Шарль Пьер Бодлер (1821–1867) — французский «проклятый» поэт и критик.
Бодлер упомянут также в тексте «Мы — национальный герой», в стихотворениях «Я все жду — счас откроются двери», «Что и стоит делать под этим серым небом…» из «Пятого сборника», «Ода Сибири» («Россия солнцем освящённа…») из сборника «Прощание с Россией», «Фрагмент» («Мы рот открыв смотрели на пейзажи…») из сборника «Мой отрицательный герой», II («Без женщины остался я один…») из сборника «…А старый пират».
Бодлеру посвящено эссе «Новый эстетизм» в книге «Священные монстры» (2003): «…Бодлер сформулировал, произвёл на свет и записал новый эстетизм. Даже сегодня мы им пользуемся. Другого нет. “Цветы зла” поразительно красивы. Чёрт и знает, где и как его озарило, этого бледного вырождающегося генеральского приёмного сына, бездельника, книгочея <…> Высшие силы, вонючий Париж и Сена внушили ему новый взгляд на мир, ведь новая эстетика есть не что иное, как новый взгляд на мир».
Мулатка — роковая любовь Бодлера — Жанна Дюваль. Как говорят современники, она не отличалась ни красотой, ни умом, ни талантом; изменяла поэту, тратила все его деньги, к его творчеству относилась со скепсисом; но поэт был от неё без ума. В одном из стихотворений он обращался к ней: «Кто изваял тебя из темноты ночной, / Какой туземный Фауст, исчадие саванны? / Ты пахнешь мускусом и табаком Гаваны, / Полуночи дитя, мой идол роковой».
Ко́лос — соцветие, для которого характерна удлинённая главная ось, на ней расположены сидячие одиночные цветки или колоски из нескольких цветков.
В архиве Александра Шаталова стихотворение начинается чуть иначе: «…Трагедия. / Шенье Андре — он сидя на столе писал…»
«Шенье Андре — он сидя на столе писал…» Андре Шенье (1762–1794) — французский поэт, публицист. Приверженец идей революции, впоследствии жёстко критиковавший якобинцев. Был арестован и гильотинирован.
Обилие инверсий («с фигурой красивой тонкою», «отдадим ему преимущество авантюрному злобному даже» и т. п.), наличие глагола «воспоём» и ритмический строй стихотворения позволяют предположить, что звучать оно должно в духе православного чтения с аналоя.
«…чтение Гумилёва после сельтерской воды». Николай Степанович Гумилёв (1886–1921) — поэт, создатель школы акмеизма, переводчик, литературный критик, путешественник.
В книге «Священные монстры» (2003) Лимонов посвятил Николаю Гумилёву эссе «Мистический фашист»: «Гумилёв разительно отличается от других русских поэтов вообще и от других акмеистов. Может быть, он и есть единственный акмеист — в конце концов, это он создал это направление в поэзии. Поэзия агрессивной жизни. Стоицизма. <…> Гумилёв — экзотический в России поэт протофашист».
«О пользе сжигания Александрийской библиотеки / халифом Омаром». В 642 году Александрия была захвачена армией Амра ибн аль-Аса. Халиф Умар ибн аль-Хаттаб (в иной огласовке — Омар) приказал своему полководцу Амру ибн аль-Асу сжечь Александрийскую библиотеку, сказав при этом: «Если в этих книгах говорится то, что есть в Коране, то они бесполезны. Если же в них говорится что-нибудь другое, то они вредны. Поэтому и в том и в другом случае их надо сжечь». Но, как уверяют современные историки, всё это не более чем легенда, а Александрийская библиотека пришла в упадок с течением времени и сама по себе.
«…и Мария-Антуанетта». Мария-Антуанетта (1755–1793) — королева Франции, младшая дочь императора Франца I и Марии-Терезии. Супруга короля Франции Людовика XVI.
