Жасмин Гиллори – Предложение (страница 12)

– Я езжу на машине и имею дело с жуткими парнями уже более двадцати лет. Чем еще удивишь? – Дана осушила свой бокал.

– Хм, а это, случайно, не поможет некоторым из нас справиться с бывшими, которые посылают угрожающие сообщения? – уточнила Кортни.

Ник надеялась, что они не свяжут эти два факта воедино. Хотя надежда была нелепая. К сожалению, ее подруги – проницательные женщины.

– Ты мне этого не говорила. – Дана села прямо. – Что, черт возьми, он тебе послал? – Она вытащила свой телефон. – Так, я пишу своим друзьям по роллер-дерби – какой у него адрес?

Ник выхватила у нее телефон:

– Не надо писать друзьям по роллер-дерби. Все не совсем так.

Дана стукнула Кортни по плечу:

– Почему ты не говорила мне об этом? Значит, он так напугал ее, что она хочет пойти на урок самообороны?

Кортни забрала телефон у Ник и вернула его Дане:

– А почему ты на меня-то кричишь? – Она указала на Ник. – Это она должна была тебе рассказать.

Дана выдавила лайм в свой джин с тоником, прежде чем сделать глоток.

– О, не волнуйтесь, я зла на вас обеих. Вы ведь встречались в понедельник. Ты сказала мне, что она заблокировала Фишера, но не сказала, что его сообщения довели ее до уроков самообороны. Я отправляюсь в дом этого человека с вилами.

Даже когда они сводили ее с ума, Ник очень сильно любила своих подруг.

– Не надо идти к нему домой с вилами. – Она сделала глоток и поправилась: – По крайней мере – пока. Подожди несколько дней – он еще в Вегасе.

Дана открыла календарь в телефоне и сделала пометку.

– Послушайте, дело не в Фишере, – продолжила Ник. Подруги посмотрели на нее с недоверием. – Ладно, ладно, дело не только в Фишере. Просто… когда я вернулась домой в понедельник, после его сообщений и всех этих гадостей от незнакомых парней, на меня напал приступ паранойи. Я даже…

Она не хотела говорить им об этом, но часть ее всегда знала, что в конце концов правда выйдет наружу.

– В понедельник вечером я поужинала с Карлосом, и… Я так разнервничалась из-за всего этого, что попросила его зайти и проверить мою квартиру. Теперь чувствую себя страшно глупой.

Дана обняла ее одной рукой.

– О, милая. Тебе нечего стыдиться. Это тем придуркам, которые заставили тебя так волноваться, должно быть стыдно. Я рада, что Карлос тебя выручил.

Ник наклонилась к подруге и кивнула.

– Слава богу, он все время отпускал шуточки. Если бы он был внимательным, заботливым и беспокоился обо мне, меня бы вырвало.

– Хорошо. – Кортни поставила бокал на стол. – Я тоже очень рада, что он оказался рядом, и того сильнее рада, что он вел себя правильно, но меня по-настоящему порадует сообщение о том, что вы переспали.

Ник покачала головой:

– Нет, девчонки, честно, ничего такого не было.

Кортни поджала губы:

– А почему? Он горячий, ты ему явно нравишься, он прекрасный кандидат для реабилитации после разрыва, и – боже милостивый! – он тебе очень нужен.

Она попала в точку только с первым пунктом.

– Нет, я же уже говорила: мне лучше на какое-то время отказаться от мужчин. Последние десять лет у меня все отношения оканчивались катастрофой. Джастин, Фишер… А помните, в прошлом году я встречалась с графическим дизайнером, который на четвертом свидании сказал мне, что у него свободный брак? С меня хватит.

Кортни кивнула, как будто слышала это уже в миллионный раз. Честно говоря, так, вероятно, и было.

– Да-да, все это мы знаем, но еще мы видели, как ты смотрела на Карлоса в субботу. Может быть, тебе стоит на некоторое время отказаться от мужчин после того, как ты восстановишься с помощью одного из них?

Они что, не слушают ее или просто считают, что им виднее?

