«Вы говорите, нету идеала?
Про идеал подобное зверьё,
Простите, никогда и не слыхало…
Я доктор Фаустус, смиренный холостяк,
А Вы, пришедший к нам студент, не так ли?
Да этот мир, он проще этой пакли,
Которая мешает, чтоб сквозняк
Вам просквозил все лёгкие со свистом…
Уж лучше быть разгромленным фашистом
Чем быть здоровым членом об-ще-ства
И что б не утверждала там молва,
Мы с Мефистофелем во всём родные братья.
Не гомосекс-алисты, упаси,
Мы лучшее, что есть здесь на Руси.
Пускай нам отсылаются проклятья!
От Маргариты до Елены, мой
Был путь, совсем, представьте, не простой…
Второго тома, что ли не читали?
Советник тайный Гёте знал едва ли
Что он был близок к тайне роковой…»
За этими словами доктор вплыл спиной
В портрет свой яркий над камином
В Париже в Год от Рождества ИХс 198 и восьмой
И только шорох вызвал по гардинам…
«Сколько я носил обручальных колец…»
Сколько я носил обручальных колец?
Сколько раз ходил женихом под венец?
Но не стоят памяти многие дни
Лишь с эНэМ мы были, как волки, одни.
Лишь с эНэМ возможна была судьба
Без оглядки на отцов ветхие гроба.
Ах эНэМ, эНэМ, безвозвратно,
Всё что было у нас, прошло…
На душе мозоли и пятна
Но с Парижем нам повезло!
Ты же мёртвая, не жалеешь
Ну скажи мне, скажи, скажи..!
Пепел твой никак не отсеешь
От останков моей души…
Про букву «эр»
Ах сколько пива в вольном Нюрнберге!
Недалеко уже и Ева Браун.
А пиво пьют кому не нужен отпуск,
Хочу я в Мюнхен, выпустите, гады!
Ведь ты читал, про это пишет Юнгер,
Как там цветы пылают над болотом…
Горит весною высохший торфяник,
И червь прилип к навечно мёртвым ботам!
Какой солдат не снимет свою каску
Какой, и не залезет к ней под юбку!
Я Вас люблю, как новую покупку
Лили Марлен, за ляжку и подвязку…
Под мрачным небом едет Альбрехт Дюрер
Стучит мечом, а конь его – копытом
И Смерть спешит по рыцарям убитым
Ну согласитесь, что пейзаж недурен?
И буква «эр» торчит из звездопада!
Про букву «эр» вам говорить не надо.
Вот «Эдуард» возник им как преграда,
Как частокол из молнии и града!
В нём буква «эр», какая уж пощада!
Всё! Больше нету, нету двух Германий,
Сгнил Вальтер Ульбрихт, вермахт на погонах,
Тех кто сидит в клоаках и притонах
И в кабаках зловонных Океаний… 
