Юрий Тупицын – Галактический патруль (страница 50)
- Нужно взять магнитные подошвы из комплекта внутренней одежды и приспособить их к скафандрам…
- А мы без завтрака не останемся? - перебил Нетреба, в глубине души раздосадованный тем, что Володя перехватил идею, адресованную ему, Нетребе.
- Виноват!
Володя метнулся к духовке, заглянул в нее и торжественно произнес:
- Прошу к столу!
Хотя никто как будто бы и не думал о еде, когда сели за стол - оказалось, что аппетит у всех превосходный. Завтрак прошел при общем молчании, которое нарушалось лишь короткими замечаниями о качестве пищи и о кулинарных способностях повара. Покончив с завтраком, Антонов обратился к инженеру:
- Сколько времени тебе нужно, чтобы приспособить магнитные подошвы к трем скафандрам?
Нетреба неторопливо допил шоколад, вздохнул, взглядом дал понять, что понял вопрос, и задумался, подняв глаза к потолку. Антонов ждал его ответ терпеливо, Володя еле сидел на месте.
- Да минут тридцать! - не выдержал он, наконец.
- Да, около этого, - невозмутимо согласился инженер, - минут тридцать - сорок.
- Тогда за работу. Мы тебе поможем.
Инженер не ошибся в расчетах: через сорок минут все три скафандра были оборудованы магнитными подошвами. «Главный конструктор», как теперь Володя иронически назвал Нетребу, надел один из них и самолично испытал в кубрике на магнитной дорожке. Подошвы держались отлично.
- Можно считать, что средством передвижения мы обеспечены, - удовлетворенно пробасил Нетреба.
Поставив одну ногу на каблук, он любовался подошвой приблизительно так, как модница любуется изящной туфелькой.
- Ничего еще нельзя считать, - вызывающе заметил Володя.
- Почему? - хладнокровно спросил инженер, не прекращая своего занятия.
- Потому что астероид - не магнитная дорожка, дражайший Юрий Михайлович. Еще неизвестно, как подошвы будут держать там, на металле.
- А Володя прав, - сказал Антонов, - подошвы нужно испытать.
- Что ж, можно и испытать, - согласился Нетреба.
За спиной Нетребы Володя тыкал себе пальцем в грудь и усиленно жестикулировал, стараясь подсказать Антонову, что на испытание подошв нужно послать его, Володю.
- Слушайте задание, - продолжал Антонов, - на испытание подошв пойдут Нетреба и Володя.
Володя облегченно вздохнул.
- Испытания произвести всесторонне и в различных условиях. Лучше всего для этой цели совершить прогулку метров на пятьсот и обратно. Рекомендую пойти в направлении одинокой скалы, ее хорошо видно прямо от подножия корабля. После испытаний необходимо составить технический план ампутации посадочной лапы: размещение основного и вспомогательного оборудования, перечень работ, сроки их выполнения… Я думаю, ясно?
- Ясно, - ответил инженер.
- Ответственный за технический план - Нетреба. Вопросы ко мне? Тогда все.
Несколько минут спустя Нетреба и Володя уже шагали по металлу астероида, направляясь к одинокой скале. Эта скала, словно столб, вздымалась метров на пятнадцать среди относительно ровного места. Володя всю дорогу строил различные гипотезы о ее происхождении. Путного он ничего не придумал, но Юрию Михайловичу надоел порядком.
Нетреба шел сначала во главе экспедиции. Он взял на себя лидерство не только потому, что был конструктором магнитных подошв, но и потому, как он заявил, что имел «некоторый опыт перемещения по этому небесному телу». Володя скептически усмехнулся, но возражать не стал. Как показали дальнейшие события, его скептицизм имел под собой веские основания.
Поверхность астероида не носила ни малейших следов шлифовки, в этом отношении она совсем не походила на магнитную дорожку кубрика. Она изобиловала острыми углами, рваными трещинами и бесформенными наростами до полуметра высотой. От этих наростов и лежали черные тени, придававшие пейзажу такой фантастический вид. Магнитные подошвы держали хорошо только в том случае, когда они прилегали к поверхности астероида большой площадью, проще говоря, на более или менее ровном месте. Нетреба, то ли излишне поверив в свое приспособление, то ли из простой рассеянности, упустил это из виду. Ступив при очередном шаге на какую-то острую грань, он отделился от астероида и медленно, торжественно поплыл вверх. Хорошо еще, что Володя успел плотно приклеиться обеими ногами. Он подтянул инженера за веревку, выругал его и с полным основанием встал во главе экспедиции.
К одинокой скале они подошли изрядно уставшими. Володя окунулся в ее черную тень и сразу, как на сеансе иллюзиона, из живого человека стал призраком - Нетреба видел его бледную копию, смутно и неясно рисовавшуюся в глубоком мраке. Превращение человека в призрак было настолько неожиданным, что Нетреба замер на месте. Володя засмеялся и вытянул руку. Металл скафандра вспыхнул на солнце; чуть выше локтя тень резала руку, словно отсекая ее.
