Женя Юркина – Последний хартрум (страница 104)
– И? Что теперь? – нетерпеливо выпалила Марта, обхватив себя руками. Прохладный ветер трепал ее легкое домашнее платье – алое, похожее на сигнальный флаг.
– Будем ждать и надеяться, что твоему отцу хватит благоразумия помочь нам.
– С чего ты решил, что он вообще появится здесь?
– Он знает, где я, и наверняка захочет узнать, где его сын.
– Кстати… – Марта нахмурилась. – Я по-прежнему считаю твой поступок отвратительным.
Риз ответил кривой ухмылкой. Быть коварным мстителем ему нравилось куда больше, чем пленником.
Их прервали голоса снизу. Сложно было различить, сколько человек переговаривалось; явно больше, чем трое. Возможно, он просчитался, заперев кого-то в комнате с окнами, позволив им выбраться, или удильщики заполонили весь дом Брадена. Задумавшись, он упустил момент, когда Марта бросилась к парапету, чем выдала их.
– Ой, кажется, они ищут лестницу.
– Будешь отбиваться ножницами? – едко спросил Риз, попутно соображая, что предпринять теперь, когда их обнаружили.
Чтобы сосредоточиться, он закрыл глаза и прижал пальцы к векам. В мыслях снова замелькали чертежи, и вскоре подходящее решение нашлось. По всему периметру карниз Механического дома украшали мраморные фигуры; их обрушение могло если не остановить, то хотя бы на время задержать удильщиков.
Прикинув траекторию, Риз попытался предугадать, когда лучше отдать команду, и в этот момент случилось непредвиденное. Дом сотрясся, будто от мощного взрыва, и резкий толчок, выбивший опору из-под ног, едва не сбросил Риза и Марту с крыши. Их спас парапет, в который они, потеряв равновесие, врезались. Следом раздался звериный рев, полный боли и страха. Риз попытался связаться с безлюдем, проверить двери и запереть любой из замков, чтобы убедиться в защите, однако ничего не вышло.
– Они разрушили хартрум, – с ужасом осознал он.
Все затворы и преграды были открыты, а удильщикам, знающим, что беглецы прячутся на крыше, хватило бы несколько минут, чтобы подняться к ним. Уничтожив хартрум, бандиты остановили все действующие механизмы, поэтому взбираться наверх им предстояло по лестнице, что лишь ненадолго отсрочило неизбежное.
В подвале, валяясь на полу связанным, Риз не боялся умереть и почти смирился с этим, но сейчас, обретя надежду, оказался не готов. Он подставил Марту, пожертвовал безлюдем – и все ради того, чтобы снова оказаться перед выбором: стать трупом или ручным домографом. Осознание произошедшего и грядущего открыло в нем неизведанную прежде глубину отчаяния, но дрожащий голос Марты подхватил его у самого дна и вытолкнул на поверхность.
– Риз, смотри! – воскликнула она, тыча пальцем в небо, где появилось темное пятно.
Попутный ветер подгонял Пернатый дом, и тот стремительно приближался. Это казалось сном, невероятным поворотом судьбы, снова подарившей шанс на спасение. Риз бросился к парапету, размахивая руками, точно моряк терпящего бедствие судна, но минутная радость померкла, когда он заметил лестницу, по которой стремительно взбирался удильщик. В ножнах на его поясе предупреждающе позвякивали лезвия метательных ножей. Всего пара метких бросков могла прикончить беглецов раньше, чем Пернатый дом подоспеет на помощь.
Риз подхватил дубинку, отвоеванную в подвале, и вернулся к краю крыши, что служил опорой для деревянной лестницы. Он собирался встретить противника крепким ударом, но тот оказался слишком быстр и ловок, взлетев на парапет. Марта испуганно заверещала и отскочила назад, прячась за спину Риза. Это ему польстило и придало решительности. Не дожидаясь, пока в него полетит нож, Риз атаковал первым, швырнув шипастую дубинку. На меткость и силу он не рассчитывал, надеясь застать удильщика врасплох и, если повезет, скинуть его вниз. Увы, не повезло. Снаряд описал нисходящую дугу и с грохотом врезался в парапет. Противник даже не дернулся, сохранив равновесие, и достал из ножен пару метательных ножей: по одному на каждого беглеца. Его ответный бросок вышел куда точнее, и лезвие вонзилось в крышу, словно молния, в опасной близости от Риза. Не среагируй он вовремя, мог бы уже похвастаться сталью в ноге. Второй нож, пущенный второпях, просвистел мимо, едва не задев плечо.
Риз попятился, увлекая Марту за собой. Он чувствовал приближение своего безлюдя, слышал тихий клекот его механизмов и видел наползающую на крышу тень. Удильщик, впервые встретивший летающий дом, на мгновение оторопел, но веревочная лестница, сброшенная из окна, ответила на его немой вопрос, и он устремился вперед.
Риз подсадил Марту, едва ли не подбросив ее вверх, чтобы она могла ухватиться покрепче. Ее алое платье реяло на ветру как знамя и мешало, пока она карабкалась наверх, двигаясь намного медленнее, чем удильщик. За несколько размашистых скачков он добрался до Риза и напал со спины, впечатав его в парапет.
