Жан Алибеков – Иллюзия выбора (страница 8)

– О, Жан, вот вы где! А я в той стороне парка ищу вас, почему-то решила, что вы там.

– А я и был там, потом сюда пришёл, ждал, что вы позвоните, и я вас встречу.

– Я, оказывается, телефон в машине оставила, вроде взяла с собой, ан нет. Совсем плоха память, Жан, неужели склероз?

Инара смеялась, и я с удовольствием слушал её смех, отмечая, как меняется пространство вокруг, становится ярче, светлее.

– У Агаты всё без изменений. Ищет и ищет что-то или кого-то, не находит. Но стала гораздо спокойнее, или нет, я неправильно сказала, не спокойнее, а просто она глубже ушла в себя. Внешнее её не беспокоит. Скажите, есть повод переживать?

– Переживать не значит что-то решить или исправить. Это ничего не изменит, только ухудшит ваше самочувствие. Агата под моей защитой, если с ней будет происходить что-то из ряда вон, я всегда это узнаю. Она ищет то же, что и я – дверь, контакт, тропинку, не знаю, что это. У меня есть картина, но она не открывает мне свою тайну. Автор картины тоже ищет дорогу, и тоже пока безуспешно.

– Как я могу помочь? Хотя проку от меня, конечно, мало, ведь я человек иного плана, материалистка, можно сказать. Но ваши мистические истории невероятно захватывают меня. И мне так хочется расспросить вас о том, что вы видите в будущем обо мне, но потом, как вспомню, что я уже старуха и будущего у меня чуть-чуть осталось, так и вся охота пропадает…

– Что за глупости вы говорите, Инара? У вас будущего столько, сколько вы захотите. Дело ведь не в годах. Это звучит вроде банально, но согласитесь, я не из тех, кто говорит избитые истины, тем более вам, моя дорогая Инара. Поверьте мне: ваше будущее бесконечно, и оно не измеряется придуманным кем-то временем, когда в году триста шестьдесят пять дней, двенадцать месяцев и столько-то недель. Вы можете прожить в минуту тысячу лет, или за месяц – целую жизнь, которой у вас не было.

– Красиво вы говорите, Жан, но мне кажется, что после шестидесяти жизни нет. Откуда это убеждение, не знаю.

– А если я скажу вам, что через два года вы выйдете замуж?

– Пожалуй, рассмеюсь так, что испугаю вот эту бедную лошадку, что тащит карету с орущими детьми.

Я видел, что ей не смеяться хочется, а поверить мне – столько в её глазах было надежды. Карета поравнялась с нами, и Инара, взглянув на лошадь, сказала горестно:

– Какая красивая, просто великолепная, ей бы жить свободно на природе, радоваться жизни… Вот так и я – тащу свою карету по одному и тому же кругу изо дня в день, из года в год.

Я даже растерялся: неужели это говорит моя Инара, моя весёлая, дерзкая, всегда энергичная Инара? И опять почувствовал: что-то происходит, и с Инарой – тоже, и это коснётся всех нас, кто рано или поздно найдёт дорогу туда, откуда зовёт нас Нечто.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Ляля и Дамир

На Дамира опять навалились неприятности. Жена одного из постоянных участников его, Дамира, «мероприятий» наняла детектива, какого-то, честное слово, Джеймса Бонда, и тот собрал столько компромата, что если делу дадут ход, Дамир, как организатор и посредник, остаток своей жизни проведёт не так роскошно, как привык. Хода делу, конечно, не дадут, жена обдерёт мужа как липку, тот на время затихнет, а после снова пустится во все тяжкие. Но девчонку, что попала под огонь, нужно спасать, да и «мероприятия» на время придётся отменить. Это особенно злило Дамира, потому что сколько бы он ни получал за свои делишки, денег у него никогда не было: он спускал их на роскошную жизнь, на девочек и мальчиков, на кайф, на шик и блеск. Но даже больше, чем отсутствие денег, Дамира тяготила обычная жизнь, рутина, скука. Ему нужно было шоу, толпы людей, драйв, адреналин, и ещё ему нравилось держать за яйца сильных мира сего, знать их тайные страсти, их «guilty pleasure», их чудачества и извращения. Ходить по лезвию бритвы, выкручиваться, хитрить и изворачиваться – лучше всё это, чем тишина и бездействие. Дамир набрал номер Артура, своего помощника, шустрого и очень умного парнишку:

– Артурчик, давай маленькую вечеринку замутим у меня? Самых близких и родных соберём? Умираю от скуки.

Артур деловито уточнил:

– Девочки?

– Только проверенные, из старушек, ок? Не для удовольствия, а поговорить.

