заза цквитария – Сталин. Становление государства (страница 27)
Но Бенгалия не была исключением: та же логика применялась и к Ирландии, где местное население приравнивалось к скоту. Ограбление острова вызвало голод, унесший 20–25% населения. Это происходило в эпоху расцвета викторианской Британии.
Несмотря на небывалое богатство, «добрая королева» Виктория выделила на помощь 2000 фунтов стерлингов. В то же время турецкий султан Абдул-Меджид отправил три корабля с продовольствием и 1000 фунтов. Виктория сочла эту помощь слишком щедрой и отказала турку.
Но история Ирландии и Бенгалии не интересовала Черчилля, и он чувствовал себя вправе обличать Сталина за отношение к собственным крестьянам.
Хотя, если пофантазировать, можно представить, как в той беседе Сталин слушает монолог Черчилля — и в ответ предлагает вспомнить его собственные действия в голодающей Бенгалии.
Тут премьеру было что рассказать, ведь его шкафы были завалены скелетами — и не только бенгальцев. Черчилль мог поведать, как ради победы над Японией довёл страну до ужасающего голода. Причём делал он это сознательно, прекрасно понимая, что его действия против японцев обрушатся страшным ударом на местное население.
С чисто военной точки зрения его действия тактически были оправданы для британской армии. Однако для коренного населения данная тактика стала ничем иным, как политикой выжженной земли.
Несмотря на то, что в 1943 году урожай и так оказался скудным, это не помешало британцам изъять из региона, находящегося на грани голода, 80 тысяч тонн зерновых. Хуже того — из опасений, что начнутся боевые действия с японцами, британцы изъяли все лодки, на которых помещалось более 10 человек. Это привело к ограничению населения в рыболовстве, а также сделало невозможной доставку зерна извне.
Всё это предпринималось лишь с той целью, чтобы в случае оккупации территории японцами (опасность чего действительно существовала), врагам достались бы только проблемы с продовольствием. Эта тактика, по подсчётам самих же англичан, обошлась туземцам в 4 миллиона жизней. Индийцы же оценивают число жертв в 30 миллионов.
Очень сомнительно, что Черчилль испытывал угрызения совести за уничтожение более чем одного поколения «дикарей». Тем более что в глазах самих британцев он считался героем, победителем в войне с Гитлером. А осуждать победителя — себя любимого — премьер, разумеется, не спешил.
Но проблема голода и демократии вовсе не ограничивается преступным деянием Черчилля в Бенгалии. Как ни странно это звучит, существует версия, что голод пожал урожай человеческих жизней не только в тоталитарной России, но и в демократических Штатах.
Немного фантазии — и мы можем представить всё того же Черчилля, который на той же конференции ведёт задушевную беседу с другим представителем "тройки", более близким по интересам двух стран — президентом США Рузвельтом — о сложном периоде Великой депрессии. Говоря о жертвах, Рузвельт, так же как и Сталин, мог бы, растопырив пальцы, показать британскому премьеру, что число жертв приближалось к 10 миллионам.
Конечно, первое, что придёт на ум — абсурдность подобного предположения. Это аргументируется хотя бы тем, что у демократических властей в США нет тайн от своих и чужих глаз. Если бы в стране произошла такая трагедия, скрыть её было бы невозможно, ведь «всё открыто».
Но это — первое и главное заблуждение насчёт честности стран так называемого свободного мира. В реальности контроль информации и её сокрытие там поставлены на высочайший уровень. Та же история с миллионными жертвами голода в Бенгалии никогда не открылась бы миру, если бы Индия не обрела независимость и не была бы заинтересована показать всю пагубность британского колониализма.
А как насчёт американцев? Ведь речь идёт о богатейшей стране, и как бы на неё ни повлиял кризис 1929 года, представить, что от голода погибли миллионы в то время, когда власти уничтожали урожай, просто невозможно. Не менее неправдоподобным делает этот факт и то, что источником данной версии выступает русский историк Борис Борисов. Как известно, потомки тоталитарного режима не имеют права на искренность, монополией на которую обладают лишь люди свободного мира.
Несмотря на когнитивный дискомфорт, Борисов приводит такие аргументы, что, как минимум, заслуживают внимания — особенно потому, что основываются на открытых данных официального архива демократических Штатов Америки, которым, как уже договорились, нечего скрывать.
