Женевьева Валентайн – Лучшая фантастика XXI века (страница 38)
– Ничего не знаю, – ответил Бадди Джо.
– Следующая доза Согласия в 40 П, следующая часть обличья чужака в 60 П.
Бадди Джо повернулся на кровати. Он серьезно подумывал о том, чтобы броситься с края палубы.
Экран моргнул, и на нем появилась сестра Бадди. Она сидела на кровати в серой металлической комнате, точно такой же, как его, всего через три двери отсюда.
– Завтра в 40 П, да, Бадди Джо?
– Верно.
– Новая часть обличья в 60 П.
– Так мне сказали.
На экране появился отец. Комната та же, кровать та же, только человек сменился.
– Сорок П, Бадди Джо.
– Да.
– И новая часть обличья в шестьдесят.
– Так мне сказали.
– Твой дед сказал бы «в два часа», а не в шестьдесят П.
– Правда, папа?
– Ты очень похож на дедушку, Бадди Джо. Он тоже всегда думал о всяком разном. Я говорил, что это не доведет вас обоих до добра. И был прав.
Бадди Джо посмотрел на свои необычные серо-зеленые ступни. Он поставил между ними пластиковый мешок и положил нейлоновую простыню. Ступням ощущение не понравилось. Бадди Джо посмотрел на свои худые бледные ноги.
– Я к ним привык, но завтра их не станет.
Это Джеймс из квартиры внизу, его большеротое лицо улыбается с экрана. Говоря, он наполняет чашку едой из крана. Бадди Джо чувствует, что голоден. Он отыскивает у кровати свою чашку для еды. Экран мигает, и на нем появляются мистер и миссис Сингх, занимающиеся сексом. Уже больше семидесяти П. Пора перекусить.
Он наклоняется на кровати и тянется к крану, его ступни поднимаются, вылезают из нейлоновой простыни. Теперь на экране Марти с Первой палубы. Марти чертит в воздухе священный символ и говорит:
– Не надо было насиловать ту девушку, парень. Завтра ты потеряешь гораздо больше, чем ноги.
Бадди Джо снится, что он идет с дедом по лугу на Луне. На красные и желтые головки цветов садятся бабочки и пьют нектар; цветы всюду, куда ни глянь. Бадди Джо наклоняется и нюхает цветок.
Нет! Грязь. Нет!
Он просыпается серым утром, полный отвращения к себе. Надо следить за собой. Грязные мысли зарождаются во сне и расцветают действиями во время бодрствования. Он это знает. Думай о палубах, говорит он себе, думай о палубах.
На него с экрана смотрит сестра.
– Тридцать пять П, Бадди Джо. Скоро тебе будут давать Согласие.
– Верно, – говорит он, протирая глаза. Ощупью находит чашку и подставляет под кран.
– Как ты думаешь, что будет на этот раз? Новые ноги? Новые руки?
– Не знаю.
На экране появляется отец.
– Тридцать пять П, Бадди Джо. Скоро тебе дадут Согласие.
– Верно.
Он не хочет говорить об этом. Не хочет терять ноги. Его превращают в чужака против его воли. Что произойдет, когда он сменит голову? Что будет с ним тогда? Куда денется Бадди Джо? Но он это заслужил. Только посмотреть на его сны!
– Не нужно было насиловать ту девушку, Бадди Джо, – говорит его отец.
Разве он не говорит это каждый день?
На экране появляется Мартин. Потом Кэти, потом Кловис, потом Чарльз.
Он все еще лежит в постели, когда с потолка, жужжа, спускается беспилотник. Узкий, похожий на осу цилиндр меньше большого пальца пролетел мимо растяжек и опор, через палубы и Столбовые Башни. Пронесшись через туннели в опорных балках, огибая балконы и тротуары, он долетел до этой квартиры. Послал сигнал, открывающий дверь. Бадди Джо видел, как он появился в конце коридора и приближался, увеличиваясь в размерах. Он сел на руку Бадди Джо, последовал легкий укол, и кристалл Согласия скользнул под кожу. Рука слегка заныла, Бадди Джо почувствовал что-то, и все вернулось. Он смотрел на маленькое металлическое тело, чувствовал прикосновение крошечных металлических ножек к коже. Дрон сказал:
– Шестьдесят П, Бадди Джо. Назад в лабораторию. Получи там новые ноги.
– Ладно, – ответил Бадди Джо. Его новые ступни затопали сами собой. Они взбудоражены. Бадди Джо скатился с кровати. Нужно пять П, чтобы Согласие полностью подействовало. К этому времени ему нужно быть в лаборатории, чтобы им снова кто-нибудь не воспользовался.
