Жанин Марш – Моя прекрасная жизнь во Франции. В поисках деревенской идиллии (страница 24)
К тому моменту издательства начали присылать мне книги о Франции и просили написать на них отзыв на своем сайте. Когда я заканчивала чтение рукописи, я писала отзыв на странице и случайным образом разыгрывала книгу среди тех, кто хотел бы ее прочитать. Австралийка Кэролин выиграла одну из книг и посчитала это знаком судьбы. Годами она мечтала поехать во Францию, и книга сподвигла ее начать действовать. Она поехала в тур в Париж и Прованс, и по счастливой случайности я оказалась в Париже тогда же, когда и она. Мы встретились в потрясающей булочной
Фрэд из Франции стал моим хорошим другом и часто помогал мне со сложностями. Так совпало, что его дедушка родился в нашей деревне, поэтому он отлично знал местность и жителей. Когда я не была уверена, подшучивает надо мной Жан-Клод или нет, я спрашивала Фрэда! И, хоть мы и виделись лично всего один раз, мы стали настоящими друзьями.
Я начала получать приглашения посетить разные регионы, а потом написать об этом, и вскоре то, что начиналось как хобби, стало полноценным делом.
Однажды Эрнест Хэмингуэй сказал: «Писательство и путешествия расширяют если не границы сознания, то, по крайней мере, задницу». Он был прав, и мне это нравилось – я нашла свою страсть (хотя мне частенько приходилось сидеть на диете в те дни).
Глава 18. «Тур де Франс»
Когда через город, в котором ничего не происходит, проходит «Тур де Франс», жизнь кардинально меняется.
Так и произошло летом 2014 года, когда одно из крупнейших спортивных мероприятий в мире происходило в Юкелье. В Средние века это была очень важная деревня, в которой когда-то стоял большой замок напротив церкви, построенной в XV веке и сохранившейся по сей день. Местные жители были против налога Людовика XIV, который надо было платить за охрану границ с Испанией. Крестьяне в Юкелье и деревнях Девр и Маркиз протестовали. Лейтенанты короля в Пикарди прикатили пушки к Юкелье, начали стрелять по стенам замка и разрушили его, одновременно покончив и с восстанием. С тех пор это место стало тихой коммуной фермеров. Сейчас там проживает около пятисот жителей. Там есть булочная, пара баров (один из которых – мой любимый), ресторан и несколько магазинчиков. Сюда часто приезжают туристы из-за прекрасной природы, окружающей деревню.
В день, когда проходил «Тур де Франс», Юкелье был полон народу. Тысячи людей приехали отовсюду. Сумасшедшие (и спортивные) британцы садились на пароходик в Дувре и потом проезжали 96 километров на велосипеде в Юкелье, чтобы присоединиться к празднованию. Мэры ближайших деревень прибыли в лучших костюмах, надеясь остаться в истории. Фотографы местных газет старались запечатлеть этот момент для потомков.
Я приехала за час до гонки, чтобы занять место, с которого можно было бы сделать фотографии проезжающих велосипедистов. Они должны были съехать с высокого холма, проехать мимо церкви, завернуть за угол, забраться на следующий холм и скрыться из виду.
Напротив меня в кресле сидел старичок и улыбался. Он размахивал небольшим флажком. Молодые девушки высовывались из окна, держа телефоны, чтобы сделать фотографии и отправить их своим друзьям. Светило солнце, что удивительно, ведь на севере Франции это редкость даже летом. Атмосфера была невероятная, все были счастливы. Ну, или казались счастливыми.
Десять минут спустя я услышала, как проходящая мимо женщина с презрением сказала
Я перешла дорогу и прошла мимо двух мужчин, одетых с головы до ног в красно-бело-синий шелк, с лицами, раскрашенными в те же цвета, поющих «Марсельезу» и раскачивающихся из стороны в сторону. Одинокий полицейский, находящийся там, чтобы контролировать толпу, попытался отодвинуть их в сторону, но у него ничего не вышло, это лишь рассмешило проходящих мимо людей.
Как только я подошла к двери булочной, я поняла, в чем было дело. Булочная была закрыта. Но она должна была работать в это время, и это, конечно, не могло не расстроить местных. Понимаете, французам необходим хлеб. Это закон. Не шучу, правда есть такой закон. Ну, или был раньше, по крайней мере.
