Юрий Угольников – Динозавры против млекопитающих. История соперничества, которая не закончилась до сих пор (страница 3)

литературоведения Виктору Шкловскому пенять на то, что, исследуя

«Дон Кихота» и «Тристама Шенди», он пользовался переводами, а не

оригиналами текстов. Лишь человек удивительной эксцентричности

решится оспорить теорию дрейфа материков только на том основании, что ее автор Альфред Вегенер был «не той квалификации», то есть, являясь метеорологом, «юридического» права рассуждать о геологии

не имел. Вообще, когда кто-то приходит в профессию «со стороны», у

него есть шанс привнести что-то новое – взглянуть на происходящее

так называемым свежим взглядом (хотя и не вполне понятно, как

определяется уровень этой свежести).

Подобные примеры и соображения призваны как-то оправдать в

глазах общественности появление в калашном ряду товарищей с не

соответствующим обстоятельствам мясным продуктом. Соображения и

примеры не то что сомнительные, но не опровергающие главного: у самого талантливого дилетанта шансов наделать ошибок все-таки

намного больше, чем у профессионала. И чем дилетант увереннее в

собственных силах, чем с большим апломбом он вещает, тем с

большей уверенностью же можно сказать, что он несет либо

полнейшую чушь, либо чушь, стремящуюся к полноте. Как говорил

незабвенный товарищ Хокинг, главный враг знания не незнание, а

иллюзия знания. Истинность этих слов я испытал на себе в полном

объеме – несколько раз оказывался в ситуации, когда пользовался

непроверенной,

недопроверенной

или

неверно

понятой

информацией… Утешаюсь тем, что на ошибках учатся и подобное не

должно уже повториться.

Но самое печальное – я здесь такой не один: недавно мне довелось

ознакомиться со статьей, опубликованной в тематическом сообществе

«Эволюция – очевидная реальность», автора называть не буду, чтобы

не привлекать к тексту лишнее внимание, но это было нечто. Пишет

«интернет-просветитель» очевидную и реальную ерунду. Для начала

автор сообщает, что динозавры и вообще архозавры так и не научились

жевать (да некоторые из них были настоящими чемпионами по

жеванию, до которых даже многим современным «продвинутым»

млекопитающим еще расти и расти[2]). Непонятно, почему отсутствие

окклюзии (смыкание верхних и нижних зубов) препятствовало

развитию режущих зубов (а какие, извините, зубы были у

тираннозавров, например, – приспособленные к перетиранию пищи).

Ну и да, у растительноядных динозавров с окклюзией все было в

полном порядке, даже у не особо-то жующих зауроподов (вернее, у

примитивных зауроподов, позже некоторые ее утрачивают). Это пара

примеров, поверьте, в статье такого было много. Так дела обстоят

сегодня, но вот вам не менее красочный исторический пример: гипотеза об использовании стегозаврами спинных пластин для

планирующего полета, выдвинутая в 1920 году Уильямом Баллу[3], выглядит невероятным курьезом даже с учетом относительно

скромного развития палеонтологии в начале прошлого века (статья

Баллу и была помещена в раздел юмора, но все же понять, шутит он

или пишет серьезно, сложно). При этом парадоксальным образом в

чем-то журналист оказался прав. Конечно, потомками стегозавров

птиц сейчас не считают, но они, несомненно, являются частью

большой группы, именуемой динозаврами. И, в общем, с тем, что

орнитизация архозавров (приобретение птичьих черт этой группой, назовем их пока группой ящеров) также началась весьма давно, он

тоже, может быть, неожиданно для себя (и даже не зная слова

«архозавры») оказался прав. Но на самом-то деле все-таки научно-юмористические тексты скорее запутывают читателей, чем заставляют

искать что-то новое, так что и здесь все равно мы находимся на очень

тонком льду.

Кстати, на самом деле в то время палеонтология переживала не

худшие годы (это мягко говоря, на самом деле конец XIX – начало XX

века – золотой век палеонтологии) – именно тогда работал великий

авантюрист, албанист и палеонтолог Ференц Нопча, до 1917 года

дожил гениальный Владимир Амалицкий. С начала 1920-х Эрик

Стенше занимался остракодермами[4]. Список можно продолжать. О

развитии палеонтологии можно судить и по проникновению

палеонтологической тематики в популярную культуру. Если не первый, то уж точно самый популярный роман в жанре, который поэт Геннадий

Каневский

назвал