Только дети так ноги сдвигают
Только дети так плачут и вниз
дети только руками спадают
волочатся кричат пощади
Полотна только шелест и юбки
отдираю стремительно вбок
Только Ольга так может кусаться
защищать свой священный кусок
Жениху его хочешь мальчишке
с освящённым лучами рукам
Так в овраге бормочет бродяга
девке рот зажимая, свалив
«В том дворе камни сырые…»
В том дворе камни сырые
В том числе камни крыльца
Также арки камни висящие
далеко в глубине дерев
Волокушу ли тащит рабочий
загребая листы меж зубцов
Когда вывернет ящик на землю
много будет гнилья, сатаны
Много будет мокриц кривоногих
длинных мягких зловонных жуков
Отвратительных ящериц сгнивших
и выплю́нутых лю́дских зубов
Организмы в траве оставляли
кто есть спичку, кто вату, кто ноготь
Из ушей жёлтый мокрый поток
и кровавый чего-то клочок
«Сколько жил сколько мало кушал…»
Сколько жил сколько мало кушал
Череп древний носил с собой
На мосту в час полувечерний
так белел его плащ меловой
У стоячего много карманов
А какие всё воды текли
мостик маленький деревянный
недоделанной узкой реки
А какие рабочие жили
и баграми ловили бревно
и детей как щенят народили
их напарницы всё равно…
«Я знаю край… В нём бегает вода…»
Я знаю край… В нём бегает вода
от умывальника к сырому тазу
там не бывает криков никогда
там тёмный день, как смертная досада
В волнении на розовом диване
на белой на подушке кружевной
там голова молочная крутится
бормочет, брызжет вяленой слюной
«Отвлекись от смутной группы силуэтов…»
Отвлекись от смутной группы силуэтов
что виднеются на самом крае парка
Там есть женщины и белые их платья
будто плавают в тумане нехорошем
Все деревья и кусты обняла сырость
что там делает та группа у забора
Почему там крики, столкновенья
Выкида́ются из кучи длинны руки
Отвлекись от дел каких-то силуэтов
и по парку в освещённо место выдь
там у тира торопление и звуки
хлопы выстрелов в бутылки на стене
Ну а всё же, чем заня́ты силуэты 
