Женева Ли – Навечно (страница 45)
― Я не знал, что ты связалась с террористами.
Она усмехнулась.
― Джулиан, я связываюсь с тем, с кем хочу.
― Мне нужно выпить. ― Лисандр застонал рядом со мной. Перегнувшись, он растянулся на барной стойке и достал случайную бутылку снизу.
― Отличная идея, ― сказала Берит, и я моргнул. Я посмотрел на Лисандра, который стоял, все еще сжимая пальцами крышку бутылки. ― Это позволит нам поболтать.
― Поболтать? ― повторил он. ― Мы только что убили твоих людей.
― Вы не первые, и похоже, что это они начали. ― Берит подошла к нам и села на табурет. ― Им не стоило связываться с вами.
― Как сентиментально с твоей стороны, ― сказал я с глухим смешком.
― Мы не можем позволить себе быть сентиментальными, мистер Руссо. ― Она дважды постучала по мраморной стойке. ― Или мне следует называть тебя ваше величество?
― Не стоит, ― предупредил я ее. ― Я не королевская особа.
― Но ты же спарился с королевой, если слухи правдивы.
Я молчал. Она провоцировала меня, и пока я не понял, что ей нужно, я отказывался что-либо сообщать.
Мэгги поставила перед ней бокал с вином и достала бутылку Шираза.
― О чем ты хочешь поговорить? ― спросил я.
― Это не первые наши люди, которых ты убил. ― Это был не совсем вопрос, поскольку она уже знала ответ.
― Хочешь, чтобы я извинился?
Ее ноздри дрогнули, когда она поднесла бокал с вином к губам.
― Я хочу, чтобы ты перестал нас убивать.
― Сначала ты, ― сказал я с издевкой.
Она сделала шумный глоток.
― Легче сказать, чем сделать. Твой род разозлил многих вампиров.
― Мой род? Что это значит?
Челюсть Берит на мгновение напряглась, и я понял, что то, что последует дальше, станет ключом к пониманию не только ее требования, но и самого Мордикума.
― Думаю, ты знаешь, но на случай, если ты настолько глуп, насколько ведешь себя, я расскажу тебе. Чистокровные и их элитные семьи, Совет, даже королевы.
― И что делает их моим родом? ― настаивал я.
― Ты родился в одном из старейших чистых родов в истории вампиров. Ты один из них, даже если не хочешь этого признавать. И ты защищаешь их. Их враги ― твои враги, а поскольку они видят в нас угрозу, полагаю, это означает, что мы тоже враги. Но я бы хотела это изменить.
Все шло не так, как я ожидал. Я взглянул на Лисандра и увидел, что его лицо скрыто тенью, но глаза смотрят настороженно. Наш первый прямой контакт с Мордикумом оказался не таким, каким мы оба его себе представляли, но мы не собирались терять бдительность.
― Думаю, это справедливо, ― сказал я. ― Но почему тебя волнует, за кого я сражаюсь?
Берит улыбнулась, ее белые зубы стали красными из-за вина.
― Потому что, если мы хотим что-то изменить, нам нужно больше союзников и меньше врагов.
― Может, тебе стоит убивать меньше вампиров, ― предположил я. Я на это не куплюсь. Я была там, в опере, в тот вечер. Я видел, что именно Мордикум хотел сделать с такими семьями вампиров, как моя.
― Сначала ты. ― Она ухмыльнулась и сделала глоток вина.
― Меня не так легко купить, как некоторых. ― Я старался говорить непринужденно, но Мэгги замерла за стойкой. Она ничего не сказала, но я знал, что колкость достигла цели.
― А что, если я скажу, что мы хотим одного и того же? ― спросила Берит.
― Сомневаюсь. ― Я выхватил бутылку из рук Лисандра.
― Эй! Возьми свою собственную.
Я проигнорировал брата.
― Кажется, ты хочешь убивать невинных людей.
― А ты не хочешь,
― Я сказал не-вин-ных.
― Вот тут ты ошибаешься, ― сказала она мне. ― Мы не заинтересованы в убийстве невинных вампиров.
― Вампиры в опере…
― Не были невинными, ― оборвала она меня.
― А фамильяры, которых вы убили?
― Сопутствующие потери. Такое случается на войне.
― Мы на войне? ― медленно спросил я.
― Скоро будем, ― сказала она, прищурив глаза.
― Это угроза? ― пробормотал я.
― Это предупреждение, и я надеюсь, что ты прислушаешься к нему, пока не стало слишком поздно.
― Вот это точно звучит как угроза, ― вмешался Лисандр. ― Почему мы должны верить всему, что ты говоришь?
Я прислонился к барной стойке и ждал ее ответа. Мой брат сделал то же самое, но Берит молчала.
― Мы все вампиры, ― пробормотала она, глядя в пол и подыскивая слова, необходимые для объяснения. ― Мордикум всего лишь хочет, чтобы ко всем вампирам относились одинаково.
― Одинаково? ― повторил я. ― Удачи. ― Не в характере вампиров беспокоиться о подобных вещах. Это было особенно верно, чем старше становился вампир.
― Все должно измениться, ― прошипела она, отставляя бокал с вином и наклоняясь ближе. ― Особенно теперь, когда магия пробудилась.
― Я не понимаю, как это тебя касается.
― Почему, потому что я ― отродье? ― холодно спросила она.
Я пожал плечом.
― Нравится тебе это или нет, но магия ослабевает из поколения в поколение, особенно если ты был обращен.
― И это твоя проблема. ― Она вскочила на ноги, ее плечи слегка тряслись, словно ярость могла поглотить ее целиком. ― Ты хочешь указывать нам, что делать, как жить, но, с точки зрения чистокровных, мы даже не настоящие вампиры.
― Я никогда этого не говорил.
― С таким же успехом ты мог бы это сделать, ― прошипела она. ― Сейчас, как никогда, вампиры должны быть едины.
― Это то, что вы пытаетесь сделать? ― спросил я.
― Возможно, вам стоит пересмотреть свою тактику, ― добавил Лисандр.
― У нас не было выбора. Совет игнорирует нас. Королевы спрятались. А нас оставили умирать.
Я сел, уставившись на нее.