– Понял. Через час отзвонюсь по результатам. …Вечером, где-то около десяти, в квартире Дамира стал собираться народ, самый разнообразный на первый взгляд, от блогеров и музыкантов до молодых режиссёров и стартаперов, но объединяло их одно – в своё время каждого из них тем или иным образом протолкнул в светлое будущее Дамир. Кого-то с кем-то познакомил, где-то за кого-то замолвил словечко, кого-то подложил в постель нужному человеку, а кому-то просто подкинул денег. Эти люди были обязаны Дамиру, и пусть многим из них его покровительство не нравилось и раздражало, исчезнуть просто так из-под его опеки они уже не могли: ведь Дамир мог запросто выбить у них скамейку из-под ног. Все знали его мстительность и злобность. Ляля тоже была на этой вечеринке. Именно Дамир не просто познакомил её с одним из богачей, который подыскивал себе подружку, но и проинструктировал, что и как нужно сделать, чтобы ему понравиться. И именно Дамир помог раскрутиться Ляле как коучу по отношениям и раскрытию женственности. Так что, когда Артур позвонил, Ляля согласилась сразу, тем более что Дамир ей даже нравился, он был той же породы, что и она: беспринципный, хладнокровный потребитель, использующий людей, их слабости и тайные страсти.

– Как ты, милая? – Дамир чмокнул Лялю в щёку. – Хорошо выглядишь, давно не виделись. Процветаешь?

– Благодаря тебе, Дамик, благодаря тебе. Слышала, у тебя неприятности, помочь могу?

– Уже помогаешь тем, что ты здесь. Спасибо, что приехала.

Они болтали как будто ни о чём, но, помимо прочего, между ними происходил совсем другой разговор, понятный обоим без слов: Ляля подтвердила Дамиру, что она на его стороне, что он может рассчитывать на её помощь, она сделает всё, что в её силах. Папик Ляли был вхож в самые высокие круги, понятно, что просто так он за какого-то сутенёра (называя вещи своими именами), пусть даже запредельно крутого, вступаться не будет, но где-то что-то при случае сказать, как-то намекнуть сможет. И стоит учитывать тот факт, что на сборищах у Дамира нередко бывали очень важные персоны, и им, скорее всего, тоже важно не предать огласке это неприятное дело. Вечеринка набирала размах, Дамир поговорил с каждым пришедшим, в очередной раз убедился, что у него есть возможности избежать худшего, и ушёл в дальнюю тихую комнату, чтоб позвонить ещё одному человеку, которого хотел просить о помощи. Дамир был суеверен, и ему хотелось заручиться поддержкой не только обычных людей, но и других сил. Он решил обратиться к Жану и не затягивать визит. …Дамир остановил машину, и Ляля изящно встроилась в переднее сидение. В салоне запахло чем-то терпким, цитрусовым и одновременно дерзким, словно апельсин густо посыпали специями.

– Что за аромат? – Дамир с удовольствием втянул в себя воздух.

– «Карма» от Лаш.

– Интересный. Не тяжеловат?

Ляля усмехнулась:

– Карма лёгкой не бывает.

– К тренингу готовишься?

Дамир тронул машину, поглядывая то в зеркало заднего вида, то на Лялю, которая была просто очаровательна сегодня и не скрывала удовольствия от своего неотразимого вида.

– Ты поговорила насчёт меня?

– Да, всё будет хорошо, не волнуйся, недельку ещё посиди тихо, я дам отмашку.

– О’кей, я твой должник.

– А, пустяки, – Ляля махнула рукой. – Между нами уже давно нет никаких счётов, верно, Дамик?

Она называла его на французский манер, делая ударение на последний слог: Дами́к, и ему это нравилось. Ему вообще нравилась Ляля, как-то они даже переспали, но и он, и она решили

быть просто друзьями, без дополнительных сложностей, которые создают близкие отношения.

– Ты не спешишь, Ляль? Заедешь со мной к одному моему знакомому, по делу? Кстати, тебе полезно будет с ним пообщаться, для тренингов пригодится. Он из этих, ну знаешь, эзотерика, мистика и всё такое.

Ляля с удивлением развернулась к Дамиру:

– Шутишь? У тебя есть такие друзья?

– Ну, мы не дружим, просто я его знаю, по чужим делам знаю, ты же понимаешь: я должен знать всё о всех, быть в курсе. Просто хочу попросить его помочь мне, ну, чтобы поменьше было у меня проблем всяких, понимаешь, да?

– Ничего не понимаю! – рассмеялась Ляля. – Хорошо, едем к твоему знакомому, а потом – обедать, ты обещал мне обед, и я не собираюсь отказываться.

– Конечно, обещаю лучший обед, а ты мне расскажи, пока едем, как с тренингом дела, идут девушки?

– Идут. Правда, в этот раз «випов» меньше, чем обычно.

Пока всего десять курочек набралось, но все как на подбор – богачки, элита, так что развлекусь. В планах у меня уикенд на островах для раскачки женской энергии, Кипр наверное, «там, где Афродита вышла из пены морской». Хотя это банально, а с другой стороны, всем нравится. Потом хочу сделать «женский круг» где-нибудь в Европе, Франции или Испании: древний замок, соединение с духом истинных ведьм… Знаешь, эта эстетика средневековья: страсть, кровь, огонь, мрачные своды винных подвалов… Дамир рассмеялся:

– Ляля, ты великолепна. Тебе можно не переживать, уверен: когда станешь старухой и тебя перестанут хотеть мужчины, тебя будут хотеть женщины, я тебе точно говорю.