Жаклин Сьюзан – Долина кукол (страница 35)

– Ты ошибаешься, Лайон, мы же c ней друзья. Беда в том, что никто не считает Хелен нормальным живым человеком. С ней очень легко разговаривать. Я знаю, что она меня послушается.

Он взял ее за руку и посмотрел прямо в глаза:

– Я верю, что ты искренне так думаешь, Энн, чудная Энн! Как такое прелестное существо, как ты, умудрилось ввязаться в наши крысиные бега? Тебе только кажется, что ты знаешь Хелен. Пойми, все это лишь маска, на самом деле она отлита из чугуна.

– Неправда, Лайон. Я действительно поняла настоящую Хелен. По ночам, когда любой человек неизбежно скидывает маску, мы c ней долго разговариваем по телефону. Она говорит от чистого сердца. Женщина она замечательная. Суровость в ней чисто внешняя, а людям лень заглянуть и узнать, что под ней скрывается.

Лайон недоверчиво покачал головой:

– Могу согласиться, что некая милая черточка у нее присутствует, но настоящая Хелен другая. Должно же быть у нее в характере что-то доброе, редко проявляемое и мгновенно скрываемое, когда ей того захочется, но жесткость и суровость не покидают ее никогда – они у нее в натуре, даны ей от рождения.

– Ах, Лайон…

Неожиданно все гости направились к дверям, в которых появился разносчик, нагруженный первыми номерами еще не вышедших утренних газет. Хелен тут же выхватила у него из рук несколько штук и быстро пробежала глазами колонку театральных рецензий, а Гил Кейс начал читать их вслух.

Шоу, бесспорно, имело потрясающий успех. Критики расхваливали и музыку, и книгу, по которой оно было поставлено, но самые восторженные отзывы выпали на долю Хелен. Ее называли живой легендой, величайшей из ныне живущих звезд варьете, талантливой актрисой – и так далее, и в таком же духе. Было также несколько одобрительных высказываний в адрес Терри Кинг, а несравненные прелести Дженнифер Норт превозносились до небес.

Все собравшиеся начали поздравлять друг друга. По залу бродили c бессмысленными улыбками спонсоры, пожимая всем руки и осыпая похвалами Хелен Лоусон.

– Пожалуй, наступил прекрасный момент, когда мы можем удалиться, – предложил Энн Лайон.

Они уже были почти в дверях, когда путь им преградил Генри и c невинным видом поинтересовался, куда это они направляются.

– Мы собирались зайти в кафе напротив и нормально поесть, – сказал ему Лайон.

– Ну нет, мой мальчик! Ты хочешь меня бросить разбираться со всем этим в одиночку? Не выйдет!

– Разбираться? А в чем дело? – делая вид, что ничего не понимает, спросил Лайон. – Ведь ясно уже, что шоу прошло на ура.

– Все так. Но Хелен требует немедленной встречи c Гилом Кейсом.

– Когда?

– Через десять минут, в его номере. Мне необходимо твое присутствие. Хотя бы морально меня поддержишь.

Энн, улыбкой пытаясь скрыть свое разочарование, сказала:

– Иди, Лайон, уже поздно, да я и не голодна.

– И не подумаю тебя отпускать. – Он продел ее руку в свою. – Ты говорила, что знаешь настоящую Хелен. Может, ты нам сейчас ее продемонстрируешь? Твоя помощь нам c Генри совсем не помешает.

Напряженная атмосфера, которую они ощутили, войдя в номер Кейса, разительно отличалась от праздничной приподнятости только что покинутого ими зала. Хелен c угрюмым выражением лица и так портившей ее гримасой избалованного, капризного младенца сидела на диване, потягивая шампанское из стоявшего перед ней стакана. Грим скатался и потек, образовав на ее лице некрасивые трещинки и подчеркнув все уже имевшиеся морщины.

– Это какое-то безумие! – в отчаянии воздев руки к небу, воскликнул Кейс. – Мы создали лучшее шоу сезона, а сидим в тоске, как на похоронах.

– Можешь прозакладывать свою задницу, что мое шоу – блеск! – рявкнула Хелен. – Не сомневайся! Если уж я соглашаюсь выступать, то полный успех такому шоу обеспечен. Ты станешь, Гил, очень богатеньким. Сразу же продашь его киношникам, а мне останется сидеть и смотреть, как вместо меня мою роль будут играть Бетти Грейбл или Рита Хейворт. Ничего не попишешь, таковы правила игры. Но я совсем не обязана сидеть и смотреть, как маленькая шлюшка Терри Кинг моим потом и кровью зарабатывает себе билетик в Голливуд.

– Хелен, успокойся. В газетах ее имя упоминалось лишь вскользь.

– Да неужели? В одной газете написали, что она обязательно должна сниматься в кино. Между прочим, ей досталась и лучшая песня во всем шоу.

В разговор вмешался Генри:

– Хелен, перестань. Мы уже обсуждали этот вопрос. Для твоей роли эту песню никак нельзя переделать. Парни старались, просидели целых две ночи, но у них ничего не получилось. Эта песня подходит только для роли инженю.

– А про Дженнифер Норт тоже писали, что она обязательно получит роль в кино, – вставил Гил.

– Плевать! Дженнифер Норт не умеет петь!

– Но, Хелен! Терри Кинг не может тебе навредить, – убеждал ее Генри.

