Жаклин Сьюзан – Долина кукол (страница 15)

– Я немедленно звоню в бюро по найму, – сказал Генри. – Ты сейчас, должно быть, будешь страшно занята, Энн. Поэтому о работе не беспокойся, мы справимся без тебя, я кого-нибудь себе подыщу.

Чувство опустошенности охватило Энн, голова у нее закружилась. Вся она как-то вдруг ослабела, странная легкость поднималась в ее теле откуда-то снизу все выше и выше, ей казалось, что голова ее отделяется от тела. Она вдруг поняла, что стоит одна, все от нее отошли, а Генри действительно листает телефонный справочник, ища номер телефона бюро по найму.

– Вы думаете, что я уйду c этой работы? – усталым голосом спросила она.

Генри взял ее за плечи и тепло улыбнулся:

– Солнышко, по-моему, до тебя еще ничего не дошло. Подожди, как только начнешь составлять списки свадебных гостей, рассылать приглашения, ходить на примерки, давать интервью… Тебе самой понадобится секретарша.

– Генри, мне просто необходимо c вами поговорить.

– Я пошел. – Лайон направился к двери. – Генри имеет право на то, чтобы c ним попрощались лично. – Он кивнул Энн, ободряюще подмигнул и сказал: – Будь счастлива. Ты заслуживаешь всего самого наилучшего.

Энн подождала, пока дверь за ним закроется, а потом снова повернулась к Генри:

– Я не могу в это поверить. По-моему, вам обоим нет до меня вообще никакого дела, вы оба совершенно равнодушны к тому, что я обо всем этом думаю.

Генри пришел в замешательство:

– Что значит – равнодушны? Ты глубоко ошибаешься. Мы счастливы за тебя.

– Но в этом-то все и дело. Вы считаете, что я просто уйду отсюда, вы больше меня не увидите… и вам совершенно все равно. На мое место вы возьмете другую девушку, и жизнь потечет дальше, как и прежде.

– Ты не права. Нам не все равно, – тихо сказал Генри. – Для нас ты имеешь колоссальное значение. Ты действительно уверена, что тебя может кто-нибудь заменить или что мне может понравиться сама мысль о том, что придется заново обучать какую-нибудь новенькую секретаршу? Но какой из меня был бы друг, если бы я дал тебе это почувствовать? А ты разве мне друг, если считаешь, что можешь уйти отсюда и больше со мной не встречаться? Ну нет! От меня ты так легко не отделаешься! Я жду приглашения на свадьбу и собираюсь быть крестным отцом твоего первого ребенка. Да, кстати, черт меня побери! Почему только первого, я буду крестным отцом всех твоих детей. И я, конечно, постараюсь полюбить Аллена. Ведь на самом деле я против него ничего не имею. Он так отвратительно богат, что я решил, что он может c тобой плохо обойтись. Но теперь все иначе, и теперь я даже стану обожать его денежки!

Энн почувствовала, что у нее снова перехватило горло, и она c трудом выговорила:

– Лайону, похоже, тоже все равно.

– Лайону? – Генри был озадачен. – А почему это должно его волновать? Его почтой занимаешься не ты, а мисс Стайнберг и… – Он неожиданно умолк, выражение его лица изменилось. – Боже мой! Не может этого быть! – Он чуть не застонал. – Неужели и ты, Энн? Один паршивый ланч вдвоем и ты уже у него на крючке?

Энн, избегая смотреть ему в глаза, пробормотала:

– Вы ошибаетесь, дело вовсе не в этом… мы немного поговорили… и, по-моему, мы подружились.

Генри тяжело опустился на кожаный диван:

– Знаешь, Энн, будь у меня сын, я бы хотел, чтобы он во всем походил на Лайона. Но будь у меня дочь, я бы велел ей держаться от него как можно дальше!

– Мне не совсем понятно, что вы хотите сказать…

– Солнышко… подчас сами того не желая, некоторые мужчины для женщин крайне опасны. Твой Аллен раньше был таким, но теперь ты его перехватила.

– Опасны? В каком смысле? – допытывалась Энн.

– Им все слишком легко достается, – пожал плечами Генри. – Аллену – из-за его денег. А вот у Лайона все сразу получается просто потому, что он чертовски красив. О, в определенном смысле я вполне могу понять таких парней. С какой стати им довольствоваться одной женщиной, если, и пальцем не пошевелив, они могут иметь их всех. Но ты, Энн, сумела заарканить Аллена, а любой в этом городе раньше готов был поклясться, что это совершенно невозможно. И вместо того, чтобы бежать в церковь ставить благодарственную свечку, ты сидишь тут и куксишься.

– Но, Генри, я не люблю Аллена. Я встречалась c ним все эти шесть недель без всякой задней мысли, по-товарищески. Я понятия не имела, кто он такой. То есть нет, не совсем так. Я считала, что он занимается страхованием. И вдруг, два дня назад, все изменилось.

Прищурившись, Генри спросил ее:

– Он что, кажется тебе каким-то чужаком, да?

– Совершенно верно.

– Но один ланч c Лайоном и ты сразу понимаешь, что вы родственные души?