В 1790 году был принят закон, который гласил, что пекари должны заранее присылать мэру список дней, в которые они не будут работать, а мэр, в свою очередь, мог подтвердить их или наложить вето. Таким образом, можно было сделать так, чтобы булочники не отдыхали в один и тот же день и у людей всегда был хлеб. В то время отсутствие хлеба было бы достаточным для того, чтобы начать революцию. В XXI веке, в попытках искоренить излишний бюрократизм, закон отменили, и теперь пекари могут отдыхать в любой день, когда хотят, и, если все булочные вдруг закроются, значит так и будет. Идите в супермаркет и покупайте замороженные, наполовину выпеченные багеты там, кладите их в духовку и выпекайте сами. В 1790 году человек, отменивший закон, точно поплатился бы своей головой за это. Если сейчас кандидат в президенты скажет, что правило вернется, он с помощью только этого обещания сможет прийти к власти. Мои французские друзья, например, приходят в ужас от того, что у них отняли возможность покупать хлеб, когда им это нужно. Конечно, на самом деле всегда есть хотя бы одна булочная, которая будет открыта. Даже на Рождество вы найдете, где купить свежеиспеченный багет.
В Юкелье же булочник пек хлеб как сумасшедший все утро. Он работал с максимальной скоростью и старался приготовить достаточно хлеба для всех посетителей. Но он не смог. К полудню закончился весь хлеб и пирожные. Булочник закрыл дверь и ушел. Он тоже хотел посмотреть на проезжающих велосипедистов и отказывался возвращаться на кухню до этого момента.
Конечно, для местных жителей это была настоящая катастрофа. Я уверена, что большинство запомнило этот великий день не за суматоху или за то, что по городу провезли гигантских лошадей, сделанных из папье-маше (цель этого действа мне до сих пор не очень понятна). Они не запомнили, как дети надели одинаковые футболки, спели и станцевали в честь велогонщиков, которые пронеслись мимо них так быстро, что они даже не успели допеть первый куплет. Они не вспомнят, как тысячи людей улыбались и смеялись, не вспомнят украшенные грузовики, из которых раздавали подарки. Они не вспомнят, как одному старику попали по голове бутылкой с водой, и он побежал по дороге и тряс кулаком, а потом в него кинули пирожным «мадлен».
Они запомнят это как день, когда в Юкелье закончился хлеб.
Девр, один из городов, взбунтовавшихся против налога «короля-солнца», находится недалеко от Юкелье. В Девре с 1700-х годов изготавливают знаменитый деврский фарфор. Советую приехать туда во вторник утром, когда на главной площади разворачивается рынок. После него мы обычно идем в небольшой бар, у входа в который стоит картонная фигура барменши с выдающимися формами. Эта фигура сразу привлекла внимание моего папы, когда мы впервые приехали в этот город. Зайдя внутрь, вы понимаете, что перенеслись назад в прошлое, где-то в 1950-е годы. Там всегда сидит парочка старичков, попивающих пастис [38] с таким видом, как будто в бокалах находится эликсир молодости, а не мутноватая настойка. Обои и мебель не меняли с середины века – все было в коричневых тонах с оранжевыми завитками, похожими на эффект калейдоскопа. Канарейка в клетке каждый раз находится в разных местах – иногда на бильярдном столе, иногда на баре, иногда у окна или же на полу у входа, если хорошая погода. Это место выглядит так, как будто тут годами ничего не менялось. Пожилая барменша, полная противоположность картонной коллеге, подает кофе со скоростью черепахи. Ее игривый пес каждый раз норовит цапнуть посетителей за ноги. Мы полюбили это место за то, что оно такое странное, необычное и очень французское.
Однажды, когда мы зашли, мадам кокетничала с пожилым посетителем.
– Я была звездой «Фоли-Бержер» [39] в свое время, – сказала она низким прокуренным голосом. – Когда я садилась на шпагат, толпа приходила в восторг. – Она глубоко вздохнула и посмотрела мужчине в глаза. – Моя грудь была похожа на две райские подушки.
Старичок начал протирать глаза так, как будто он только что увидел эти райские подушки. Он поставил пустой стакан из-под пастиса на барную стойку. Барменша протянула руку в сторону, взяла бутылку и наполнила стакан, не сводя с него глаз.