Жан Алибеков – Иллюзия выбора (страница 6)

– Как вы это поняли? Я просто хотел проверить ваши способности…

Вернувшись домой после разговора с Денисом, я сел за стол и крепко задумался. Итак, женщина-«сорока» и Денис. Их явно что-то связывает. Но что?.. Ответа у меня не было, и никаких предположений – тоже. Оставалось ждать. Город был полон дождя и серого неба – оно вползало в дома и квартиры через окна и гасило в них свет. Я вдруг удивился тому, что наш обычно солнечный и яркий город в последние дни не видел солнца. Необычно. Глобальное потепление? Или?..

* * *

Денис позвонил через день – он приглашал на день рождения его тётушки, на семейный ужин, и наверняка ему хотелось продолжить наш разговор. Я уточнил у ассистентки график: день был заполнен под завязку, поэтому пришлось отказаться от встречи с Денисом. Я знал уже, что ему нужно принять важное решение: он рассказал мне о своей подруге, которая требует от него определить статус их отношений, и о своих сомнениях в её искренности. Но я также знал, что дело не в женщине, а в самом Денисе, в его страхе любви и в том, что пока он не разберётся с причиной своего страха, искренняя и открытая любовь ему не светит. Денис не готов был принять моё видение, но великолепной своей интуицией, интуицией успешного делового человека, чувствовал мою правоту и хотел разобраться во всём происходящем с ним. Я прекрасно понимал, что с ним происходит. Такие люди на моём пути встречались часто, и всегда это были люди богатые и достигшие вершин материального успеха. Они никогда не верят на слово, но всегда ищут подвох, проверяют и перепроверяют твои слова и дела. Это бывает утомительно, но, если честно, такой подход мне нравится. Мы поговорили по телефону, я передал свои поздравления его тётушке, и не успел я закончить разговор, как в дверь постучали. Начинался мой рабочий день.

Адель

– Даже не знаю, с чего начать, мне вас порекомендовали, подруга рассказала, что вы такие случаи разбираете, можете помочь. – Женщина явно нервничала, её руки беспокойно теребили краешек блузки, она крутила кольцо на пальце, поправляла волосы. – Меня зовут Адель, я не замужем, вернее вдова. Уже больше десяти лет.

Она резко замолчала и как будто погрузилась на дно глубокого, затянутого водорослями и тиной пруда. Её глаза затуманились, и это её странное состояние слегка меня напрягло, я увидел в нём нечто, что не принадлежало этому миру. Я кашлянул. Она вздрогнула и попросила воды. Я подал ей стакан и заметил, как дрожит её рука. Ей определённо нужна была помощь.

– Что за случай, о чём вы говорите? Что я должен разобрать?

Чем могу помочь?

– В общем… Я живу с мамой и двумя детьми. Очень много работаю, но я не жалуюсь. Мне нравится моя работа, и я знаю, чего я хочу. Конечно, когда дети вырастут, мне станет легче, но пока… Я бы очень хотела выйти замуж. Нет, не затем, чтобы переложить ответственность на мужчину, – поспешно сказала она,

– ну просто я устала в одиночестве, понимаете?

– Очень понимаю, вы – красивая женщина, и я уверен, что мужчины вами очень даже интересуются, так? Но что-то мешает?

– Да, вот вы правильно сказали: что-то мешает, – она опять занервничала.

– Говорите всё как есть.

– Хорошо, – она решительно вынырнула из тёмной глубины.

– Только не подумайте, будто я сумасшедшая, ладно?

– Обещаю.

* * *

Выйдя от Жана, Адель заспешила в офис – она отпросилась на два часа и немного нервничала: отчётный период, нужно перепроверить десятки документов. При всей нагрузке и занятости Адель нравилась её работа, она довольно хорошо оплачивалась и вдобавок давала возможность повышать квалификацию. Компания оплачивала сотрудникам различные курсы и квалификационные экзамены. Так что Адель спешила, но радостно и легко.

К тому же, после разговора с Жаном сердце Адель пело, в животе порхали бабочки, и глаза светились от радости. Как он сказал? Она будет очень богатой, она встретит свою любовь, и больше ей никто, никто не будет мешать! Адель поверила Жану с первой минуты, она и сама не знала почему, но вот так: поверила и всё. И подружке своей, которая посоветовала сходить к нему, она непременно купит торт или какой-нибудь подарок. И ещё: неужели ей перестанет сниться покойный муж? Вернее, это не муж уже давно, не её любимый, не отец её детей. Как назвал Жан того, кто снится ей? Какое-то слово странное, забыла.

