Жерар Жепуазье – Маленький ПРИНЦип или Пошлые игрища богов (страница 1)
Жерар Жепуазье
Маленький ПРИНЦип или Пошлые игрища богов
ТОМ ПЕРВЫЙ
ПРОЛОГ
Да уж, что тут сказать, день для самоубийства выдался не самый лучший: холодный резкий ветер с дождем и тучи серые, висящие настолько низко, что можно к ним рукою дотянуться, испортили весь антураж.
Казалось, что сама природа меня решила тоже придержать от шага этого, поскольку вопиюще неприлично, не эстетично и уныло быть найденным на кладбище в грязи, возле могилы друга школьных лет с простреленною грудью. Совсем такое не годиться никуда.
Хотя, весна, апрель, еще вчера погода была просто изумительной. В своем воображении, в своих фантазиях тщеславных я представлял все несколько иначе. Без этой грязи. Без унылого дождя. Хотелось, чтобы было солнечно и сухо, чтоб это настоящий праздник был!
Я тщательно готовился. Мой план был очень, как по мне, эффектен и неплох. Необходимо все закрыть вопросы и точки, чтоб над «і» везде стояли, ведь недосказанность я не приемлю. Люблю, когда конкретно все и четко разложено по полочкам.
Над способом я очень долго размышлял и пистолетный выстрел в сердце мне виделся чертовски безупречным вариантом. В этом посыл присутствовал бы однозначный для адресата одного, который понял бы без лишних слов масштабность всей моей затеи и даже, может быть, что оценил ее изящность.
К тому же мне 37 лет, это прекрасный возраст, в котором, как говорил мой одноклассник Шнапс, мужчина понимает многое уже и многое еще при этом может.
И сами обыватели воспринимают этот возраст с оглядкою на некий мистицизм фаталистического толка. Об этом пел Высоцкий; философы на кухнях, с ногами в тапочках уютных комнатных, об этом феномене также часто любят рассуждать. Мол, Маяковский, Пушкин, Байрон, Рафаэль (и это далеко не полный список) ушли из жизни вот на этом рубеже. Не думаю, что это все спланировано свыше, такое совпадение, не более того.
А Маяковский мне еще со школы нравился, его нетривиальный стихотворный слог уж очень восхитителен. И будоражила еще легенда, будто он застрелился на могиле самого Есенина, с которым у него взаимоотношения были довольно сложные и противоречивые. Я долго в это верил. И также поступить решил, но на могиле друга школьного, который в этом январе погиб при ДТП.
Про Маяковского легенда на поверку оказалось сказкой (стрелялся он у себя дома), но почему бы мне не сделать сказку явью?
Оригинально ведь пустить себе в сердце пулю, при этом чувство самосохранения бутылкой бехеровки притупив и разными веселыми таблетками. Прекрасно, что приобрести это совсем не сложно в наши дни. Так же как пистолет, если есть связи с нужными людьми. Были бы только деньги и продадут тебе да хоть казанскую христогосподню богаматерь, как в школьном сочинении своем писал когда-то еще один мой одноклассник Ирокез.
Я тщательно готовил реквизит – не зря же посещал когда-то курсы театральной режиссуры, которые хоть не закончил, но все же вынес очень ценный опыт, что сцена – это место действия, на ней внимание все сфокусировано, поэтому она должна быть оборудована четко. Здесь главное – минимализм функциональный.
Не нужно никаких излишеств.
И эту дату (как и место) я тоже выбрал не случайно. Ведь это День ее рождения и я намерен ей преподнести последний мой подарок. Она всегда умела делать подношения: прекрасные, оригинальные и яркие. Я никогда не мог похвастаться подобным, а только оставалось восхищаться.
Еще в самоубийстве я увидел смысл. Рациональный смысл и превосходный способ покинуть борт «Титаника», который в океане из дерьма плывёт навстречу грандиозному фиаско!
Но все должно быть сделано изящно.
