Женя Виненко – Тринадцатое чувство. Том 2 (страница 8)

Последнее, что поразило Мирного: хоть помещение ничем и не напоминало больничную палату, без медицинского оборудования не обошлось. Приборы установили возле каждой ниши. Они сканировали жизненные показатели и мозговую активность всех подопытных. Данные обрабатывались и тут же передавались на экраны стоящих рядом индивидуальных мониторов.

Сева не без труда избавился от многочисленных трубочек и буквально свалился на пол. Ноги после долгого отсутствия движений затекли и плохо держали тяжелое тело. Он размял конечности элементарным массажем, но не прошло и тридцати секунд, как упражнения пришлось отложить в сторону. Внезапно сработали красные аварийные сигналы, но не прозвучало ни единого звука: комнату полностью изолировали от посторонних шумов.

Северин Владленович решил, что из-за его побега в реальность сработала охранная система. Он спрятался, чтобы в случае необходимости защитить себя. Агент выждал две, три, пять минут, но никто не пришел. Чутье подсказывало: пора провести разведку. Он дополз до двери, которая, вот сюрприз, оказалась не заперта. Стоило ее открыть, внутрь ворвался звонкий гул сирены, эхом разносившийся по длинным коридорам. Спустя десять секунд, монотонный женский голос оповестил:

– Внимание, персонал! Это не учебная тревога. Немедленно покиньте комплекс. Пройдите к эвакуационным выходам согласно указаниям, полученным на «архив». Сохраняйте спокойствие и субординацию. Аварийная блокировка люков запустится через четырнадцать минут…

Далее последовал обратный отсчет, который ежеминутно сменялся озвученной ранее фразой. Удивительная вещь: сотрудников предупреждали об опасности, но за дверью ровно счетом ничего не происходило. Не слышалось топота несущихся ног, криков, разговоров, паники или столпотворения, – вообще ничего. В коридорах поселилась гробовая тишина, если не считать орущей системы оповещения. Ситуация настораживала. Нужно было срочно выбираться.

Мирный кое-как дотащился до ближайшего кресла и с отвращением обнаружил в нем Журавлеву. Даже в состоянии покоя ее лицо выглядело надменно-важным. В следующих от нее капсулах лежали два незнакомых человека, но только на первый взгляд. Может в жизни Сева никогда с ними не сталкивался, зато в имитации встречал ни единожды. Он не стал задерживаться возле доктора с медсестрой, быстро сообразив, что им уже не помочь, и поспешил к крайней нише.

К величайшему облегчению Дубравина, целая и невредимая, зависла в симуляции в режиме ожидания. Девушка заставила напарника понервничать. Целую минуту после отключения она не открывала глаза и не шевелилась, лежала мешком на его коленях и, казалось, не дышала. Навязчивая дама продолжала отсчитывать минуты. Но, как только Северин Владленович решился вынести подругу на руках, та неожиданно дернулась: тело скрутило в неестественной позе, мышцы свело, а в уголках рта появилась пена. Мирный выругался, оперативно опустил Лину на пол, развернул на бок и аккуратно придерживал затылочную часть, пока не закончился припадок.

– Какого черта происходит? – еле слышно прохрипела Дубравина, едва подняв веки. Она смотрела на мужчину ничего непонимающим взглядом. – Где мы?

– Не знаю и времени выяснять – нет. Все, что я понял: кроме нас поблизости никого не осталось.

– Но я же лежала прикованная наручниками к больничной койке, совсем в другом месте. Почему вдруг я очутилась здесь? – все пережитые варианты моделирования накрыли агента единой волной, словно воспоминания о прошлых жизнях. Мозг с трудом справлялся с новыми обстоятельствами.

– Все, что ты видела – иллюзия, – объясняя как можно спокойнее, чтобы не напугать, Сева помог подруге сесть. – Вскоре информация упорядочится, и ты перестанешь воспринимать навязанные эпизоды, как действительно происходившие, – заверил он. – А сейчас доверься мне: мы должны как можно скорее найти выход.

– Почему?

Вместо напарника о ситуации доложила девушка-робот, в очередной раз напоминая, что необходимо сделать. Северин сильно удивился, что потратил всего пять минут от начала отсчета. В нервной суматохе ему представлялось, что утекли все четырнадцать и им ни за что не выбраться из проклятого места.

– Поговорим, когда окажемся в безопасности, – подставляя плечо, заключил он.

Дубравина поддержку приняла. Но стоило ей подняться на ноги и заметить, что остальные кресла тоже заняты, она забеспокоилась и ожидаемо уточнила:

– Кто они?

– Журавлева и те двое, что находились в симуляции вместе с нами.

– Мы же их здесь не оставим?

– Доктора и медсестру трогать нельзя, – грубо гаркнул Сева прежде, чем напарница начала давить на совесть и строить из себя благородную жертву, предлагая вывести посторонних вместо себя. Не желая тратить драгоценные минуты, он быстро описал их положение: – Кто-то серьезно постарался, чтобы в случае побега мы не смогли забрать этих людей с собой. У обоих серьезные ранения, несвязанные с повреждением мозга. Жизнь им поддерживают аппараты: отключим их, и они умрут.