– Спрошу ещё раз, при следующей встрече, – сказала Адель вслух и легко и изящно, словно забыв о свойственных ей сдержанности и неторопливости, запрыгнула в машину и кивком поблагодарила водителя, открывшего ей дверцу. Адель не заметила наблюдавшего за ней мужчину за рулём большого красивого автомобиля.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Картина

Я собирался уехать из города на пару недель, но город не отпускал меня. Постоянно возникали какие-то непредвиденные обстоятельства, звонили люди и просили о срочной помощи, о консультации. Я понимал, что силы мои на исходе, мне чрезвычайно требовался отдых и уединение, поэтому, когда позвонил Гарун и пригласил за город на выходные, я, не раздумывая ни секунды, согласился. Загородный дом Гаруна, огромный и просторный, гарантировал мне возможность сбежать от всех и быть одному столько, сколько мне понадобится. Гарун всегда понимал мои «заходы и странности» и мог иронизировать и подшучивать над ними, но никогда не позволял себе вмешиваться и управлять мною. В этот раз народу собралось немного, шашлыки были отменными, вино – превосходным, вечер в саду – тёплым и приятным. Я отдыхал душой и телом, слушая неторопливые разговоры друзей Гаруна, изредка отвечая на вопросы и улыбаясь шуткам. Внутри меня наконец воцарилась тишина, пусть ненадолго, но мне и этого было достаточно. В какой-то момент я задремал в садовом кресле. Гарун разбудил меня и, подшучивая, повёл в дом, показать отведённую мне гостевую. Я в который раз восхитился атмосферой пространства, которое царило в этом почти замке. Несмотря на огромные комнаты и высоченные потолки, в нём было уютно и спокойно, очень много цветов и предметов искусства, мягких диванов и зеркал, в которых отражались цветные стёкла витражей.

– Гарун, если бы у меня был такой дом, я бы… – начал я и застыл как вкопанный.

Прямо над лестницей, по которой мне предстояло подняться в свою комнату, висела картина. Удивительная, тонкая, изящно-простая, но напугавшая меня до потери речи. На картине в чёрно-сером проёме угадывался женский силуэт. В мрачной бездонности того проёма таилось нечто жуткое, и именно туда тянуло, прямо втягивало женщину: она уже была наполовину растворена в этой чёрной серости. В её силуэте я смутно угадывал кого-то, но не мог вспомнить, и это меня тревожило.

– Гарун! Эта картина… Откуда она у тебя?

Гарун недоумённо глянул на меня, перевёл глаза на картину, потом снова на меня:

– Ничего не понимаю, что с тобой? Что такого ты увидел на этой маленькой картинке? Кого ты там испугался? Этой женщины? Успокойся, она нарисованная, не настоящая, – Гарун рассмеялся, но я не мог поддержать его.

– Откуда у тебя эта картина? Мне надо поговорить с тем, кто её написал.

– Откуда? Да девочки из отдела продаж подарили на день рождения.

– А можешь узнать у девочек, где они её купили, и может, они автора знают? Ну, или хотя бы галерею пусть скажут, я сам узнаю! Сфотографировать могу? Может, в интернете по фотке найду?

– Зачем спрашиваешь, делай что нужно. А у девчонок я всё потом разузнаю, комната твоя – вон та, слева, я пойду вниз, ладно? Не захочешь спать, приходи, мы ещё долго сидеть будем.

Мне уже точно было и не до сна, и не до гостей.

Андрис. «Уходящая навсегда»

– Милый, тебе звонят! – Николь кричала в сторону мастерской: муж ушёл туда, а телефон оставил в прихожей. Подождав минуту и убедившись, что муж не идёт, Николь сама взяла телефон – звонок был настойчивый. В трубке раздался приятный мужской голос:

– Добрый день, меня зовут Жан, этот номер мне дали в галерее «Арт-дом», я могу поговорить с Андрисом?

– Добрый день, да, это его номер, но он сейчас в мастерской, а телефон оставил дома, я – Николь, его жена. Может, он вам перезвонит, когда освободится, это удобно?

– Да, конечно, в любую минуту, я буду очень благодарен.

– Хорошо, обязательно, до свидания, – Николь этот Жан сразу понравился, хотя она понятия не имела, кто он такой.

После разговора с Жаном Андрис выглядел слегка озадаченным:

– Знаешь, дорогая, этого Жана интересует моя картина «Уходящая навсегда», помнишь такую? Её продал «Арт-дом», я уже и забыл о ней. Он хочет встретиться и поговорить со мной об этой картине. Я ничего не понял, но мы договорились о встрече в пятницу утром. Поедешь со мной? Заодно можем порешать все дела в городе, как думаешь?

Николь вспомнила ту картину: она была необычная, странно тревожила её. Андрис часто приносил готовые работы из мастерской, и они какое-то время находились в гостиной или на мансарде. Так вот именно эту картину Николь попросила унести обратно в мастерскую и даже обрадовалась, когда галерея забрала её вместе с другими работами. Причём картина эта не вызывала ни у кого особых ощущений, и вот теперь этот человек, Жан, тоже обратил на неё внимание. Николь стало очень интересно: что же он в ней увидел?

– Да, конечно, я поеду с тобой в город. Вот любопытно: чем же заинтересовала твоя «Уходящая» этого Жана?