«В задоре выглядывая из окна к Франц-Иосифу». Франц Иосиф (1830–1916) — император Австрийской империи и король Богемии (со 2 декабря 1848 года), апостолический король Венгрии (со 2 декабря 1848-го по 14 апреля 1849 года (первый раз) и с 13 августа 1849 года (второй раз)), с 15 марта 1867 года — глава двуединого государства — Австро-Венгерской монархии. Правил 68 лет; его царствование — эпоха в истории народов, входивших в Дунайскую монархию.
Упомянут также в стихотворении «О, волосатые мужчины» из сборника «Мальчик, беги!».
«И я как беглый Ницше Фридрих…» Фридрих Вильгельм Ницше (1844–1900) — немецкий философ, поэт, композитор, культуролог, представитель иррационализма.
В книге «Священные монстры» (2003) Лимонов посвятил Ницше эссе «Отверженный»: «Самое сильное в Ницше — это понятие Сверхчеловека, переступившего через человеческое. Собственно, это была попытка потягаться с Христом за души человеков. Недаром так много критики Христа и христианства исходило от Ницше. Как Хлебников снял курчавое чело Пушкина с могучих мяс и кости, так Ницше захотел снять Распятого в его терновом венце. Бунт удался отчасти. У Ницше верующих в него неизмеримо меньше, чем у Христа, но это отборные люди».
Ницше упомянут в стихотворениях «И вязкий Ленин падает туманом» из сборника «Ноль часов» и «О, волосатые мужчины» из сборника «Мальчик, беги!».
«Как неопрятный Достоевский…» Фёдор Михайлович Достоевский (1821–1881) — один из самых известных в мире русских писателей, публицист, мыслитель.
Упомянут также в стихотворении «Запах преющих растений…» и в тексте «Мы — национальный герой».
Подробнее об отношении к Достоевскому Лимонов напишет в книге «Священные монстры» (2003), эссе «16 кадров в секунду»: «В монументальных произведениях Достоевского море слёз, тысячи истерик, колоссальное количество бесед за чаем, водкой и без ничего, бесед о душе, о Боге, о мире. Герои его упиваются беседами, самоистязаются словами и истязают других. Только и делают, что высасывают из пальца, из мухи производят слона. На Западе считают, что Достоевский лучше всех сообщил в словах о русской душе и изобразил русских. Это неверно. Истеричные, плачущие, кричащие, болтающие без умолку часами, сморкающиеся и богохульствующие — население его книг — достоевские. Особый народ: достоевцы. С русскими у них мало общего».
«Как первый модернист Коневский…» Иван Иванович Коневской (настоящая фамилия — Ореус, 1877–1901) — поэт, критик, один из идейных вдохновителей русского символизма.
«А. Добролюбов прямиком…» Александр Михайлович Добролюбов (1876–1945) — русский поэт-символист, известный не столько своей поэзией, сколько легендарной биографией. В юности проповедовал культ смерти (что привело несколько его товарищей к самоубийству), несколько месяцев жил в комнате с чёрными стенами, употреблял наркотики, затем порвал с богемным образом жизни, «ушёл» в христианство, сначала отправился в Соловецкий монастырь, чтобы постричься в монахи, но затем решил основать собственную секту и основал. Ещё при жизни он стал легендой. Биография его до сих пор мало изучена.
«Мильтиад. Возня у Саламина / и невесть откуда прилетев / Имя упоительное “Фрина” / В русской орхидее “Львиный зев”». Мильтиад (544–489 годы до н. э.) — афинский государственный деятель, полководец периода Греко-персидских войн. Возня у Саламина — Саламинское морское сражение между греческими и персидскими флотами в ходе Греко-персидских войн, произошедшее 28 сентября 480 года до н. э. близ острова Саламин. Фрина — гетера, возлюбленная скульптора Праксителя, который изваял её полностью обнажённую статую (впервые!), чем совершенно обескуражил общество. Будущие статуи Афродиты создавались по образу Фрины. Львиный зев — он же антирринум, многолетнее травянистое растение из семейства Подорожниковых.