Мирный, посчитав, что все приоритеты расставлены и дальнейшие действия ясны, потянул подругу к двери. Он очень надеялся, что она хоть раз проявит эгоистичность, тем более к такой редкостной стерве, как Таисия Андреевна. Но Дубравина не была бы собой, если бы поступила не по совести. Всеми немногочисленными силами она сопротивлялась и вырывалась. Сева уже успел забыть, как сильно напарница умела раздражать своим упрямством. При желании он легко мог вытащить ее из проклятой комнаты силой, но предпочел думать наперед: портить едва наладившиеся отношения – вариант неприменимый.

– Лина, забудь про нее. У нас всего семь минут, чтобы найти выход, а мы с тобой понятия не имеем, как далеко до него идти. Если нас отрежет от внешнего мира, мы уже никому не поможем.

– Пусть мы не в состоянии вытащить медсестру с доктором, но давай заберем хотя бы ее! – категорично заявила девушка, отталкивая друга и кое-как ковыляя к капсуле с Журавлевой.

Спорить не было ни желания, ни сил, и так потратили уйму времени. В голове Северин прокрутил целую речь, состоящую в основном из отборного мата. Вслух же он не произнес ни слова: согласно кивнул, будто сдался под напором напарницы, и проследовал к креслу ученой.

Мирный оперативно отсоединил провода и с превеликим удовольствием хлестанул женщину пару раз по щекам. Безрезультатно. А десять секунд спустя с ней случился точно такой же приступ, как с Дубравиной. Пришлось уделить Таисии пару драгоценных минут, в течение которых она, в отличие от Лины, так и не пришла в сознание. Больше возиться с ученой Сева не захотел, подхватил на руки и взглядом приказал подруге двигаться первой.

В коридорах, как Северин и подозревал, не встретилось ни души. Отсутствие окон и наличие усиленной системы вентиляции говорили о том, что, скорее всего, им предстоит покинуть бункер, расположенный где-нибудь глубоко под землей. Оптимизма догадка не прибавила. Беглецы так спешили, что оглядываться по сторонам не было возможности. И все же агент умудрился заметить, что те из помещений, которые не успели запереть, выглядели, как стерильные, абсолютно белые лаборатории. На дверях некоторых их них имелись квадратные, двойные окна, а все, что осталось из мебели: металлические столы наподобие операционных, да пустые стеклянные шкафы. Обстановка что-то смутно напоминала, но он намеревался подумать об этом позже, в безопасности.

Длинный коридор разветвлялся в разных направлениях и, если бы не аварийные указатели, красноречиво мигавшие сигнальным красным огнем, они бы ни за что не нашли выход вовремя. Как только нога Севы ступила за пределы бункера, тяжелая дверь захлопнулась, заскрипели замки, что-то гулко звякнуло и вот все стихло. Напрасно агенты рассчитывали, что на этом их злоключения закончатся. Они стояли одни, в глуши, посреди хвойного леса, в сугробах по колено, а с неба на их разгоряченные головы сыпался белый, пушистый снег.

– А перспектива остаться запертыми в бункере теперь не кажется такой ужасной, да? – мрачно пошутила Дубравина, вглядываясь в белое полотно. Снег покрывал все, куда мог дотянуться взгляд: ни малейшего намека на цивилизацию. На морозном воздухе девушка окончательно избавилась от виртуального плена. – У нас нет ни телефонов, ни еды, ни оружия. Как быстро мы умрем от переохлаждения, если не придумаем, где спрятаться?

– Не обольщайся, – насмешливо фыркнул Мирный. – Наши комбинезоны позволят протянуть достаточно долго, для того чтобы смерть не стала легкой. Скорее всего, нас загрызут волки или задерут медведи, – на выбор.

– Отличная перспектива. Есть предположения, где мы?

– Ни одного, – пожал плечами Сева. Строить догадки не хотелось. Агент дико устал тащить на себе Журавлеву и совсем не рассчитывал, что придется заниматься этим и дальше. С другой стороны, а на что он надеялся? Что на выходе ждет неотложка и спецслужбы? – В нашем плачевном положении меня беспокоит вопрос иного плана: сколько времени нас удерживали?

– Гадаешь, продолжает ли «Вертикаль» поиски или нас уже причислили к без вести пропавшими? Я тоже об этом подумала. Как минимум до сих пор зима, – Лина предпочла размышлять в позитивном ключе. Практика показывала, что с ее живучестью, она способна избежать проблем и посерьезней. Главное не опускать руки. Следуя своему правилу, Дубравина взобралась на высокий земляной бугор, который служил укрытием для двери бункера, – осмотреться с более удачной позиции. – Липкая не из тех, кто легко сдается, – пыхтя и без конца соскальзывая вниз, заверила она. – Дина в лепешку разобьется, чтобы выяснить подробности исчезновения своих сотрудников. Только что-то мне подсказывает: мы не в самом очевидном месте. Но она обязательно докопается до истины.