Иль на обед, сказать верней,
Накинулась другая. Та скорей
Корзину на землю (так легче было ей)
И в драку.
Но тут голодных псов вдруг столько набралось
(Где есть возможность поживиться,
Испытанный в боях бродячий пес
Увечий не боится),
Что против всех обед хозяйский защищать
И глупо было бы, да кстати и опасно;
Как ни увертывайся, ясно:
Защитнице самой бы сдобровать,
А уж хозяину обеда не видать!
Однако,
Благоразумная Собака
Смекнула, что и ей здесь может перепасть,
И отстоять свое решилась твердо;
И вот, оскалив грозно пасть
И лапой придавив кусок отборный, гордо
Промолвила она голодным псам:
"Вот это мне, а остальное вам!"
Те не заставили просить себя вторично
И, ринувшись гурьбой,
Наперебой
Обед убрали преотлично.
Мне вспоминается общественный пирог:
Пока десятки глаз его оберегают,
Десятки рук проворно, под шумок,
Весь растаскают.
Кто поискусней, тот дает
Пример другим: гляди да потешайся,
Как люди рвут куски и набивают рот,
Но обличать их опасайся.
Когда ж какой-нибудь чудак
У пирога вдруг явится на страже,
С ним говорить не станут даже,
А прямо в сторону: не суйся, мол, дурак!
Поэтому, чем зря другим перечить,
Не лучше ль первого себя же обеспечить?
Заимствована из "Апологии Федра" средневекового латинского поэта Ренье (Regnerus) (1589–1658). В конце басни Лафонтен намекает на лихоимственные обычаи среди муниципальных чиновников XVII века. Есть известие, что один ученый в Лионе сочинил басню на эту тему, которая и дала Лафонтену мысль осмеять этот всеобщий порок времени.
150. Шутник и Рыбы
(Le Rieur et les Poissons)
Все ищут шутников, я ж избегаю их:
Искусство их полно всегда претензий важных.
Лишь для людей пустых
Бог сотворил шутов пустяшных.
Быть может, выведу я в басне одного
Шута такого.
Быть может, выйдет — ничего.
У богача, средь общества большого
Шутник обедал; близ него
Рыбешка мелкая стояла одиноко,
А Рыбы крупные случилися далеко.
Шутник берет блюда, потом
Им шепчет тихим шепотком,
Потом как будто бы внимает
Ответу рыбьему. Тут все удивлены.
Среди всеобщей тишины
Шутник преважно заявляет,
Что, за товарища боясь,
Который с год назад в путь к Индии пустился
(Уж не беда ль над ним стряслась),
Он рыбок маленьких спросить теперь решился,
Но что у всех-де их и речи все одни,
Что слишком молоды они,
И достоверного о друге не сказали. 