От удара руку прошила дикая боль и кости хрустнули так забористо, будто раскрошились в труху. Думать об этом дольше секунды Риз не мог и двинул локтем то ли в живот, то ли в лицо. Противник был невысоким и достаточно щуплым, выигрывая в маневренности, но не в рукопашной стычке. Риз стряхнул его с себя, вмазав еще и ногой, потянулся к лестнице – его пальцы скользнули по деревянной перекладине и тут же провалились в пустоту. Тогда он сильнее подался вперед, но от неожиданного толчка в спину перевалился через парапет, головой вниз. Риз даже не понял, что падает. Его будто вышибло из тела, как воздух из легких.
Тем не менее, когда он плашмя рухнул на что-то твердое, слегка отпружинив, каждая косточка отозвалась в нем, почти закричала о своем присутствии. Поверхность, прервавшая его падение, была округлой и подвижной. Не глядя, он судорожно схватился за скользящую под ним опору и внезапно осознал, что сжимает в кулаке перья. Пернатый дом, на который он приземлился, среагировал на его грубость и резко рванул вперед. Прижимаясь к пернатой крыше всем телом, Риз боялся пошевелиться, пока безлюдь не сбавил скорость, а высунувшийся из окна Флинн не окликнул его. С помощью друга и страховочной веревки Риз медленно скатился вниз и, держась здоровой рукой за выступ на крыше, нырнул в окно.
Он растянулся на полу, не в силах пошевелиться. От напряжения все тело трясло, как у больного лихорадкой. Он не мог ни дышать, ни говорить. Казалось, что стоит открыть рот, и сердце выпрыгнет через горло. А уж когда безлюдь заложил крутой вираж, набирая высоту, Риза чуть не вывернуло наизнанку.
Он пришел в себя лишь после того, как услышал голоса, и, не веря своим ушам, решил убедиться, что не поймал галлюцинацию. На борту Пернатого дома оказался еще один пассажир, к которому прильнула рыдающая Марта.
– Почему он связан? – спросил Риз, не зная, что его поразило больше: само присутствие Лэрда или его нынешнее положение.
– Илайн собралась скидывать его в море, если с тобой что-то случится, – ответил Флинн, похлопав его по плечу. Это была та самая рука, пострадавшая от удара. Риз поморщился от боли, и друг тут же принялся по-врачевательски ощупывать ее, проверяя, нет ли перелома.
– Видишь, Ри, мои методы работают лучше, – с самодовольной ухмылкой сказала Илайн, щелкнув тумблером. Безлюдь выровнялся, и она позволила себе ненадолго оставить панель управления без присмотра, чтобы обнять Риза и шепнуть ему на ухо: – Я так боялась опоздать…
Раньше она никогда не признавалась, что чего-то боится, и потому ее внезапное откровение было особенно ценно.
– Я в порядке, – выдавил он, смутившись такому вниманию от обоих. Флинн подтвердил, что кости целы и дело обошлось только вывихом плеча.
– Куда вы нас везете? – взвыла Марта, прервав их дружескую идиллию.
Илайн резко переменилась в лице, словно внутри нее щелкнул тумблер.
– Ри, сам с ней разговаривай. Ты ее притащил – ты и развлекай. Сил моих больше нет…
Она вернулась к панели управления и весь полет не проронила ни слова, точно оскорбленная присутствием Марты. Ризу удалось успокоить ее нытье обещанием, что они летят в безопасное место, где их ждет Нил.
Когда безлюдь приземлился в бухте, первыми к выходу поспешили Лэрды. Воссоединение их семейства Риз пропустил. Илайн и Флинн тоже покинули Пернатый дом, однако вскоре его исцеляющее одиночество нарушил шпион Охо. Сегодня его длинные волосы были собраны на затылке в такой тугой хвост, что, казалось, у него даже разрез глаз поменялся.
– Рад, что не ошибся в вас. – Он почтительно склонил голову.
Риз метнул в него презрительный взгляд.
– Вы сдали меня Брадену.
Ни один мускул не дрогнул на смуглом лице шпиона.
– Он хотел получить информацию о вас, а вы – шанс себя проявить. Мы только все устроили. И теперь готовы обсудить дальнейшее сотрудничество.
– Я построю для Охо летающие дома, а взамен рассчитываю получить гарантию безопасности: для меня, моих друзей, близких, сотрудников, безлюдей в Делмаре и Пьер-э-Метале… – отчеканил Риз, потом запнулся и, взвесив все, добавил: – И для семьи Лэрда.
Шпион удивленно вскинул брови.
– Вас штормит, господин Уолтон? То вы воюете с Лэрдом, то спасаете его. Как это понимать?
– Наверняка вам известно истинное положение вещей. Не заставляйте меня пересказывать все. У Лэрда есть дети – и они помогли мне. Я прошу за них в знак благодарности.
Шпион задумчиво прищурился, отчего его глаза сделались узкими, как прорези, и после затянувшейся паузы твердо сказал: