Зейнеб Баирова – Тамга. Фантастический роман (страница 8)
Утром они съели завтрак обитателя ячейки и покинули ее еще до того, как он выбрался из нейрокапсулы. Шон и Хаят не успели сделать и нескольких шагов, как из жерла у них над головами выскользнуло многорукое чудовище. Парень впервые видел боевого нейроба. В отличие от ремонтника, этот напоминал громадного паука или краба. Из-под круглого сплюснутого дисковидного корпуса торчали восемь манипуляторов. Шестью из них нейроб цеплялся за переплетение труб и проводов, а два служили ему в качестве оружия.
Панцирь и даже конечности робота были усыпаны сверхчувствительными сенсорами, сканирующими окружающее пространство. От нейроба нельзя укрыться, если уж оказался в непосредственной близости. Эти машины не убивали людей, обнаруженных вне ячеек, они лишь впрыскивали в них парализующее вещество, а потом доставляли в пункт, где мозг бесчувственной жертвы подвергался тщательному изучению, а те отделы, которые отвечали за поведение, – коррекции.
Так что у застигнутого врасплох бойца Легиона Свободы – а другие маргиналы самостоятельно покинуть жилые ячейки и не могли – оставался только один выход – драться. Девушка оттолкнула своего спутника, который пытался заслонить ее собой, выхватила из ножен, прикрепленных к голени правой ноги, клинок и кинулась в атаку. Она хорошо знала слабые места нейробов. Эта ловкая и могучая машина обладала невероятной скоростью реакции, но и Хаят была на редкость проворна.
Она поднырнула под занесенный боевой манипулятор и полоснула по пучку искусственных мышц, управляющих металлической рукой, скрывающей выдвижную иглу инъектора. Манипулятор тут же безвольно обвис, но бой еще не был выигран. Второй рукой нейроб схватил нападающую за волосы. Нейросетям тоже известны слабые места человека. Боль была дикой, но Хаят не издала ни звука, она с ненавистью впечатала в россыпь паучьих «глаз» – свето- и термочувствительных датчиков – утыканный острыми выдвижными шипами каблук ботинка на правой ноге.
Нейроб утратил часть своих сенсоров, но оставался опасным. Он держал девушку за волосы, дергая ее из стороны в сторону, мешая дотянуться до мышц уцелевшего манипулятора. Шон не мог равнодушно наблюдать за этой схваткой со стороны. Бросившись на нейроба, он ухватился за края его панциря и дернул на себя. Будь боевой робот в полном порядке, парню ни за что бы не удалось оторвать его от переплетения коммуникаций, в которое тот вцепился опорными конечностями, но лишенный одного боевого манипулятора и части сенсоров, нейроб утратил полный контроль над своими функциями.
Рухнув, боевой робот придавил всей тяжестью Шона, но при этом отпустил волосы Хаят. Освободившись, та перерезала мышцы и второй биомеханической руки нейроба, а потом сбросила его со своего спутника. Пока парень поднимался, она методично вырезала сенсорные датчики, ослепив и оглушив робота окончательно. Потом с помощью все того же клинка отвинтила боевую конечность. Среди дополнительных выдвижных инструментов нейробы использовали и ножи, вот один из них девушка и сняла с манипулятора. Потом достала из кармашка куртки рулончик изоляционной ленты, обмотала ею рукоять и протянула спутнику.
– Бери! – велела она. – Видел, как я делала? Вот и ты так же делай. Вот эти пучки – Хаят показала на волокна искусственных мышц – единственные, не считая сенсоров, уязвимые части нейробов. Все остальное – броня!
Шон взял у нее нож, покрутил в пальцах. Оружие радовало своей ладностью. Это ощущение тоже было не из привычных, но с клинком рука сразу стала словно бы длиннее и сильнее.
– А теперь уходим! – сказала девушка, распрямляясь. – Сейчас здесь будет целая банда таких тварей.
Она пнула поверженного робота и сразу же подпрыгнула, чтобы ухватиться за переплетение коммуникаций у входа в вертикальную шахту. Шон растерялся. Одна рука-то у него теперь занята, как он будет передвигаться по вертикали? Хотел было окликнуть свою спутницу и пожаловаться на проблему, но прикусил язык. Понял, что должен решить ее сам. Иначе какой же он легионер? Единственным источником подручного материала был нейроб. Парень ухватился за кончики обрезанных искусственных мышц, жилы которых уходили под панцирь робота, и потянул на себя.
Эластичные тяжи растягивались, но не выдергивались, но Шон решил не сдаваться, дернул еще резче – и едва не опрокинулся на спину. Волокна выскочили из гнезд, в которые они входили внутри блока управления нейроба, и в руках парня оказался довольно внушительный пучок прочных синтетических нитей. Отрезав половину, новоиспеченный боец Легиона примотал ими нож к икре ноги, а вторую сунул за пазуху – пригодится. Освободив руки, он последовал за своей спутницей. Вернее – теперь уже боевым товарищем.
