Женя Онегина – Перепиши настоящее (страница 6)
Глава третья
Музыка в моем сознании резко оборвалась, и прежде, чем я успел запаниковать, окружающая действительность наполнилась говорящими на разных языках людьми. Темнота потрескалась и стала рассыпаться кусочками пазла, превращаясь в Карлов мост. Я узнал его, так как пару раз ездил в Прагу из любопытства. Неуемные туристы всех возрастов и рас фотографировались на фоне статуй из песчаника, беззастенчиво лапали их, чтобы загадать желание. Несмотря на то, что людей на Карловом мосту было очень и очень много, толпа вела себя мирно и обходила меня стороной, даже не касаясь. Играли уличные музыканты, художники продавали свои картины, смеялись дети. Гиды с неизменными табличками в руках заученно рассказывали экскурсионную программу. Жизнь кипела в этом прошлом, хотя в настоящем отсюда до ближайшего КПП вряд ли было больше пары километров. И там, за пока еще не построенной стеной резервации, текла уже другая реальность.
Лысый… Тот самый, что толкнул меня на КПП. Слишком приметный, чтобы это не выглядело подозрительным. Кем был человек, убивший Корвуса? Если бы я не знал того факта, что все диверсанты при приближении к ним, погибали, то точно свалил бы на них. А так вопрос оставался открытым и жег мое сознание. Усугубляло случившееся то обстоятельство, что лысого мужчину я видел в своем настоящем. Он путешественник во времени, который следил за мной и нырнул следом во вчера? Но мы делали это внутри подвала, не выходя из него…
С трудом у меня получилось очистить сознание для сосредоточенного поиска диверсантов. Исследование Карлового моста я решил начать с Влтавы. Самым логичным мне виделось подорвать опоры. К тому же к диверсантам при таком раскладе можно было бы подкрасться только на катамаране, которые в большом количестве курсировали по воде, либо вплавь, что, конечно, мне не очень хотелось делать. На зрение я никогда не жаловался, потому людей я видел очень хорошо. Держащие друг друга за руки пары, без умолку болтающие подружки, семьи с детьми. Кого только не было на катамаранах. Я увидел даже двух тетушек, которым было лет под сто, не меньше. Ничего подозрительного. Разве что кто-то из них уже заминировал сваи. Тогда мне нужно искать свободный катамаран. И как можно быстрее.
Я достал из кармана вырванную из газеты страницу и решил начать осмотр со стороны Нового города. В этой части моста никто и не думал погибать от моего приближения. Я сверился с картинкой. Нужной статуи тут не было, значит надо возвращаться. Видимо, все интересное планировалось со стороны Старого города.
Отсчитывая про себя шаги и внимательно всматриваясь в людей, я торопливо направился к противоположной стороне моста. Нужная мне статуя обнаружилась в самом его конце. Рядом с ней стояла экскурсионная группа, музыкант играл на саксофоне, мальчик лет шести держал за руку девочку такого же возраста, около них — родители в строгих костюмах. Все они были на картинке в газете. Мужчина в смешной шляпе с пером, старушка со спицами для вязания в руках. Красивая девушка в красном платье. Светлые волосы, спереди заплетенные в несколько колосков, были собраны в свободный узел на затылке. Зеленые глаза, курносый нос. Не просто красивая, а очень красивая. Ей от силы было лет двадцать. Я завис, забыв обо всем, и едва заставил себя посмотреть в газетный листок в своих руках… Стоп! Но ее там не было! Вместо девчонки на картинке был мужчина в кепке и клетчатой рубашке с короткими рукавами. Диверсантка? Я максимально приблизился к ней и облокотился на парапет, делая вид, что смотрю на реку. Подозрительная девчонка оставалась живой и невредимой, разрушая мои самые смелые теории.
Что я должен сделать? Подойти к ней и заговорить? Диверсантка бы уже погибла, ведь я приблизился к ней слишком близко. Значит, она самый обычный человек, просто не попавший в кадр. Или она все-таки связана с диверсантами? Тогда мое промедление может дорого обойтись…
Я чертыхнулся сквозь зубы, решив подойти к ней вплотную.
Но в это мгновение мое внимание привлек еще один человек. Небольшого роста, едва ли полтора метра, чересчур грузный, с редкими волосами на голове, в очках с толстыми линзами… Он был одет в белую рубашку, расстегнутый серый пиджак и темно-синие брюки. В руках мужчина держал потрепанный кейс коричневого цвета. И не просто держал… Дополнительно кейс был пристегнут к его запястью наручниками. Излишне подозрительный объект с двух сторон прикрывали своими телами парни весьма приметной комплекции. Ребята, явно не брезгующие посещением качалки, расчищали дорогу перед своим шефом, вызывая волну негодования среди туристов. Впрочем, возмущаться в открытую никто не решался.