– Во-первых, я сказала вам, что заводить сейчас отношения – плохая идея. Мужчины вечно думают, что могут предъявлять ко мне какие-то требования, и меня от этого уже тошнит. Во-вторых, Карлос явно мной не интересуется – он не сделал ни малейшего движения навстречу в понедельник вечером. И, в-третьих, если бы я действительно хотела встречаться с кем-то прямо сейчас, Карлос явно не тот человек.

Дана положила свою руку на руку Ник.

– Ты должна забыть о своей ненависти к докторам. Этот парень не похож на Джастина. Не все врачи такие, как Джастин.

Ник вздохнула и сделала глоток.

– Знаю. То есть понимаю это головой. И я уже давно не думаю о Джастине. Это правда. Но потребовались годы после нашего расставания, чтобы забыть то чувство неполноценности, которое он внушал мне по поводу моей «бесполезной» работы. Я только-только снова начала чувствовать значимость своего дела, своей карьеры и не хочу, чтобы кто-нибудь опять попытался это испортить.

Дана кивнула.

– Мы знаем, милая. Но ты совсем не тот человек, каким была, когда встречалась с Джастином. Что бы ты сделала две недели назад, если бы Фишер вдруг «включил Джастина» и сказал, чтобы ты не бралась за новый отличный проект?

– Посмеялась бы над ним, – мгновенно отреагировала Ник.

– Вот именно! – подхватила Кортни. – Вспомним еще один из величайших хитов Джастина: что бы ты сделала, если бы тот чувак Мортон, с которым ты встречалась, прочитал один из твоих текстов и сказал тебе бросить писать?

Ник не смогла удержаться от смеха. Ее подруги помнили все. Ну, почти все.

– Моррис, а не Мортон. Ну да, я бы вышвырнула его из своей квартиры. Я понимаю, о чем вы говорите. Сейчас я уверена в себе как никогда. Но все же.

– Но все же что? – Дана обняла ее одной рукой. – Верь в себя, Ник. Как мы.

Ник заставила себя сдержать слезы:

– Ох, ты можешь не говорить. Только из-за этой вашей веры в меня я и разорвала отношения с Джастином.

Она потянулась и заключила обеих подруг в объятия. Только, как бы сильно она их ни любила, насчет Карлоса они ошибались. Все, что они говорили о парнях, с которыми она недавно встречалась, доказывало одно: ей было так легко игнорировать мнение этих типов только потому, что они были ей почти безразличны. А Карлос, напротив, ей по-настоящему нравился. Встречаться с кем-то, кого ты считаешь умным и интересным, намного сложнее. Намного рискованнее.

– Возвращаясь к теме: мы говорили о том, как в понедельник вечером я попросила мужчину, которого едва знала, пойти со мной в квартиру, потому что чувствовала себя беспомощной. А если я что-то и ненавижу, так это чувство беспомощности.

– Ты еще ненавидишь свежие персики, – возразила Дана.

– Да, этот пушок на зубах!

– И кроссовки с пятью пальцами, – подхватила игру Кортни.

Ник вздрогнула:

– Они же делают ноги похожими на конечности хоббита!

– Пончики с начинкой, – сказала Дана.

– Она вытекает! – воскликнула Ник. – Особенно те, у которых внутри что-то красное – как будто кровь сочится.

– Когда у людей клавиатура на телефоне издает звуки, – продолжила Дана.

– А разве не все это ненавидят? – нахмурилась Ник.

– Пляжи, – предложила в свою очередь Кортни.

– Так много песка, – объяснила Ник. – Он проникает повсюду. Я имею в виду вообще везде. Я не знаю, почему люди их любят.

– Комбинезоны.

– Морковный пирог.

– Картофельное пюре.

– Людей, которые не используют оксфордскую запятую[2]!

– Не забудь шардоне!

– Хорошо, хорошо, хорошо, притормозите, – остановила их Ник: если подруг не унять, это может продолжаться вечно. – Вы правы, ладно. Я ненавижу многие вещи. Но чувство беспомощности – сильнее всего. Довольны?