Выйдя из квартиры, он спускается по ступеням Второй палубы. Идет мимо склепанных кубов, соединенных один с другим, чтобы вместить жилые блоки. Минует толпу подростков, которые, подталкивая друг друга, мочатся через металлическую решетку на церкви, и мечети, и синагоги, и храмы на Первой палубе. Одна девочка со спущенными трусами смотрит на Бадди Джо, видит след, оставленный на руке дроном, и на ее лице постепенно появляется понимание. Бадди Джо торопливо уходит, пока она ничего не сказала.
Бадди Джо ждал у входа в лифты Столбовых Башен. Башни уходили в небо, заостренные грязные металлические конструкции, исчезающие вверху в тени Третьей палубы. Их покрывали ржаво-красные царапины. Дед сказал, это оттого, что они выросли из земли. И рассмеялся. Удивился, сказал он. Ты думал, башни построили люди. Так думает сегодня большинство. Ну так это неправда. Очень много необычного произошло после того, как на Луне расцвели цветы.
Бадди Джо молчал. До сих пор он всегда думал, что палубы образовались сами собой. Он никогда не считал, что люди могли что-то построить. Глядя на прочные, земляного цвета Столбовые Башни, как можно было не верить, что они выросли из земли сами собой?
Полированные деревянные двери лифта открылись, вышли три человека. Бадди Джо вошел в обитое нутро. И вздрогнул. У него по частям отнимали его человечность. Идти не хотелось, но он услышал собственный голос, просивший:
– Пятую палубу, пожалуйста.
Кто-то нажал кнопку. Лифт немного осел, и у всех участилось сердцебиение. Все слышали историю о том, что людей, вышедших когда-то из земли, рано или поздно заберут обратно. Тогда двери лифта закроются, и он унесет их навстречу создателю.
Но не сегодня. Лифт начинал подниматься.
Идя по Пятой палубе, Бадди Джо видит серое небо, нависающее над башнями Седьмой палубы. Здесь ветер сильнее, он проникает сквозь тонкую хлопчатобумажную рубашку и заставляет его зябнуть. Ступням нравится ощущение: они дрожат в предвкушении.
Он пришел слишком рано. Группа историкоастрономов проецирует изображения на стены купола лаборатории. На картинах изображен необычный ландшафт. Травянистые равнины, горы с вершинами в снегу, поля желтых злаков, но у всего неверные пропорции: горы и долины больше, чем на картинах, которые Бадди Джо показывали в детстве.
– Что это? – спрашивает он у стоящего рядом астронома в белом халате. Астроном с подозрением смотрит на него, и на его лице появляется понимание.
– А, джентльмен, которого готовят к обличью чужака, – говорит он. – Напрасная трата времени, если хотите знать мое мнение. Но вы, наверно, не спросите.
Он поворачивается и рукой обводит комнату.
– Это, друг мой, Марс. Марс, должен добавить, между Сдвигом и Коллапсом. Эти виды сняты через два месяца после основания колонии.
– Очень… необычно.
– Только для ваших глаз, мой друг, потому что вы всегда жили в мире после Коллапса. Для тех, кто жил до Сдвига, этот мир был раем. Он похож на реальный мир.
– Реальный мир?
– Ну, на один из них. Вот что мы все здесь ищем, мой друг. Вот почему построили башни на Седьмой палубе; вот почему ваши друзья готовят вам обличье чужака. Все мы ищем реальный мир.
Астроном вздыхает и оглядывается.
– Конечно, мои прапрапращуры не узнали бы в этих картинах реальный мир.
– Почему?
Но кто-то зовет астронома.
– Прошу прощения. Может, в следующий раз я успею рассказать больше.
Он жмет Бадди Джо руку и торопливо уходит. Он слегка похож на мистера Сингха, живущего ниже по коридору – которого его дед назвал бы индусом.
Историкоастрономы упаковывают свое оборудование. В комнату входит другая группа ученых. Группа, занятая обличьем чужака. Двое толкают тележку, и Бадди Джо вдруг пугается. На тележке лежат новые части обличья. Бадди Джо начинает мутить. Он ожидал меньшего. А здесь не пара брюк, не рубашка. Похоже на комбинезон. Он проглотит Бадди Джо целиком, оставив только голову и руки. А когда исчезнет и твоя голова, куда денешься ты сам, Бадди Джо? (Голова.
Доктор Флинн видит, как он дрожит на другой стороне комнаты.