«погляжу Пуссена погляжу Лоррена…» Николя Пуссен (1594–1665) — основатель французского классицизма, исторический живописец и пейзажист. Клод Лоррен (настоящая фамилия — Желле, 1600–1682) — знаменитый французский живописец и гравёр, мастер пейзажей.
«вот я никто — но лечу над Бискайями…» Бискайский залив — часть Атлантического океана, омывающая Францию и Испанию.
«Иван Ювачёв написал а я прочитал». Иван Павлович Ювачёв (псевдоним — И. П. Миролюбов, 1860–1940) — революционер-народоволец, мичман, путешественник, отец Даниила Хармса. Автор книг «Восемь лет на Сахалине» (1901), «Между миром и монастырём» (1903), «Шлиссельбургская крепость» (1907).
«Секта скопцов. Серебряный голубь / Вся эта библиография плещет в глаза». Скопцы сравнивали себя с голубями, но в отличие от хлыстов, называвших себя сизыми голубями, именовали себя белыми. «Серебряный голубь» (1909) — религиозно-мистический роман поэта-символиста Андрея Белого.
«И книжку Гёте-Гейне я сжимаю». Иоганн Вольфганг фон Гёте (1749–1832) — немецкий поэт, государственный деятель, мыслитель и естествоиспытатель. Об отношении Лимонова к Гёте см. в стихотворении «Я хотел быть фон Клейстом, но Гёте я стал…» из сборника «…А старый пират». Кроме того, Гёте упоминается ещё в двух стихотворениях из сборника «…А старый пират»: «Ветер Истории дует в глаза…», «Мефистофель и Гретхэн» («Знаете что, молодая блондинка?..»), и в стихотворении «Визит к доктору Фаустусу» («Простые люди те ещё исчадья зла!») из сборника «Мальчик, беги!». Христиан Иоганн Генрих Гейне (1797–1856) — немецкий поэт, публицист и критик.
«И не богатые мои родители / и революция для деда благо». Имеется в виду Иван Иванович Савенко (1888–1945). Фигура в генеалогическом древе Савенко — загадочная. Как предполагает Лимонов, это незаконнорожденный сын дворянина и тайного статского советника Ивана Александровича Звегинцова (1840–1913). В книге «Седого графа сын побочный» он подробно разбирается в семейной истории: «И откуда у моего деда образование, позволившее ему стать в 17 лет конторщиком имения Масловка, а в 25 — волостным писарем? После 1917 года дед скрыл всё — и происхождение, и образование, и безжалостно вырезал себя из групповых фотографий 53-го Донского казачьего полка. На фотографиях, видимо, он изображён с Николаем Ивановичем, его братом по отцу, впоследствии видным белогвардейским генералом. Образование “низшее”, писал потом дед в анкетах, а красные чиновники с отменным юмором писали в соседней графе, что это образование “не подтверждено документами” <…> Самое крупное приключение моей жизни, повлиявшее на мою судьбу, случилось не со мной и задолго до моего рождения, ещё в XIX веке, в 1886 или в 1887 году. Тогда сорокашестилетний помещик, генерал-лейтенант, тайный советник, губернатор и прочая и прочая, Иван Александрович Звегинцов посетил свою в прошлом дворовую девку — солдатку Варвару Петровну Савенко (фамилия мужа), жившую уже в уездном городе Боброве, в сущности, рукой подать от его имения в Масловке, через дорогу (теперь это трасса “Дон”). У них была старая связь. Когда Ивану Александровичу было тридцать, а Варваре — двадцать и она прислуживала в фамильном гнезде Звегинцовых в имении у слободы Масловка, они горели во взаимном пламени любви оба. <…> В отсутствие Ивана Савенко Варвара прижила от Ивана Александровича двоих детей. <…> Покладистый отставной рядовой Савенко записал новорождённого (как и двух прижитых в его отсутствие детей Варвары) на свою фамилию. Судя по всему, он был мужик лёгкий и неглупый».