– Неправда. Сейчас я говорю об Аллене. Я его не люблю, и Лайон здесь ни при чем.

– Ты лжешь!

– Генри, клянусь, Аллен никогда ничего для меня не значил.

– Так почему же ты встречалась c ним все это время? Он что, был хорош, пока не появился Лайон?

– Вы ошибаетесь. Я встречалась c ним, потому что он был единственным, кого я здесь знала. Мне было его жаль, он казался таким безобидным. Между нами и речи не шло о какой-то взаимной привязанности, он даже ни разу, прощаясь, не пытался меня поцеловать. И вдруг, два дня назад… – Энн на секунду умолкла, стараясь справиться c волнением, охватившим ее, а потом тихо продолжала: – Генри, поймите, я уже сказала Аллену, что не люблю его. То же самое я сказала и его отцу.

– Ты сказала это им обоим? – недоверчиво переспросил ее Генри.

– Да, им обоим.

– А что они на это ответили?

– Именно их реакция ставит меня в тупик. Никогда раньше я не встречала людей, подобных им. По-моему, они слышат только то, что хотят слышать, остальное для них не существует. Аллен все время твердит, что любит меня и что я когда-нибудь смогу полюбить его.

– И такое случается, – невозмутимо заметил Генри. – Иногда такая любовь – самая лучшая. То есть когда любят тебя.

– Нет! Мне этого мало!

– Ну конечно же, тебе хочется гораздо большего! – резко оборвал ее Генри. – Например, остаться работать у нас! Хочешь, я опишу сейчас твое будущее в том случае, если ты так поступишь? Ты даешь Аллену от ворот поворот. А почему бы и нет? У нас тут миллионеры, предлагающие руку и сердце, так и валяются под ногами, пятачок – пучок. Пройдет некоторое время, все немного поутихнет, Аллен начнет встречаться c какой-нибудь другой девушкой, и тут-то, по твоим расчетам, Лайон начнет ухаживать за тобой. Ведь сознайся, тебе этого хочется? Ну конечно, вначале все будет замечательно. Но недолго, уверяю тебя, месяц, не больше. А потом в один прекрасный день я приду на работу и увижу твои заплаканные глаза. Ты мне будешь толковать что-то про головные боли, но все время будешь ходить c красными глазами, и мне ничего другого не останется, как объясниться c Лайоном. Он пожмет плечами и скажет: «Все верно, Генри, я c ней встречался, и она мне очень нравится. Но я сам себе хозяин. Пожалуйста, поговори c ней, пусть она от меня отстанет».

– Похоже, что вам уже не раз приходилось повторять такое, – c горечью в голосе сказала Энн. – Вы то же самое говорите всем своим секретаршам?

– Да, и не только секретаршам. Но должен признать, что раньше у нас не было никого, кто бы мог сравниться c тобой. Ты права, мне уже много раз приходилось говорить подобное. И девушкам, гораздо лучше разбирающимся в жизни, чем ты. К сожалению, мне приходилось говорить все это уже после того, как непоправимое свершалось, когда уже невооруженным глазом было видно, что они влюблены в него по уши. Но по крайней мере, перед тем как влюбиться, они не отказывали в своей руке женихам-миллионерам.

– По вашим словам получается, что Лайон настоящий подонок, – возразила Энн.

– Почему сразу «подонок»? Дорогая моя, он – мужчина, свободный и неженатый. И любая девушка, которая в данный момент кажется ему привлекательной, и есть та самая единственная, но… только в этот данный момент. А этих самых моментов подворачивается чертовски много, а единственных для мужчины девушек в этом городе хоть пруд пруди.

– Не могу поверить, что каждый мужчина придерживается такого мнения.

– Но Лайон Берк не «каждый» мужчина. Как и Нью-Йорк не просто город. Не сомневаюсь, наступит время, когда Лайон пресытится наконец и остановится на какой-нибудь одной девушке. Но до этого момента его ждет еще целая жизнь, да и тогда, как мне кажется, одной девушки ему будет недостаточно.

Резко зазвонил телефон, Энн привычно поднялась и хотела снять трубку, но Генри остановил ее:

– Сиди, миллионерша. Запомни, ты у нас больше не работаешь. – Он направился к столу и сам поднял трубку. – Алло, конечно соединяйте. А, привет, Дженнифер. Да, все уже подготовлено. Что ты говоришь? Ах да, насчет этого? Между прочим, она сейчас здесь, рядом со мной. Не сомневайся, она вне себя от счастья. Жаль, что ты ее не видишь. Она мне весь коврик истоптала – так и скачет от радости. – Генри повернулся к Энн и сказал: – Дженнифер Норт передает тебе свои поздравления. – Потом он снова заговорил в трубку: – Да-да, согласен, ей просто повезло. Послушай, детка, все твои контракты должны быть сегодня готовы. Как только я их проверю, я перешлю их тебе на подпись. Чудесно, дорогуша, свяжусь c тобой попозже, часиков в пять. – Генри положил трубку и сказал: – Какая она все-таки умница, эта Дженнифер Норт.

– А кто она такая? – спросила Энн.