Женевьева Навроцкая – Артефакт для наследницы (страница 19)

– Второе, – выпалила она, окончательно смутившись.

– Конечно, в этом есть доля правды, – ответил Люсьен, хитро прищурившись. – Как фамильяр, я обязан заботиться о хозяине, и здесь можно не искать никакого подтекста. По условиям нашего контракта, я не могу тебе врать.

– И при этом можешь недоговаривать? – поддела она его, намекнув на разговоры о прошлом, которых тот все еще избегал.

Люсьен сдержанно улыбнулся, и сквозь глухую стену Софи уловила отголоски чего-то искрящегося и теплого.

– Могу не договаривать.

Софи не удержалась от ответной улыбки. Шероховатости, которые то и дело появлялись между ними, преимущественно из-за упрямства и характера Люсьена, в последнее время стали напоминать дружеские перепалки. И это оказалось приятно, особенно учитывая историю отношений Люсьена с прошлыми хозяевами. Когда-то Софи так же подружилась с Клэр, к которой многие боялись подходить. У нее точно был особый подход к сложным личностям.

– Ты ведь не ревнуешь? – шутливо уточнила она.

Люсьен тихо фыркнул, продолжая улыбаться.

– Не льсти себе, ведьма. Любви фейри добиться не так уж легко.

Над дверью снова звякнул колокольчик, им пришлось вернуться к делам, но Софи почему-то не могла перестать думать о словах Сайласа и о том, что хотела бы выяснить – просто так, разумеется, интереса ради – что же нужно сделать, чтобы заслужить искреннюю привязанность своего фамильяра.

Новолуние приближалось, и в лавке наконец появилась помощница. Ею оказалась совсем молодая ведьма со смуглой кожей и темными кудрями. Одета она была весьма причудливо – в кружевную белую юбку и безразмерный зеленый свитер с большим черепом из пайеток. Клэр оглядела наряд ведьмы с таким выражением лица, что Софи поспешила заговорить, пока подруга не решила высказаться.

Она протянула руку и открыла рот, но ведьма ее перебила:

– Я знаю, кто ты. – Ответив на рукопожатие, она с подозрением покосилась в сторону Клэр. – Меня зовут Серафина. Я была ученицей твоей бабушки, но пять лет назад поступила в Академию и с тех пор появлялась здесь редко. Люсьен сказал, что ты полный ноль в зельях.

– Да, это правда. – Софи улыбнулась, про себя решив, что спрячет на пару дней его любимую рубашку, чтобы он больше не позорил ее перед будущими коллегами. – Мне достались другие таланты.

В глазах Серафины блеснул интерес:

– О? Какие же?

– Очевидно, собирать вокруг себя странных людей, – ответил ей хриплый голос, и все одновременно повернулись к лестнице. Алистер наконец выглядел прилично. Он сбрил щетину, причесался и даже сменил костюм. Софи понятия не имела, чем он занимался последние несколько дней, но судя по звукам, которые доносились из коридора по ночам, он пил и доставал Клэр, охотно отвечающую на его провокации.

– Магистр Икабод, – напряженно произнесла Серафина, удивив Софи этой внезапной переменой настроения.

– Больше не магистр, – скучающим тоном отозвался он и почесал нос кончиком пальца. – Софи, ты бы у нее поучилась чему. Хотя бы постой у котла. Пауэлл-Сомер, как никак.

– Пауэлл-Сомер, – повторила она, вспомнив разговор с ведьмами из ковена, и вдруг поняла. – О… бабушка готовила тебя стать своей преемницей.

Лицо Серафины украсила веселая ухмылка.

– Я наслышана о твоем знакомстве с противной дочуркой Верховной местного ковена. Кто-то из ее подружек-жаб небось сказал тебе, что я затаила на тебя страшную обиду, но скажу по секрету, – она наклонилась к Софи и доверительно прошептала: – Если я начну считать прибыль, могу случайно вызвать Дьявола. Ответственность за целый магазин – это не для меня.

Софи улыбнулась, не скрывая облегчения. Ее это действительно беспокоило, и она была рада, что никакого конфликта с бабушкиной ученицей не намечается.

– А ты действительно из Магистрата? – спросила Серафина, повернувшись к Клэр.

– Разумеется нет, просто надо было поставить их на место.

Серафина покивала с уважением во взгляде, и Клэр ответила ей таким же кивком. Софи это единодушие порадовало. По крайней мере, она оказалась права, и у нее есть шанс свести с кем-то дружбу в этом городе.

Серафина пообещала прийти следующим вечером и помочь со всеми заказами, а взамен попросила всего три процента, что было достаточно выгодно.

Прибравшись в опустевшей лавке, Софи накинула на плечи пальто, захватила пакетик кошачьей еды из маленького ящичка под прилавком и вышла на улицу. Фонарь починили, поэтому в сумерках было не так жутко, как полторы недели назад. Завернув за угол дома, она остановилась у высоких кустарников, скрывающих проход к неровной дороге, как и многие другие, ведущей в сторону леса, и всмотрелась в темные ветви, на которых еще шуршала листва. Обычно серый кот, явно прибившийся к лавке еще до ее приезда, ждал у ступеней, но сегодня его не было. Софи решила оставить еду на его излюбленном месте – примятом к земле клочке травы, напоминающем миску: он вылизывал его дочиста, не оставляя даже крошечных следов.

