Женевьева Валентайн – Лучшая фантастика XXI века (страница 132)

Лорд Детлок сделал шаг назад. Перевел взгляд с Повелителя Боли на Чарльза, потом на то, что было пристегнуто к его запястью. Облизнул губы.

– Это что, тазер? – спросил Лорд Детлок. – Они запрещены законом, приятель.

Чарльз улыбнулся, и я понял, что никогда прежде не видел его улыбки.

– Закон запрещает покупать их. А я купил детали и собрал собственный. И что ты теперь сделаешь? Донесешь на меня Куртцу?

– Нет, я просто отберу его у тебя, придурок, – ответил Лорд Детлок.

Он бросился на Чарльза, и Чарльз ударил электрошоком и его. Лорд Детлок дернулся назад, налетел на стул и упал, прижимая к груди пострадавшую руку.

– Ты покойник, – прохрипел он. – Точно тебе говорю.

Чарльз подошел и пнул его в пах.

– Я вызываю тебя на дуэль, – сказал он.

– Что? – переспросил Лорд Детлок, когда перестал визжать.

– Дуэль. На симуляторах, – сказал Чарльз. – Я докажу, что стреляю лучше тебя. Прямо в Орудийном зале, в присутствии всех остальных. Завтра в тринадцать ноль-ноль.

– Иди в жопу, – ответил Лорд Детлок.

Чарльз наклонился и продемонстрировал два крошечных металлических острия тазера.

– Значит, ты боишься принять вызов? Струсил, цыпленок? – сказал он, и Майрон с Энилом тут же закудахтали. – Юджин, сходи в Адскую бездну и скажи снайперам, чтобы соскребли с пола этих ребят.

Я бы не согласился на это даже в обмен на шанс посмотреть утраченные эпизоды «Доктора Кто», но, к счастью, Лорд Детлок сел, хватая губами воздух.

– Ладно, – сказал он. – Дуэль. Если проиграешь, я засуну этот тазер тебе в задницу.

– Конечно, – согласился Чарльз, – как пожелаешь, вот только я не проиграю. И никто из нас больше никогда не будет вам лакейничать. Усвоил?

Лорд Детлок не скупился на эпитеты, но в конце концов согласился на условия Чарльза, и мы взяли в свидетели Повелителя Боли (который плакал и жаловался на прерывистое сердцебиение). Наконец они смогли подняться на ноги и уковыляли в сторону Адской бездны, поддерживая друг друга.

– Ты рехнулся, – сказал я, когда они ушли. – Завтра ты придешь в Орудийный зал, и они будут под жидать тебя с шестью бутылками газировки и банкой гуаши.

– Возможно, – согласился Чарльз. – Но они дадут задний ход. Вы что, клоуны, до сих пор не поняли? Они привыкли стрелять по камням. И понятия не имеют, как бороться с тем, что дает сдачи.

– Но они выиграют. Ты не сможешь оглушить их всех, а когда они отнимут у тебя тазер, тебе конец.

– Они его не отнимут, – ответил Чарльз, закатывая рукав и отстегивая крепеж тазера. – Я не стану его надевать. Его наденешь ты.

– Я? – Я попятился.

– В рундуке у меня есть еще один. Кто из вас хочет взять его?

– У тебя их два?

– Я! – выскочил вперед Энил. – Мы что, будем твоими телохранителями? Точно! А ты можешь сделать еще?

– Они не понадобятся, – сказал Чарльз. – Завтра все изменится.

Признаюсь, колени у меня тряслись, когда на следующий день мы маршировали в Орудийный зал. Смены B и C в полном составе – сила в количестве, верно? Если снайперы набросятся на нас, хоть кому-то удастся выбраться. А если Чарльзу невероятно повезет, мы все хотели это видеть.

Зрелище мы представляли позорное. Норман и Ро-ско облачились в полные костюмы джедаев, включая чертовы световые мечи, которые на самом деле были гололучами. Брэдли напялил игровую куртку Счастливой Летучей Мыши Сан. Энил нацепил свою счастливую шляпу из «Таинственных соперников», ту, что олицетворяла Фантасмагорию. Мы все креативны и уникальны, кто же спорит, но… быть может, не следует одеваться подобным образом, когда отправляешься на дуэль с кошмарными безмозглыми уродами.

Мы прибыли, и они нас ждали.

Мостик всегда напоминал мне храм, или святилище, или что-то тому подобное, с прекрасным экраном, мерцающим в темноте. Орудийный зал скорее походил на Пещеру циклопов. Здесь на стене не было экрана, только красные огоньки стрелковых пультов управления, а в дальнем конце комнаты кто-то установил лампу черного света, благодаря которой казалось, будто зловещие постеры с черепами, демонами и вампирами шевелятся во мраке.

Здесь воняло потными телами – от этого запаха снайперы никак не могут избавиться, потому что носят черные биопреновые шмотки, которые, в отличие от нашей одежды из натуральных тканей, не дышат. Кроме того, тут попахивало мочой; снайпер не позволяет такой мелочи, как полный мочевой пузырь, оторвать себя от игры.