- Черная и белая магия, - шутливо сказал Володя, - космический иллюзион «Вакуум и Солнце».
Нетреба подошел к нему, отдуваясь, вытер о стекло шлема потный лоб и обернулся назад: метрах в пятистах, закрывая собой звезды, возвышалась стройная блестящая сигара корабля.
- Трудновато здесь путешествовать, - признался он, - тридцать минут - пятьсот метров, шестнадцать метров в минуту…
- Один километр в час, - закончил Володя и, шлепнув рукой по скале, добавил: - Надо, пожалуй, забраться на этот пьедестал и осмотреться.
- Что ты, - возразил инженер, - разве влезешь на такую крутизну?
Скала вытягивалась с поверхности астероида угловатым, почти не суживающимся кверху столбом.
- Магия, - Володя снова шлепнул рукой по скале и смерил ее взглядом, - тут ведь все равно как ходить, Юрий Михайлович, что по горизонтали, что по вертикали.
Подтверждая свои слова, однако не без опаски - уж очень противоестественным все это казалось, - Володя поднял ногу, приклеил ее к скале, подтянул другую и… «встал»! Тело его вытянулось горизонтально, вернее, параллельно поверхности астероида.
- Видал? - торжествующе спросил он, неудобно поворачивая голову, чтобы видеть Нетребу.
Нетреба смотрел на него с откровенным изумлением, даже рот приоткрыл немного. Володя, довольный произведенным эффектом, осмотрительно выбирал места для постановки ног. Чем выше поднимался Володя, тем с большей завистью смотрел на него инженер. Наконец он решился и, преодолев инстинктивный страх перед вертикальной стеной, подошел к ней вплотную и… к своему удивлению и торжеству, безо всяких затруднений последовал примеру штурмана.
Между тем Володя уже добрался до вершины, утвердился на ней попрочнее и осмотрелся. Вокруг расстилался матово блестевший металл, изрезанный черными тенями. Мертвый, неподвижный мир. Ни шороха, ни колебания, ни мерцания света. Чуть оживляло его только дыхание Нетребы, слышавшееся в телефонах. Метрах в трехстах от скалы, в направлении линии, проложенной через скалу от корабля, поверхность астероида круто убегала вниз, открывая за собой частую россыпь звезд. «Значит, эта штука неправильной формы, - подумал Володя, - этакий обрубок». Он жадно осматривал горизонт, надеясь увидеть Землю, но там были звезды и только звезды.
Запыхавшись, инженер, напрягая мышцы, сделал последний широкий шаг и вырос за спиной Володи, утыкаясь антенной в звездное небо.
Володя покосился на него и негромко сказал после паузы:
- Посмотри, Юрий Михайлович, тоска какая. Скучная земля.
Нетреба не торопясь осмотрел горизонт, кашлянул и, нагнувшись, подобрал небольшой обломок металла, который, вопреки всякой логике, неподвижно лежал на крутом склоне.
- Не земля, - серьезно поправил он и кашлянул еще раз, - не земля, а металл… железо.
- Железо, - невесело согласился Володя.
Помолчав, он вдруг проговорил с неожиданной страстностью:
- До чего мне надоели звезды!
- Серьезно?
- Видеть их не могу!
Нетреба сочувственно хмыкнул, словно поощряя товарища к дальнейшему разговору.
- Знаешь, Юрий Михайлович, о чем я мечтаю?
- О чем?
- Сидеть. Сидеть у открытого окна и ничего не делать. Чтобы все небо было покрыто облаками - ни солнца, ни луны, ни звезд. Ни одной звезды! И чтобы шел дождь. Мелкий, теплый. Ты помнишь, Юрий Михайлович, как шумит дождь?
- Помню, - вздохнул Нетреба.
- Сидеть и слушать. Хорошо!
- Хорошо, - подтвердил инженер.
- Очень хорошо! - с некоторым неудовольствием поправил Володя. - А странные создания - люди, - продолжал после паузы Володя, - ходят по траве, купаются… нюхают цветы. Кругом кислорода - море разливанное, дыши сколько влезет! И среди них есть еще недовольные: страдают, мучаются, ругают жизнь. Ведь смешно!
Нетреба от души рассмеялся:
- Конечно, смешно. - Он выпрямился во весь свой немалый рост. - Эх, хотя бы одним глазком посмотреть на Землю!
- Для этого нужно идти туда, - протянул вперед руку Володя, - видишь, как круто загибается земля? Метров пятьсот, максимум километр - и можно увидеть Землю.
- Внимание, - послышался голос Антонова.
Он прозвучал в шлемах так реально близко, что Нетреба и Володя невольно вздрогнули и обернулись на корабль.
- Увлекаетесь разговорами, - сказал Антонов, - не забывайте про технический план.
Володя вздохнул и обернулся к инженеру: