в голову, что через двадцать минут ее убьют выстрелом в грудь.

Тревис, продолжая рассказ, направился к лесу. Я понял, что он нашел тропинку, по которой они с шефом Праттом шли тридцать три года тому назад.

– А что сталось с шефом Праттом? – спросил я, шагая за ним следом.

– Ушел в отставку. Живет по-прежнему в Авроре, на Маунтин-драйв. Наверняка ты его видел. Коренастый такой, вечно в брюках для гольфа.

Мы все дальше углублялись в лес. Чуть пониже сквозь ряды деревьев и буйную зелень виднелся пляж. Прошло добрых четверть часа, и Тревис вдруг резко остановился у трех прямых как свечи сосен.

– Это было здесь.

– Что здесь?

– Здесь мы нашли всю эту кровь, клочья светлых волос, кусок красной ткани. Ужас. Я это место никогда не забуду: мха на камнях прибавилось, деревья выросли, но для меня все осталось как раньше.

– И что вы стали делать?

– Мы поняли, что происходит что-то серьезное, но времени уже не было – раздался тот самый выстрел. С ума сойти, мы же никого не видели… То есть я хочу сказать, мы наверняка в какой-то момент прошли мимо девочки или ее убийцы… Не знаю, как мы их пропустили… Думаю, они прятались в кустах и он зажимал ей рот рукой. Лес огромный, тут легко остаться незамеченным. По-моему, в какой-то момент убийца зазевался, и она этим воспользовалась, вырвалась из его рук и добежала до дома, пытаясь спастись. Он вошел за ней в дом и избавился от мамаши Купер.

– Значит, услышав выстрел, вы сразу побежали к дому…

– Да.

Мы пошли обратно и вернулись к дому миссис Купер.

– Все произошло на кухне, – сказал Тревис. – Нола бежит из леса, зовет на помощь; мамаша Купер впускает ее и идет в гостиную позвонить в полицию и сообщить, что девочка у нее. Я знаю, что телефон в гостиной: я сам полчаса назад звонил по нему шефу Пратту. Пока ее нет, преступник проникает на кухню и хватает Нолу, но в этот момент входит Купер, и он ее убивает. А потом тащит Нолу в свою машину.

– Где была машина?

– На шоссе номер один, там, где оно идет вдоль этого чертова леса. Пойдем, я тебе покажу.

Тревис снова повел меня от дома в лес, но уже в совсем другом направлении; он уверенно шагал среди деревьев, и скоро мы вышли на шоссе 1.

– Черный “шевроле” стоял здесь. В то время обочины шоссе не были расчищены так, как сейчас, и его скрывали кусты.

– А откуда известно, что он пошел именно сюда?

– По следам крови, они вели от дома до этого места.

– И что машина?

– Испарилась. Я тебе говорил, помощник шерифа ехал на подмогу по этой дороге и случайно ее заметил. Организовали погоню, перекрыли весь район, но он от нас ушел.

– Как же убийце удалось выскользнуть из сети?

– Хотел бы я знать; надо сказать, я уже тридцать три года не перестаю задавать себе вопросы по поводу этого дела. Знаешь, я каждый день, когда сажусь в полицейскую машину, спрашиваю себя, что было бы, если бы мы нагнали этот долбаный “шевроле”. А вдруг малышку удалось бы спасти…

– То есть ты думаешь, она была в машине?

– Сейчас, когда ее тело нашли в двух милях отсюда, я в этом уверен.

– И ты думаешь, за рулем этого черного “шевроле” был Гарри, да?

Он пожал плечами:

– Скажем так, в свете последний событий я не вижу, кто еще это мог бы быть.