Все это было отвратительно само по себе; представьте, что я почувствовал, заметив, что снайперы соорудили палицы из бутылок от хлорированной воды, с ручками из плотно скатанной бумаги для принтера. Противники стояли, мрачно глядя на нас. Я увидел Лорда Детлока, и Акулу, и Профессора Негодяя, и Мефистофеля, и Конкистадора, и Железное Чудовище, и Обезьяну-Убийцу, и Дядюшку Ганнибала… все ненавистные лица, знакомые мне по месяцам унизительного лакейничания, за исключением…

– Где Повелитель Боли? – спросил Чарльз, равнодушно оглядываясь.

– У него есть занятия получше, чем смотреть на содержимое твоей прямой кишки, – заявил Лорд Детлок.

– Пришлось отправить его в лазарет, он жаловался на боли в груди, – добавил Мефистофель.

Остальные смерили товарища осуждающими взглядами.

Чарльз просиял.

– Какой ужас! Перейдем к делу, джентльмены.

– Мы приготовили особую консоль, пидор, специально для тебя, – сообщил Лорд Детлок со злобной ухмылкой, тыкая в один из пультов управления.

Чарльз посмотрел на него и рассмеялся.

– Должно быть, ты шутишь. Я займу эту, а ты – соседнюю. Будем играть плечом к плечу, чтобы все видели. Так будет честно.

Лица снайперов вытянулись. Но мы с Энилом скрестили руки, чтобы стали видны шипы тазеров, и снайперы неохотно уступили. Они убрали с консолей пустые бутылки и обертки. Приятно было смотреть, как они в кои-то веки трудятся.

Чарльз уселся перед выбранным пультом и несколькими быстрыми командами вызвал меню симулятора.

– И это все, что у вас есть? – спросил он. – Ладно, предлагаю девять раундов. По три этапа на «Голосмертидва», «Метеоритном кошмаре» и «Надвигающейся аннигиляции». Побеждает тот, кто в сумме наберет больше очков.

– Заметано, говнюк, – ответил Лорд Детлок.

Они запустили «Голосмерть-два», и мы все столпились рядом, чтобы посмотреть, хотя от непередаваемой вони снайперов слезы наворачивались на глаза. Голодисплей озарился зловещим зеленым туманом, и на нас ринулись вражеские корабли. Чарльз сделал три выстрела, прежде чем Лорд Детлок сделал один, и хотя первый заряд ушел мимо, два попали в мегакрейсер, и тот вспыхнул. Лорд Детлок прикончил патрульное судно в первых рядах; эта мишень принесла мало очков, зато он снял ее одним выстрелом. Счетчики на обеих консолях наградили стрелков 1200 очками.

Еще двумя быстрыми выстрелами Чарльз разделался с горящим крейсером – фантастическое зрелище, все его шлюзы пылали красным, а потом он взорвался, превратившись в цилиндр раскаленного пепла. Но Лорд Детлок методично снимал мелкие транспортные катера, поскольку на них требовался всего один точный выстрел, а стрелял он точно. Чарльз колотил крупные мишени, он больше не мазал, и произошло вот что: счетчики долго показывали, что противники идут ноздря в ноздрю, а потом – ба-бах! – взорвался последний звездный эсминец, и внезапно Чарльз оказался впереди, по очкам в два раза обогнав Детлока.

К этому моменту мы все орали: снайперы ухали, как шимпанзе, а мы… ладно, мы тоже напоминали обезьян. Начался следующий этап, снова появились корабли, но теперь они отстреливались. В Чарльза попали три раза подряд, прежде чем он понял, как выставлять защиту, и снайперы принялись злорадствовать и стучать палицами.

Однако он очень быстро перешел к атаке, и сделал кое-что такое, до чего я бы не додумался: начал целиться в орудийные амбразуры противника и выводить их из строя одним выстрелом, после чего следующим залпом уничтожал корабль. Я не успевал взглянуть, чем занят Детлок, но внезапно его дружки перестали ликовать, и когда этап закончился, он не набрал и трети от очков Чарльза.

Третий этап прошел очень быстро, хотя огневые точки перемещались, и Чарльзу с Детлоком приходилось маневрировать в середине армады. Чарльз совершал вещи, на которые я бы никогда не решился: безрассудно вился вокруг мегакрейсеров, пролетал между их орудийными амбразурами, боже ты мой, спасаясь от выстрелов почти в упор, чудом уходя от взрывающихся кораблей.

Лорд Детлок почти не шевелился. Он сидел в одной позе и палил по всему, что подлетало достаточно близко, и хотя ему удалось прикончить звездный эсминец, этап он закончил, на голову отстав от Чарльза по очкам.

На месте Детлока я бы сдался, но снайперы начали злиться и оскорблять его, и, думаю, он просто не решился.

Когда началась «Надвигающаяся аннигиляция», мне понадобилось отлучиться в туалет, и конечно, пришлось бежать на другой конец Платформы, потому что я ни при каких обстоятельствах не собирался пользоваться сортиром снайперов, с учетом того, как воняло в Орудийном зале. Лишь расстегивая штаны, я понял, что на мне тазер и что я совершил феерическую глупость, покинув зал, ведь я был одним из телохранителей Чарльза. Поэтому я быстро сделал то, зачем пришел, и помчался обратно, и в коридоре встретил мистера Куртца.

– Привет, Юджин, – поздоровался он. – Что происходит?

– Мы просто играем, – ответил я. – Мне нужно вернуться…