Жасмин Гиллори – Предложение (страница 10)

– Отстань. Иногда здесь бывает холодно. К тому же я езжу в Нью-Йорк по крайней мере раз или два в год.

Он покачал головой с улыбкой в глазах:

– М-м-м, да, для этого, конечно, нужно штук двадцать пальто, не меньше.

Она попыталась сдержать улыбку, но не смогла.

Карлос подошел к дальней стороне ее кровати, затем вышел в коридор и распахнул шкаф в прихожей. Она предположила, что Фишер мог бы спрятаться там, если бы скрывал от нее свои акробатические таланты. Карлос взглянул на полки, заполненные постельными принадлежностями, полотенцами и упаковками газированной воды, и закрыл дверь, не сказав ни слова. Потом вошел в ванную, и Ник услышала, как занавеска для душа скользнула по рейлингу.

– В ванной тоже все чисто. Проверить что-нибудь еще?

Она прошла по коридору на кухню, одновременно испытывая такое облегчение, что готова была упасть в обморок, и чувствуя себя такой дурой, что хотелось спрятаться среди пальто в шкафу.

– Конечно, если очень постараться, то можно забраться в холодильник или под диван, но я почему-то сомневаюсь в этом. Думаю, все чисто. – Она открыла холодильник и достала бутылку вина. – Прости, что втянула тебя в эту охоту за призраками. Не знаю, что на меня нашло. Вина?

Взглянув на него, Ник увидела, как Карлос заглядывает под диван в гостиной. Она улыбнулась и налила два бокала.

– Вот. – Она протянула ему бокал и села на диван. – Спасибо. Обычно я не… – Ник покачала головой. – Короче, спасибо. Надеюсь, ты не слишком брутальный для розового вина.

Карлос сел рядом с ней и взял бокал.

– Ничего подобного. – Он сделал глоток и взглянул на нее. – Тебе следует сменить замки.

Это уже перебор, не хватало еще, чтобы он ей указывал, что делать.

– Я прекрасно знаю, что мне следует сменить замки, я не идиотка, – отрезала она.

Он поставил бокал на стол.

– Эй, прости. Конечно, ты не идиотка. Я это и не имел в виду. – Он посмотрел на нее, затем отвел взгляд. – Просто привык заботиться обо всех женщинах в своей семье, поэтому иногда перегибаю палку. Я не хотел указывать тебе, что делать.

Ник взяла бокал и протянула ему.

– Всё в порядке, правда. Я не хотела огрызаться. – Она закрыла глаза. – Обычно мне не свойственны приступы паранойи, и неприятно, что я так повела себя. Вот и сорвалась на тебе.

Он улыбнулся ей и похлопал по бедру. Ник возненавидела себя за желание, чтобы его рука задержалась там подольше.

– Тебе нечего стыдиться. Каждой женщине нужен большой сильный мужчина, который пришел бы и защитил ее, – это не твоя вина. Просто ты от природы слаба и беспомощна, исключительно в силу того, что ты – слабый пол и все такое. Тебе необходим был такой человек вроде меня, чтобы выполнить тяжелую работу по заглядыванию под твою кровать. Ты ведь не способна на такие вещи, я понимаю.

Ник шлепнула его по руке.

– Ну ты и засранец. – Она так смеялась, что бокал с вином пришлось поставить. – А я ведь на несколько секунд поверила, что ты говоришь серьезно! И была очень близка к тому, чтобы плеснуть тебе в лицо вином и вышвырнуть из квартиры.

Карлос рассмеялся и откинулся на подушки дивана. Он немного беспокоился, что она разозлится на него, но надеялся таким образом немного снять напряжение. Одна из вещей, которая ему уже успела понравиться в Ник, заключалась в том, насколько она независима – следовало догадаться, что ее разозлит, если начать указывать ей, что делать. Анджела завелась всего несколько недель назад из-за того, что он отвез ее машину на техобслуживание, и сказала, что вполне способна сделать это сама. Он объяснил, что понимал это и просто чувствовал, что это его работа – помочь ей. Но она все равно бесилась.

Ник махнула в сторону его бокала с вином:

– Пей, пей, обещаю, что не опрокину на тебя бокал.

Карлос сделал еще один глоток. Обычно он высмеивал Анджелу за то, что та предпочитает розовое вино. Никогда она не должна узнать, что он пил розовое с Ник и ему понравилось.

– Серьезно, не заморачивайся из-за этого, – произнес он. – Совершенно нормально волноваться из-за подобных вещей. За время работы в отделении скорой помощи, в ординатуре, я повидал всякого, что случается с женщинами. Хорошо, что ты попросила меня подняться, пусть в итоге его здесь не было и теперь ты чувствуешь себя глупо. Многие женщины игнорируют нехорошие предчувствия, чтобы их не посчитали истеричными, и я видел последствия. Уж лучше чувствовать себя глупо.

Николь отпила еще вина и откинулась на спинку. Устраиваясь на диване, она села прямо посередине, так что у Карлоса не было выбора, кроме как пристроиться рядом. Они были так близко, что почти касались друг друга.

