Со всех сторон дымы вилися
зажжённых сваленных бумаг.
Бекеш нагнулся над одною
изображён был целый мир…
Она его взяла за руку:
Пойдём же дальше, мой кумир.
Её примета была длинный
намного бо́льший сарафан
Её же узенькое тело
легко-легко болталось в нём.
Бекеш не понимал ни капли
зачем его сюда ведут
Она его всё волновала
и прыгала вокруг него.
Деревья старые порою
на склонах глиняных стояли
Тела поросшего травою
оврага молча украшали.
Бекеш и девочка сидели
полулежали под их сенью
и муравьи их раздражали
и поцелуи их сближали.
Она несла всё время камень
к колодцу, кинуть в него чтоб
Колодец светлый был, однако
поили в нём лишь только коз.
А коз гуляло очень много
и чем-то очень неприятны
они вздымали в высоты
разнообразные хвосты.
Она бросала камень свой
и брызги в стороны летели
потом они пошли и сели
и мутный тёк поток большой.
Было болотце посередине
Не видимо конца оврагу
ветра гоняли вдоль бумагу
у ней же волосы висели.
Бекеш тут обнаружил странно,
что один глаз её не свой
что не живой он, а стеклянный
но точно будто бы живой.
Его всё это изумляло,
что запиналась её речь
что выпивши воды, упала
и стала плакать, слёзы течь.
Бекеш сидел над ней не зная
как утешать, что говорить
овраг вокруг темнел, и стая
бежала уток — воду пить.
И тут она в слезах затихла
комком лежала на траве
и сразу травами запахло
и задрожали души — две.
В ответ её какой-то просьбе
обнял её он как дитя
Она смеялась и просила
чтобы её душил, шутя.
Он горло ей слегка нажал лишь
как вновь заплакала она
А в это время две фигуры
ребёнков маленьких прошли.
Она вскочила, потащила
Бекеша за руку, вослед
ребёнкам, что в руках сжимали
