Жасмин Гиллори – Предложение (страница 13)
Удивительно, как две женщины, столь разные как внешне, так и по характеру, могли настолько одинаково улыбаться.
– Да, – ответили они одновременно.
– Ну теперь-то вы понимаете, что должны пойти со мной на курсы самообороны? – сказала Ник.
– О. – Дана посмотрела на Кортни, а затем они обе перевели взгляд на Ник. – Мы с самого начала собирались пойти с тобой. Просто сперва хотели над тобой посмеяться. Когда первое занятие?
Ник ухмыльнулась:
– Завтра.
Поздно вечером в среду Карлос присел на краешек дивана со своим ужином. Он ничего не слышал от Ник с утра вторника – он написал ей, чтобы узнать, как у нее дела, и она ответила, что ей намного лучше, и снова поблагодарила его. Карлос предположил, что она хочет вежливо от него отделаться и ему не следует снова писать ей, но теперь передумал. Во-первых, на стадионе «Доджерс» он видел, как Ник способна отделаться от нежелательного парня – безо всяких церемоний. Может быть, стоит написать ей еще разок.
Эти тайские объедки тебя доконали? Надеюсь, ты съела их вчера. Со временем они становятся острее.
Через несколько секунд после того, как он нажал «отправить», его телефон зазвонил. Боже мой, неужели это было так просто?
Он посмотрел на экран. Анджела. Нет, не так просто.
– Привет, – сказала она. – Я только что разговаривала по телефону с Джесси.
Их двоюродной сестре сегодня поставили диагноз «преэклампсия», и Карлос весь день отвечал на звонки мамы и тети по этому поводу. А перед самым уходом из больницы поговорил и с самой Джесси.
– Я тоже с ней разговаривал, – сообщил он Анджеле. – Не сходи с ума. Еще рано судить, но это хороший знак, что врачи отправили ее домой и назначили постельный режим вместо госпитализации.
Часть его желала, чтобы врачи поместили ее в больницу, чтобы она и ребенок были в безопасности и каждый день находились под наблюдением на случай каких-либо проблем. Одна из неприятных сторон профессии врача – сильно переживать за любимых людей, когда с ними что-то не так. Врачи слишком много знают о наихудших сценариях развития событий.
– Ты говоришь
Его телефон издал сигнал сообщения.
О, ничего себе, правда? Спасибо за информацию. Было бы неплохо предупредить меня об этом в понедельник вечером, а не после того, как я съела их на обед во вторник и у меня язык полыхал огнем целых 12 часов. Теперь я знаю, почему ты позволил мне забрать их.
Карлос старался не рассмеяться. Не хотел объяснять Анджеле, что это его так развеселило.
– Мне жаль, что я напугал Джесси, но ей нужно знать, в каком случае следует вернуться в больницу. Если давление слишком поднимется, это может быть опасно.
Он написал в ответ:
Не понимаю, о чем ты говоришь. Я просто вел себя как джентльмен.
– Она все это знает – для этого у нее есть лечащий врач! А теперь и все мы тоже это знаем. У нас ведь есть «Гугл».
Карлос закатил глаза, глядя на свою миску с чечевичным супом. Ощущение такое, будто Анджела его и не слушает вовсе:
– Я знаю об этом не из «Гугла» – я сам врач!
Вся семья помнила об этом, когда нуждалась в нем, но игнорировала всякий раз, когда им этого хотелось.
– Я знаю, что ты врач, но перестань еще больше ее нервировать! Ей нужна твоя поддержка, а не скачок давления после беседы с тобой.
Конечно, Джесси всегда могла рассчитывать на его поддержку. Она была его младшей кузиной – Карлос был старше на год. Она дразнила его, играла с ним, смеялась над ним, подбадривала его и гордилась им всю его жизнь. На одной из фотографий в рамке, которые стояли у него дома, были запечатлены трехлетний он и двухлетняя Джесси, оба с сомнением смотрели на малышку Анджелу.
О-о-о-о-о-о-о, так вот оно какое, джентльменское поведение? Позволить женщине страдать, делая вид, что принес себя в жертву? Теперь я понимаю, что имели в виду все те мужики, которые говорили мне, что они джентльмены.
Ему пришлось отключить звук телефона, чтобы посмеяться.
– Послушай, – продолжила Анджела. – Знаю, тебе сейчас непросто, приближается пятилетняя годовщина папы, но…
Карлос перестал смеяться.
– Дело не в этом, – возразил он, не желая вспоминать о том, что приближалась годовщина смерти его отца. – Я просто пытаюсь позаботиться о своей семье – вот и все.