Также меня, как и любого мелкого, тщеславного ублюдка, идея донимала, чтоб напоследок написать какое-то подобие романа. Я даже думал над концепцией его, но к выводу пришел, что ничего такого нового или, быть может, удивительного в нем не напишу. Обычная история, приправленная несколькими совпадениями, забавными случайностями, которые тогда воспринимались мною, как нечто удивительно необычайное. Некою шахматною партией, которую играют с нами боги и каждый ход продуман четко наперед, а может и на несколько ходов. За длительный период они поднаторели, значительно усовершенствовали игровые навыки, что делает эту игру гораздо интересней, увлекательней, интриги не лишенной. Фигурами на этой шахматной доске условной являются простые люди, которые, так или же иначе, желают быть счастливыми. Но их отличие от тех обыкновенных, неодушевленных пешек, ладей, слонов и королей в том состоит, что предоставлено им право выбора и не являются они слепым, покорным инструментом в руках всесильных игроков.
А суть игры сей такова: для каждого из нас богами создается ситуация или их целая затейливая цепь, что подвести должна к столь вожделенному, в мечтах взлелеянному счастью. И тут уже в игру вступает человек, имея право выбора, он может либо же пойти по этому, проложенному и готовому пути, или же выбрать свой, руководясь какими-то личностными убеждениями, качествами, опытом, стремлениями. Но в основном подобная самостоятельность ведет их к поражению и мимо главного приза они все дружно пролетают, как лист фанеры над французскою столицей.
Случается, что боги щедро предоставляют второй и он, как правило, последний шанс и тут уж очень важно чувствовать момент, не оплошать, смотреть на эти знаки в оба, иначе все – пиши пропало. Описывать мне это все на тот момент казалось несущественным, неинтересным для читателя и от своей затеи написать роман я отказался. А вместо этого решил, что будет правильнее записать на камеру своего рода обращение, в котором изложить детально весь смысл и суть поступка этого, тем самым дав понять родным, коллегам и знакомым, что это тщательно обдуманное, взвешенное, хладнокровное решение, а не порыв внезапный эмоциональный. Все объяснить от первого лица, аргументировано и спокойно, что я психически уравновешен, не проигрался в карты и на скачках безнадежно, нет у меня болезней никаких смертельных, и не страдаю от любви неразделенной. Наоборот, что это шаг серьезный и осознанный, а не спонтанный.
За несколько мгновений до выстрела намеревался я свой ролик этот им разослать. А то ведь будут пару дней потом судачить, вопросом задаваться: чего ж он молодой такой, красивый, не наркоман, не пьяница с собой покончил? А я лишу их удовольствия такого – все сам прекрасно и доступно объясню. Хорошая могла бы выйти речь – последнее слово самоубийцы.
Где-то слыхал, что их не отпевают. Мне этот вариант подходит, я не хочу, чтобы мой похорон в нелепый фарс и клоунаду превратили. Чтоб тучный дядька с неопрятной бородой, одетый то ль в халат, то ли в какой-то сарафан, «рэп при свечах» над гробом мне читал!
Ведь я не верю в бога!
В чертей и дьявола не верю!
Не верю в дружбу, и в любовь не верю тоже!
Такой себе Фома Неверующий.
Я верю лишь упрямым фактам!
А факты таковы, что надо уходить, коль нечего уже сказать. Я исчерпался и устал, приблизившись к черте, к той самой грани, где дальше уж себя не вижу. И пребывание мое там смысла лишено. Мне надоели лицемерие и ложь. Я разучился врать и лицемерить. Стал правду людям говорить и понял, что для многих лучше слышать ложь, но только чтоб приятную, нежели правду.
Да и сами законы человеческого бытия стали настолько примитивны, что всякий интерес теряешь сразу к ним. По этим правилам играя, никто не может выйти победителем. Два варианта только есть – ты либо станешь следовать моральным принципам, но навсегда остаешься изгоем, белою вороной. Или же мразью можно быть, подонком лицемерным и циничным, который побежит по головам вприпрыжку к своей какой-то цели, и даже не подумает ни с кем или ни с чем считаться. Так почему-то наш устроен мир, что если ты преуспеваешь в чем-то, то сразу же в другом теряешь что-то. И равновесия нельзя никак достигнуть здесь от слова "вообще".
Все мы, идя на поводу своих убогих, низменных инстинктов, себя загнали в темный угол, выбраться из которого уже не представляется возможным. Как говорил какой-то острослов, единственный выход из лабиринта оказался тупиком. Мы потеряли нравственные ориентиры из-за того, что в нашем компасе этически-моральном сломалась стрелка. Поэтому и слово «люди» писаться с большой буквы будет не скоро!