Юрий Верхолин – Между двумя мирами (страница 42)

Она – как стоять.

– Ты… правда приехал, – сказала она тихо, не вопросом, а обвинением.

– Я сказал, что не прячусь, – ответил он.

– Ты должен был, – её голос был резким, почти злым, но в этой злости слышалась дрожь. – Это же не про тебя. Это про них. Ты понимаешь?

Он понимал.

Но понимание не заставило его отступить.

– Это про тебя, – сказал он спокойно. – Только это. И ничего больше.

Её глаза блеснули.

От гнева? От боли? От того, что она слышит это не первый раз в жизни, но в первый – не может отвернуться?

Она опустила взгляд, будто боялась, что он увидит всё, что она так тщательно пыталась спрятать последние годы.

– Ты не знаешь, что здесь происходит.

– Знаю достаточно, – он чуть наклонился вперёд. – Чтобы видеть, что ты в ловушке.

Она резко вдохнула, будто этот взгляд был опаснее любого удара.

– Не смотри на меня так.

– Как? – он говорил тихо, ровно, но внутри всё гудело. – Как на человека, который мне дорог? Или как на женщину, за которой я приехал через полмира, чтобы увидеть, жива ли она?

Она отвернулась, будто этот мир стал слишком тесным для неё.

– Ты… – она сглотнула. – Ты не имеешь права.

Он слегка улыбнулся. Грустно.

– Не имею. Но всё равно пришёл.

Официант подошёл тихо, почти незаметно. Поставил на стол новый чайник, два бокала воды. Как будто у них назначена встреча, светская, формальная, – а не то, что на самом деле происходило между ними.

Она села напротив – быстро, резко, как человек, который боится, что ноги подведут.

Артём сел медленно. Он держал осанку ровно, чтобы не выдать, что руки у него слегка дрожат. Не от страха. От того, что столько лет он представлял этот момент – и ни одна версия не была так разрушительна и прекрасна одновременно.

Дивья откинула назад прядь волос, и он увидел на её запястье тонкий браслет. Металлический, тугой, слишком блестящий, слишком идеальный, чтобы быть просто украшением.

Это был маячок.

Телеметрия.

Клеймо.

Она поймала его взгляд, быстро спрятала руку под стол.

– Не смей, – прошептала она. – Не думай об этом.

– Сложно, – он ответил так же тихо. – Когда на тебе метка, будто ты – собственность.

Она закрыла глаза на секунду.

И это была не усталость. Это была капитуляция на один короткий вздох.

Но она снова собралась.

– Ты не понимаешь, – произнесла она. – Здесь нет шанса. Ни у меня. Ни у тебя. Ты должен был уехать ещё в аэропорту.

– Но я увидел тебя, – ответил он.

Она ударила ладонью по столу – звук был тихим, но резким.

– Не говори так! – прошипела она. – Не здесь. Не так. Не сейчас. Всё сложнее.

– Всегда было сложнее, – он не поднял голоса. – Пятнадцать лет назад было сложнее. Но ты выбрала молчание. Теперь – не выбирай.

Её дыхание сбилось. Она смотрела в сторону, будто боялась встретить его взгляд – знала, что не выдержит.

– Ты не понимаешь, – повторила она слабее. – Если он увидит…

– Он увидит, – сказал Артём. – Потому что я не прячусь.

Она выдохнула коротко и больно. Это был почти всхлип, но она удержала его.

– Зачем ты это делаешь? – её голос был сорван. – Зачем вообще приехал?

Он посмотрел ей прямо в глаза.

– Потому что твоё имя до сих пор режет мне дыхание.

Она побледнела.

Словно он ударил.

– Ты с ума сошёл…

– Возможно, – он слегка наклонился ближе. – Но ты знала это ещё тогда.

Она прикрыла рот пальцами. Глаза блестели – опасно. Не плач. Что-то глубже.

– Если он поймёт… – еле слышно прошептала она. – Он уничтожит тебя. Не завтра. Не после. Сейчас. Здесь.

– Значит, он не должен понять, – сказал Артём. – Но мне плевать, что он сможет. Я здесь не за тем, чтобы жить. Я здесь, чтобы тебя увидеть.

– Зачем? – её голос дрогнул.

– Чтобы понять, осталась ли ты, – он остановился, сжал пальцы в кулак. – Та девочка. С крыши. С дождём. С тем смехом, который делал всё остальное тише.

На секунду её лицо стало прежним. Юным. Открытым. Тем, которое он считал лучшим, что когда-либо видел.

На секунду.

Потом она резко отвернулась – и он увидел, как по её щеке скользнула одна, почти невидимая капля.

Он отвернулся тоже.

Мир стоял на паузе.

Её пальцы дрожали.

Он держал край стола, будто тот мог спасти его от падения.

Они оба знали: это момент, который изменит всё.

Потому что если она поднимет на него глаза ещё раз – они больше не смогут делать вид, что не знают друг друга.

Не смогут делать вид, что между ними ничего нет.

Не смогут делать вид, что прошлое не вернулось, чтобы разрушить оба их мира.

Она подняла глаза.