Нагнав Хаят, Шон больше не отставал. А передвигаться им приходилось очень быстро. Нейросети, конечно же, знали, что двое маргиналов искалечили боевого робота, и наверняка уже выслали за легионерами отряд нейробов. Пришлось напарникам петлять, произвольно меняя маршрут, чтобы сбить погоню со следа. Правда, парень пока не знал, что они движутся в определенном направлении, слишком уж хаотично, с его точки зрения, девушка кидалась от штрека к штреку. Тем не менее в этих прыжках, нырках и поворотах была своя система, позволяющая опытному бойцу не затеряться в чреве громадного Нейро-сити.
Вдруг Хаят остановилась и знаком велела Шону замереть. Он решил было, что их настигли, встал, озираясь, готовый в любой момент выхватить клинок. И расслабился, когда увидел, что напарница не ждет нападения. Ее внимание было поглощено исполинской трубой, которая пронизывала толщу более тонких труб и путаницу кабелей и проводов. Парень ничего подобного еще не видел, а вот девушке эта труба явно не в новинку, более того – для чего-то была ей нужна.
Глава шестая
– Это магистральный водовод, – сказала Хаят, показывая на большую трубу. – Он качает воду из сибирских рек и снабжает ею весь Нейро-сити. Водовод настолько огромный, что внутри него можно передвигаться на миниатюрной подводной лодке. Сейчас мы в нее проникнем.
Шон слушал ее разинув рот. Опять новые, незнакомые ему прежде слова. Девушка не стала дожидаться, пока он среагирует, а решительно направилась к металлической лестнице, которая вела наверх, и начала по ней быстро карабкаться. Парень очнулся и бросился следом. Они поднимались довольно долго, пока не оказались на широкой площадке, на которой находилось некое подобие жилой ячейки, только гораздо шире и выше. Хаят поднесла ключ-перстень к замку, раздался щелчок – дверь открылась.
Автоматически зажегся свет. Внутри не было санитарного блока, лежанки, стола, приемной камеры и саркофага. Вернее – вся внутренняя поверхность неожиданно цилиндрического помещения оказалась обшитой губчатым материалом, напоминающим обивку нейрокапсулы. Спутница Шона, не задумываясь, нырнула туда, легла на живот и поманила рукой парня. Тот слегка помешкал, но, испугавшись, что дверь закроется перед ним, тоже нырнул в непонятный цилиндр.
Раздалось тихое шипение. Дверь закрылась, но оказалось, что есть еще одна, круглая и очень толстая. Она выползла из столь же толстой стены и наглухо перекрыла входное отверстие. Шону стало не по себе, ему почудилось, что его замуровали, но Хаят не обратила внимания на обеспокоенность спутника, она что-то быстро набирала на клавиатуре панели управления. Вдруг все цилиндрическое помещение качнулось из стороны в сторону. Парня даже снесло к округлой, обитой мягким стене, отчего он испугался еще сильнее.
– Не бойся! – хмыкнула девушка. – Мы внутри подводного аппарата. Сейчас герметичная камера, в которой он находится, заполняется водой… Через минуту откроется нижний шлюзовой люк, и наша лодка окажется внутри магистрального водовода. И уже автоматически доставит нас туда, куда нам нужно.
Лодку качнуло еще сильнее, но на этот раз парень сделал вид, что все нормально, и постарался расслабиться. Такое возможно было только лежа: для того чтобы сесть, не хватало высоты потолка. Внезапно где-то у задней стенки негромко загудело, и Шон почувствовал, что съезжает вперед, туда, где у панели управления лежала Хаят. Она по-прежнему сохраняла невозмутимость и спокойствие.
В этом подводном аппарате – что бы это ни значило – оказалось не так уж и плохо. Тепло, светло, мягко, свободно дышится. Шон и сам не заметил, как уснул. Проснулся же оттого, что его тормошила Хаят. Он увидел, что круглое отверстие и дверь за ним снова открыты. Девушка выбралась наружу и жестом велела своему спутнику следовать ее примеру. Парень подчинился, понимая, что она лучше него знает, что надо делать. Они снова оказались на металлической площадке, расположенной поверх громадной трубы.
– Нужно поесть и сделать все дела, – распорядилась Хаят.
Они спустились по лестнице – Шону показалось, что по той же самой, по которой поднимались некоторое время назад. Однако нет. Совсем неподалеку от лестницы оказался продолговатый ящик жилой ячейки. Девушка отворила дверь, но запретила товарищу пока туда входить. Он не спорил. Спутница исчезла за захлопнувшейся дверью, а парень присел на пучок проводов, беспокойно оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к привычному гулу горячего воздуха, струящегося из жерл. Он опасался появления нейроба.