Но проблемы исследования начинаются именно с проблемы "открытости". Оказывается, что американцам всё же есть что скрывать в своих архивах.
Лучше обратиться к самому Борисову, который в своей работе
«Попытка ознакомиться с официальной демографической статистикой США ошеломляет с самого начала: данные статистики за 1932 год уничтожены — или очень хорошо спрятаны. Их просто нет. Без объяснений причин. Да, они появляются позже, в статистике более поздней, в виде ретроспективных таблиц. Изучение этих таблиц также приводит внимательного исследователя в некоторое изумление.
Во-первых, если верить американской статистике, за десятилетие с 1931 по 1940 год, по динамике прироста населения США потеряли ни много ни мало 8 миллионов 553 тысячи человек, причём показатели прироста населения меняются сразу, одномоментно, в два (!) раза, точно на рубеже 1930/31 года. Они падают и замирают на этом уровне ровно на десять лет. И так же неожиданно, спустя десятилетие, возвращаются к прежним значениям.
Никаких объяснений этому в обширном, в сотни страниц, тексте американского доклада
Вопрос просто обойдён фигурой умолчания. Нет такого вопроса.
Любой ответственный демограф скажет вам, что одномоментное двойное изменение показателей динамики населения в стомиллионной огромной стране возможно только в результате массовой гибели людей.
Возможно, люди уехали, эмигрировали, бежали от страшных условий Великой депрессии? Возьмём точные, подробные данные по иммиграции в/из США и движению населения, легко проверяемые через кросс-сравнение с данными других государств — и поэтому вполне заслуживающие доверия. Увы. Иммиграционная статистика никак не подтверждает эту версию.
Действительно, в самый разгар депрессии, наверное впервые в новейшей истории США, страну покинуло больше людей, чем въехало в неё. Всего за 30-е годы страну покинуло на 93 309 человек больше, чем прибыло, а десятилетием ранее в страну дополнительно прибыло 2 960 782 человека. Что ж, скорректируем цифру общих демографических потерь США в 30-е годы на 3,054 миллиона.
Однако, если мы учитываем все причины, в том числе и миграцию, то справедливости ради мы должны прибавить к недостаче населения за 30-е годы 11,3%, учитывая возросшее за 20-е годы население страны, рост демографической базы.
Всего, согласно расчётам, в 1940 году население США, при сохранении прежних демографических тенденций, должно было составить как минимум 141,856 миллиона человек. Фактическое же население страны в 1940 году составило всего 131,409 миллиона, из которых только 3,054 миллиона объяснимы за счёт изменения в динамике миграции.
Итак, 7 миллионов 394 тысячи человек по состоянию на 1940 год просто отсутствуют. Никаких официальных объяснений по этому поводу нет. Предположу, что их никогда не появится. Но если таковые и появятся — эпизод с уничтожением статистических данных за 1932 год и явные признаки подделки данных позднейших отчётов заведомо лишают права правительство США давать какие-то заслуживающие доверия комментарии в этом вопросе».
Вычисления Борисова не могли не вызвать острую критику прогрессивно настроенных граждан, которые такие кричащие факты причислили к области фейков и конспирологии.
Ссылка на "теорию заговора" всегда была фишкой для тех, кто стремится придерживаться догматических исторических положений. Ревизионизм расценивается как ересь, а догматикой становится всё, что исходит из интересов государства-гегемона. Индульгенцией на истину американцы умели пользоваться, и расчёты Борисова не были приняты к сведению лишь потому, что их не собирались принимать.
Я не беру на себя ответственность оценивать правильность тех цифр, которые привёл Борисов, однако подчеркну, что они реально существовали в реальных архивах.
Интересен подход обличителей подобных расчётов. «Исследования» таких источников, как Роберт Конквест, Джеймс Мейс, Александр Солженицын и других американских советологов, не имевших никакого доступа к архивам, они принимают на веру, не особо заботясь о точности. Спрашивается: если западная пропаганда в своих изысканиях основывается на числах жертв, предложенных Геббельсом, почему вычисления Борисова нужно отвергать безапелляционно?
Богатство США вовсе не гарантировало защиту от голода — по причине своеобразия её экономической системы. Тем более что сам факт голода бесспорен.
Как же мы можем быть уверены, что этот голод прошёл без жертв?
Твердая основа