Ей вдруг пришла в голову неуместная мысль: интересно, придет ли Сайлас за амулетом или Люсьен отпугнул его окончательно?

Не то чтобы ее это сильно расстраивало – она и сама теперь относилась к незнакомцам с опаской, – но Сайласа будто откуда-то знала и не могла избавиться от чувства дежавю, которое возникало при взгляде на него. Это же чувство в ней вызывал Алистер, и ей хотелось понять почему.

Неужели в то лето они виделись?

Софи отчаянно пыталась вспомнить хоть что-то, но воспоминания были похожи на отражения в реке, затянутой густым туманом. Стоило только опустить руку в воду, как она шла рябью, а туман сразу же затягивался, не давая ничего разглядеть.

Может, лучше туда вовсе не заглядывать, как и советовала бабушка.

Софи присела на корточки и не успела разорвать пакетик с едой, как позади раздался шорох. Она обернулась к темным ветвям, но никого не увидела. Люсьен ушел еще утром, пообещав вернуться к следующей ночи, Клэр в своей комнате, обложившись документами, говорила с помощницей по громкой связи. Алистер тоже куда-то испарился и вряд ли стал бы возвращаться через кусты.

Когда шорох повторился, Софи вскочила. Забыв пакетик с едой на земле, она быстрым шагом вернулась в лавку и, заперев дверь на засов, прижалась к ней спиной. Сердце словно пыталось пробиться сквозь кожу, и Софи подумала, что так продолжаться не может.

Нужно научиться хоть чему-то, что сможет ее защитить, иначе она просто сойдет с ума.

Следующая неделя выдалась суматошной. Чердак и комната пропахли горькими, сладковатыми и пряными запахами сушеных трав и растений, многие из которых Софи видела впервые. Поначалу она закрывала деревянный люк на ночь и открывала настежь окна, но в итоге с этим пришлось смириться.

Серафина приходила почти каждый день, проверяла настаивающиеся составы и готовила новые. Обычно она занималась этим, пока Софи была занята в лавке, но перед новолунием ей удалось прийти только под ночь, поэтому все обитатели лавки смогли составить ей компанию и набились на чердак, где было почти невозможно дышать.

Склонившись над пузатым черным котлом, поставленным на электрическую плиту, Серафина помешивала длинным черпаком очередное зелье – пятое из списка. Люсьен помогал ей, нарезая травы и корешки, Клэр разглядывала карты Таро, которые достала из коробки, преспокойно стоявшей все это время под столиком для гаданий в лавке, а Алистер пытался научить Софи защитной магии.

Оказалось, что в заклинательстве она полный ноль, как и в зельеварении. Ее преимуществом были трудолюбие и упорство, она не сдавалась и пробовала до тех пор, пока у нее не начинало получаться, но результаты были слишком посредственными. Алистер ей ничего не демонстрировал, лишь объяснял на словах. Софи зачитывала заклинания, что-то начинало происходить, но сразу развеивалось. Искры сыпались на пол, простейшие словесные формулы не срабатывали, и с каждой новой попыткой Софи все сильнее склонялась к тому, что дара у нее попросту нет. Ее это совсем не расстраивало, но Алистер не сдавался и продолжал искать «то самое» заклинание, которое выявит способность Софи.

– Каждый колдун и ведьма рождаются с даром, – объяснял он, перебирая книги в библиотеке Люсьена. – Усилить этот дар проще всего, а работа с другими областями магии – уже вопрос общего магического потенциала. Чем он выше, тем больше дисциплин можно освоить. Отсутствие магии не редкость для семей, в которых случались кровосмешения с людьми, а поскольку это не запрещено, почти все магические семьи этим грешат. Но не думаю, что это твой случай. Магия Ансуортов достаточно древняя, к тому же подкрепляется магическим контрактом. Хотя и без него у вас все в порядке. Чарльз так и не унаследовал кольцо, но был выдающимся заклинателем.

– Напомни, чем заклинатели отличаются от колдунов, – попросила Клэр, отвлекшись от карт. – Ты ведь тоже заклинатель, в чем же твой дар? Пока что я не видела никаких подтверждений наличия у тебя магии.

Серафина бросила на Клэр странный взгляд, нахмурившись, но Алистер начал говорить, и кроме Софи этого, кажется, никто не заметил.

– Что-то среднее между лингвистом, математиком и изобретателем, – ответил он, не поднимая взгляда от очередной книги. – Мы исследуем чары и артефакты, создаем на их основе новые, разрабатываем заклинания, занимаемся дешифровкой… Это одна из разновидностей полуматериальной магии, поэтому мы в основном приходим либо к исследовательской работе, либо к преподаванию, но у некоторых есть способности и к прикладной магии. Печать на пороге, руны здесь, – Алистер обвел рукой чердак, – были созданы и активированы Чарльзом.