Девчонка в красном платье при появлении всей компании вдруг проявила странную активность. Пару раз взмахнув рукой, словно посылая сигналы, она бросила через плечо внимательный взгляд и поспешила в сторону Нового города. Поравнявшись со мной, девица подняла на меня глаза и улыбнулась. Я судорожно сглотнул, чувствуя, как тяжелеет в паху. Твою мать!
Я зажмурился и крепко ущипнул себя за бедро. А когда я вновь открыл глаза, наглой девчонки рядом уже не было. Между тем человек с кейсом успел далеко уйти и почти скрылся в толпе туристов. Я сорвался с места и побежал следом, наплевав на любую конспирацию. И только у самого основания моста я заметил уже знакомую лысину. Он и еще двое парней, явно не внушавших доверия, целенаправленно двигались на встречу процессии с кейсом. Я ускорился, обогнул пеструю толпу азиатов и замер. Парни рядом с лысым рухнули на камень брусчатки.
Вот они!
Диверсанты!
Лысый остался стоять.
Мужчина с кейсом замер. Его охрана сориентировалась мгновенно. Подхватив своего шефа под руки, вся процессия моментально исчезла в узком проулке. Лысый хотел последовать за ними, но я оказался быстрее и схватил его за руку. Все внимание сейчас было приковано к двум потерявшим сознание мужчинам. Кто-то звонил в скорую, со стороны моста бежали полицейские... Только я знал, что они уже были мертвы.
— Мальчик! Ты не понимаешь, что делаешь! — зашипел лысый, пытаясь освободиться. Я усилил захват, и мужчина недовольно поморщился.
— Кто ты такой, твою мать? — Мы уже почти достигли проулка, в котором исчез владелец странного кейса.
— Парень, всем будет лучше, если ты просто уйдешь с дороги, —с ленцой произнес мой пленник. — И тебе в первую очередь.
Лысый ударил меня по плечу, но промахнулся. Или хотел промахнуться. Потому что я успел увернуться и даже ответить наглым апперкотом. Лысый мой ход оценил, рыкнул, скорее устало, чем недовольно, и достал пистолет. Среагировать я успел, даже отпрянул в сторону, хотя знал точно, что пуля меня заденет. Всего мгновение спустя крошечный кусочек свинца прошил плечо, и оно взорвалось острой обжигающей болью. Именно там, куда совсем недавно ударил лысый на мокнущем под вялым дождем КПП. Я выругался сквозь зубы, застонал, про себя проклиная противника и свою собственную нерасторопность, и зажал рану здоровой рукой. Где-то совсем рядом истошно закричали женщины, послышались звуки сирены.
— Не лезь больше в прошлое, мальчик! Поверь старику, оно этого не стоит, — проговорил лысый мне на ухо. В его руке мелькнуло что-то, напоминающее диффузор, раздался звук распылителя, и я почувствовал уже знакомый сладковатый запах перепрелых яблок. Перед глазами все поплыло.
Лысый, превратившийся в густую тень, плавно перетек в проулок следом за странным человеком с кейсом. Перед глазами поплыло, древняя брусчатка грозила уйти из-под ног. Я прислонился к стене. И кто-то подхватил меня под руки, не позволяя завалиться навзничь. Мелькнуло и тут же исчезло чье-то лицо. Кажется, женское. Кажется, оно было женским… Светлые волосы… Красное платье… Какого хрена?!
Знакомая незнакомка что-то настойчиво спрашивала. Я пытался ответить, что ничего не помню и ничего не понимаю. Но язык странно опух и совсем меня не слушался, во рту пересохло, я судорожно сглотнул вязкую слюну и закрыл глаза. Девица что-то пробормотала нетерпеливо и треснула мне по щеке, не больно, но ощутимо. Я замычал, требуя бережного отношения к моей персоне. Но наглая девчонка в красном платье только недовольно фыркнула. Боль в раненом плече нарастала. Я почувствовал спиной неровные камни брусчатки и холод там, где в моих мышцах побывал свинец. Острая вспышка сменилась полной беспросветной темнотой.
Глава четвертая
Меня привели в чувство отдаленные голоса. Говорили явно на русском, о том, что пуля прошла навылет. И еще что-то про то, что мне повезло. Или наоборот. Я не расслышал. Потом все стихло. И я снова остался наедине с собой в пустой пугающей темноте. В голову лезли странные и даже нелепые мысли. Что будет, если меня отвезут в больницу – в пражскую больницу – и без документов? И как прожить до полуночи, если меня не найдут? Кто, черт возьми, этот лысый? И почему он стрелял не на поражение, да еще и возился со мной как с несмышленым мальчишкой?
И вообще, почему не погиб, находясь рядом со мной, как порядочный и чтивший законы диверсант? Он явно был с ними заодно. К гадалке не ходи. Выходит, он последовал за нами с Корвусом сначала во вчерашний день, а потом и вовсе устроил охоту на толстяка с охраной и кейсом сто два года назад… И как он только везде успел?! Мне бы такую скорость! Да и девчонка эта… М-м-м… Откуда она вообще взялась? И неужели с ними заодно? С лысым? С диверсантами! Красивая…