– Спорим на твою задницу, что не сможет! Но только потому, что я не дам ей такой возможности. Это мое шоу, а я не добренький Санта-Клаус. Единственной звездой в шоу Хелен Лоусон всегда будет только она сама!

– Но Терри очень хороша, – доказывал Гил. – Две песни, которые она исполняет, делают наше шоу еще лучше, а раз так, то в конечном счете это лучше и для тебя.

– Ну так пусть она и будет ведущей исполнительницей в твоем следующем шоу. Как ты думаешь, сколько денег выложат твои спонсоры на подобное шоу?

Не выдержав, Генри поднялся:

– Хелен, послушай, ты слишком знаменита и талантлива, чтобы устраивать такие штучки. Терри тебе не соперница, но она заслуживает того, чтобы ей дали шанс выдвинуться. Вспомни, ведь ты сама когда-то была в такой же ситуации. Помнишь свое первое шоу? Что c тобой было бы сейчас, если бы Нэнси Шоу тогда, кстати, тоже в Нью-Хейвене, настояла и добилась твоего увольнения?

– Черт побери, кто теперь помнит Нэнси Шоу? – отрезала Хелен. – Слушай, Генри, когда я пришла к ним, Нэнси Шоу было уже под сорок, и, если бы она была поумнее, она бы сразу от меня отделалась. Но мозгов у нее было маловато, красотка она была что надо, а они все такие. Она, видно, решила, что внешность моя ей ничем не грозит, куда там! Так оно, наверное, и было, но звездой в этом шоу оказалась все-таки я. Увела его, можно сказать, у нее из-под носа. Но у Терри Кинг этот номер не пройдет. Она не Хелен Лоусон, отнюдь! По правде говоря, это относится и к Нэнси Шоу. Но ее ошибка научила меня многому, а именно: никто не сможет использовать ни меня, ни мое шоу ради своей личной выгоды.

Гил пожал плечами:

– У нас заключен c ней контракт на весь сезон.

Улыбка Хелен не предвещала ничего хорошего.

– Мне прекрасно известно, как получают такие контракты.

– Но, Хелен, она получила хорошие отзывы критиков. Не могу же я теперь идти к своим спонсорам и объяснять, что должен c ней расстаться потому, что она плохая актриса.

– Согласна, – более дружелюбно ответила Хелен.

– Если станет известно, что ее выгнали, твоим коммерческим делам это тоже не пойдет на пользу.

– Тут ты прав, – согласилась c ним Хелен. – Нам обоим это ни к чему. Хоть об одном мы c тобой наконец договорились. – Она прищурилась и продолжала: – А теперь давай за работу. Избавься от нее как-нибудь поумнее, без лишнего шума. У тебя получится, не сомневаюсь. Ты проделывал такие штуки и раньше.

На глазах у всех Гил вдруг как-то усох и стал как бы на три размера меньше. Затем, тяжело вздохнув, он произнес:

– Ладно. Но лучше будет отложить это до премьеры в Филадельфии.

– Ну нетушки, – зарычала Хелен. – Чтобы ее еще больше расхвалили в газетах? Я хочу, чтобы к субботе и духу ее не было!

Гил уже начинал терять терпение:

– А что будет дальше, моя дорогая? Кто заменит ее в понедельник, на премьере в Филадельфии?

– Вызови Пенни Максвелл, она уже пробовалась на эту роль. Она моментально заучивает роли. Кстати, помнишь, я c самого начала хотела, чтобы в этой роли выступала она.

– Она сейчас готовится выступать в шоу Макса Селлера.

– Ты шутишь? Боже милосердный! Она голосит, а не поет, и вообще свинья порядочная!

– Тогда решено, – сказал Гил. – Терри придется выступить в Филадельфии. Другого выхода нет. Даже если я завтра утром обзвоню всех импресарио Нью-Йорка, никто все равно не сможет вовремя подготовить эту роль.

– Я знаю, кто смог бы это сделать, – неожиданно для всех вмешалась в разговор Энн.

Все повернулись и уставились на нее.

– Я понимаю, что влезаю не в свое дело, – прибавила она, разволновавшись.

– Кого ты знаешь, ангелочек? – ласково переспросила Хелен.

– Ее зовут Нили О’Хара. Ее взяли как замену Терри Кинг. Она знает наизусть все песни, а поет она действительно замечательно.

– Исключено! – высокомерно ответил Гил. – Я взял ее в качестве замены только на время наших разъездных спектаклей. Когда мы начнем выступать в Нью-Йорке, я намерен пригласить настоящую актрису. Нили О’Хара слишком незаметна и ничтожна. Она напоминает мне «Сиротинку Эмми».

Глаза Хелен презрительно прищурились.

– А по-твоему, как должна выглядеть инженю? Рыжая, видавшая виды красотка со здоровенными титьками?

– Но, Хелен, роль уж больно хороша. Не могу же я ставить под удар премьеру в Филадельфии, беря на такую роль никому не известную девчонку?

– Нили всю жизнь выступала в варьете, – стала объяснять Энн. – Она привыкла к публике. Правда-правда, мистер Кейс, Нили может оказаться просто замечательной актрисой.

– Ладно, можно попробовать, – начал колебаться Кейс. – Если она не подойдет, за три недели в Филадельфии можно подыскать еще кого-нибудь.