– По дороге домой я хотела позвонить тебе и сказать, что мне не нужно сопровождение. Меня остановило только то, что подруги наехали бы на меня и велели не быть дурой. – Она сделала паузу: – А теперь вспоминаю, что давала людям в подобных ситуациях похожие рекомендации. Всегда легче одаривать окружающих советами, чем самой им следовать.

Можно ли ее обнять? Он очень хотел этого, но она только что пережила драматичный разрыв, так что могла дать ему пощечину и выгнать из дома. Хотя Ник так уютно устроилась на диване рядом с ним, мило потягивая вино, – ситуация, похоже, вполне подходящая, чтобы сделать шаг навстречу, верно?

– Кстати, о советах, – продолжила она, – ты говорил, что проводишь много времени, давая рекомендации подросткам, и мне интересно узнать о твоей работе. Что это значит – быть заместителем директора подростковой клиники?

Ладно, похоже, она просто хочет поболтать. Несмотря на то, что они сидят, прижавшись друг к другу, на диване, с приглушенным светом, держа бокалы с вином. Супер.

– Отличный вопрос, и я все еще пытаюсь найти на него ответ. На этой должности я всего около шести месяцев, и пока мне нравится. По сути, всю медпомощь детям в возрасте от двенадцати до девятнадцати лет медицинский центр оказывает через нашу клинику. Цель состоит в том, чтобы признать, что подростки находятся на особом положении, как умственно, так и физически, и удовлетворить их потребности как можно лучше.

– Было бы здорово, если бы, когда я была маленькой, в нашей клинике было отделение для подростков, – заметила Ник. – Помню, как меня в этом возрасте раздражала необходимость ходить к педиатру вместе со всеми этими младенцами.

Она сделала еще глоток вина и сняла с его плеча ворсинку. Карлос чувствовал себя убаюканным ее близостью, теплым ночным воздухом, ее присутствием.

А также, вероятно, вином.

Николь встала, чтобы достать еще одну бутылку из холодильника и принести в гостиную:

– Ты сказал, ты там всего полгода, а где работал до этого?

Она наклонила бутылку вина к его бокалу и вопросительно подняла брови. Карлос кивнул. Пытается ли она задержать его? Неужели вся эта история с «я боюсь своего бывшего» – просто чушь собачья, чтобы заставить его подняться к ней в квартиру? И что ему за дело, если это и так? Он усмехнулся про себя. Что ему за дело, если горячая девушка выдумала историю о том, что боится своего бывшего парня, чтобы затащить его к себе в квартиру? Огромное дело, черт возьми!

– Трудился в больнице Святой Елизаветы на Вест-Сайде. Мне очень нравилось, но эта работа отличается от того, чем я там занимался. Здесь весело. Кроме того, было здорово вернуться в Ист-Сайд, поближе к семье.

Стоп. Он не так давно знает Ник, но у него сложилось мнение о ней как о честной и прямой девушке, почти до безобразия. Вряд ли она бы стала выдумывать историю, чтобы заманить его к себе в квартиру. Она просто спросила бы, не хочет ли он подняться наверх.

Плюс к тому, если бы она притворялась, то, когда они вошли, прикинулась бы гораздо более испуганной. Она же, напротив, не цеплялась за него, не плакала – ничего подобного. Просто выглядела напряженной и сердитой. И потом, она не намекала ему на то, чтобы зайти к ней, – он сам это предложил.

– Я так много общаюсь с людьми из Лос-Анджелеса, которые приехали откуда-то еще. Всегда интересно познакомиться с настоящим местным жителем, – продолжала расспрашивать она. – У тебя большая семья?

Он положил руку на диван – не на ее колено, но совсем рядом.

– И да, и нет. У меня много родственников, но Энджи – моя единственная родная сестра. Мы выросли рядом с сестрой моей мамы, тиа Евой, и ее дочерью, моей кузиной Джессикой, которая мне почти как сестра. В баре я упоминал ее, когда рассказывал о том, откуда узнал идею насчет «неужели это ты?» – Он улыбнулся. – Это еще одна причина, по которой сейчас самое подходящее время вернуться в Ист-Сайд. Джесси беременна первенцем, и вся моя семья на седьмом небе от счастья.

Ник заправила волосы за уши и посмотрела на него снизу вверх. Ему нравилось, как она сосредотачивала на нем внимание, когда он говорил, – как будто ей действительно было интересно все, что он хотел сказать.

А еще ему нравилось, как ее рубашка постепенно сползала с плеча, и лишь усилием воли он заставил себя отвести взгляд от ее декольте.

– Ты тоже на седьмом небе из-за ребенка?

Полочка еще немного соскользнула с плеча. Карлосу очень хотелось протянуть руку и сдернуть ее совсем. Ему потребовалась минута, чтобы сообразить, о чем его спросили. Верно, верно, ребенок Джесси.

– О да, определенно. Конечно, проработав педиатром много лет, я уже давно привык к детям, но все равно не могу дождаться, когда Джесси родит. Не то чтобы я был готов завести своего собственного, но кузина так счастлива. Да и быть дядей – здорово. Сплошное веселье и никакой ответственности. – Он рассмеялся. – Плюс мама не будет требовать внуков с меня, потому что у нее будет ребенок Джесси и она сможет возиться с ним.