Юрий Угольников – Динозавры против млекопитающих. История соперничества, которая не закончилась до сих пор (страница 4)
«юрасикпанк»
(или
«джурасикпанк»),
–
«Затерянный мир». Артур Конан Дойл опубликовал его также в начале
прошлого века – в 1912-м. Герберт Уэллс тоже отметился на ниве
фантастической палеонтологии – в 1895 году он написал рассказ
«Остров Эпиорнис». Обратная сторона популярности – творческое
внимание товарищей с избытком фантазии и недостатком
элементарных знаний.
Сознавая все грядущие трудности, я решил задачу себе несколько
облегчить. Создать труд, охватывающий все геологические эпохи, историю большинства многоклеточных организмов, было бы сложно
даже человеку с намного более обширными познаниями в
эволюционной биологии, так что я прибег к небольшой хитрости. Я не
буду рассказывать об истории Земли вообще, о принципах эволюции и
биохимии жизни – лавры Кирилла Юрьевича Еськова, Сергея
Александровича Ястребова или Андрея Юрьевича Журавлева не для
меня. Что происходило на заре жизни, как за миллионы лет
изменились моллюски, насекомые, иглокожие и прочие чудесные, но
лишенные позвоночника создания – это нас сейчас не касается. Да и
жизнь многих позвоночных нас будет интересовать постольку
поскольку. В книге речь пойдет об «избранных» – только о
представителях
двух
«соперничающих
кланов»
наземных
позвоночных – амниот[5], о двух наиболее выдающихся и интересных
группах. О млекопитающих, их близких родичах и предках. В целом
эту линию существ по особенностям их (то есть нашего) черепа
называют синапсидами (
«однодырчатыми» (с каждой стороны черепа у них было по одному
височному окну для крепления мускулатуры), название же указывает
на наличие единой височной дуги. А противостоять же нашим предкам
будут архозавры (
придется отвечать преимущественно динозаврам и их родне.
Архозавры – это тоже только часть довольно обширной и весьма
интересной группы под названием «диапсиды» (
на черепе, что логично, окон, дающих простор для крепления
челюстной мускулатуры (но не только для этого), было ровно в два
раза больше, чем у наших предков: эволюция наградила их
дополнительной парой височных окон. Да, из того, что у одних окон
было больше, а у других меньше, никоим образом не следует, что
первую пару они приобрели одновременно – совместными
эволюционными усилиями. Конструкции черепов диапсид и синапсид
развивались, скорее всего, совершенно независимо, а эволюционные
линии тех и других разошлись, опять же скорее всего, еще до того, как
на их черепах появились хотя бы намеки на будущую «дырчатость». И
да, сложные эволюционные перипетии заставили многих существ
отказаться от излишней «дырчатости» вплоть до полного ее
исчезновения[7]. Из сказанного не вытекает, что наращивание разного
количества
дырко-углублений
было
единственным
способом
оптимизации крепления мускулатуры черепа. В конце концов, у всех
вышедших на сушу позвоночных уже были отверстия в их черепах, хотя бы глазные. Однако базового различия синапсид и диапсид для
нас сейчас достаточно.
Наиболее продвинутыми и самыми заметными (хотя бы в силу их
размеров) диапсидами с начала мезозоя были и остаются именно
архозавры, так что им почти в одиночестве и предстоит отдуваться за
всех диапсид (кроме, разумеется, вторичноводных, но это отдельная
тема). А вот млекопитающие на фоне прочих синапсид будут
выглядеть даже немного тускло. Но млекопитающие, как-никак – это в