С тех пор как умер отец, Карлос считал себя главой семьи. Он никогда не сказал бы этого вслух своей матери или тете, тиа Еве, но предполагал, что они думают так же. Отца Джесси никогда не было рядом, поэтому его папа следил за исправностью их автомобиля, работал во дворе и ремонтировал дом.
Когда его отец умер, Карлос взял все это на себя. Однако за этим стояло нечто большее, чем просто физическая работа: он думал о семье как о зоне своей ответственности. Он не хотел, чтобы с Джесси что-нибудь случилось.
– Слушай, не хочу ссориться из-за этого, – сказал он Анджеле. – Я просто пытаюсь заботиться о Джесси так, как умею. Завтра мне придется работать допоздна, но в пятницу я собираюсь заглянуть к ней.
Никому не говори, что я рассказал тебе о джентльменском кодексе. Члены клуба джентльменов убьют меня.
– О, здорово, у меня есть идея: прежде чем ты зайдешь навестить Джесси, почему бы тебе не сходить к врачу? Ей бы это понравилось, и мне бы тоже.
Карлос вздохнул. О нет: опять.
– Переходим к следующему вопросу, Анджела.
Она рассмеялась:
– Хорошо, но хотя бы подумай о моих словах. Кстати, ты видел запись предложения, которую показывают повсюду? Жутко, верно? Бедная Ник. Интересно, как она держится.
Мой рот на замке. Я имею в виду до тех пор, пока мое грандиозное разоблачение вашего клуба не будет опубликовано.
– Держится очень даже неплохо, – ляпнул он не подумав.
О черт.
– Да
Так: говорить, что он переписывался с Ник на протяжении всего разговора с Анджелой, точно не стоило. Всякий раз, когда он хотя бы намекал, что ему нравится общение с какой-то женщиной, сестра уверялась, что они будут жить долго и счастливо. И хотя он пока не знал, что у них с Ник впереди, к подобному дело точно не шло.
– Мы ужинали в понедельник вечером. Она написала мне по электронной почте, чтобы поблагодарить за субботу – кстати, просила передать и тебе спасибо, – и мы перехватили тайской еды.
– Хм-м-м. Странно, что ты не упомянул об этом раньше. Как же так могло получиться?
Лучше бы они продолжили говорить о Джесси.
– На этой неделе был настоящий завал, Энджи. Я был слишком занят своими врачебными обязанностями и нашими семейными проблемами, и это вылетело у меня из головы.
– Ну, она мне понравилась, и тебе, похоже, тоже, так что…
Главное, не используй мое настоящее имя в своем разоблачении. Назови меня каким-нибудь хипстерским имечком – например, Карвер, Флетчер или Уинстон.
Он жалел, что проговорился об их с Ник субботней встрече. Нужно было пресечь интерес Анджелы в зародыше. Даже если бы у них с Ник что-то и завязалось, это были бы не те отношения, к которым его подталкивала сестра.
– Да она мне почти и не понравилась. Я ужинал с ней только потому, что мне было ее жаль. Ей пришлось нелегко: на нее же обрушилась волна агрессии после того, как видео разошлось.
Может быть, когда-нибудь у него появятся серьезные отношения, но сейчас со смерти отца прошло еще слишком мало времени. Карлос не мог поставить другую женщину выше своих матери и сестры, не говоря уже о Джесси и тиа Еве.
Ему нужно было иметь возможность примчаться домой к Энджи, если она вывихнет лодыжку, или ходить с мамой по мебельным магазинам в выходные, или менять шины на машине тиа Евы. Все то, что делал его отец. Если бы он с кем-то встречался, то не смог бы располагать собой.
– М-м-м-м-м-м, – протянула Энджи. – Конечно, все дело в том, что тебе было ее жаль. Как будто я в это поверю.
Карлос покачал головой:
– До свидания, Анджела. Поговорим позже.
Как насчет Аттикуса? Из тебя вышел бы неплохой Аттикус.
Он положил ноги на кофейный столик и смеялся, смеялся и смеялся.
Глава шестая
– Не могу поверить, что ты втянула нас в это, – сказала Кортни, когда они вышли из машины. – Ты же знаешь, я избегаю любых ситуаций, в которых надо надевать спортивный костюм.
Не отвечая, Ник застегнула молнию на толстовке.
– Да брось, – ответила подруге Дана. – Мне нравится твой наряд. Я уже несколько месяцев пытаюсь объяснить, насколько тебе было бы удобнее на работе в легинсах или штанах для йоги.