Юрий Табак – Нескромные смыслы Торы. Потаенные сокровища еврейского фольклора (страница 40)

Действительность оказалась ужасна. Стало ясно, что с Ханааном воевать было невозможно: обитающие там великаны были столь могучи, что от одного лишь их крика разведчики попадали в беспамятстве[775], и десять из них были так напуганы, что уговаривали соплеменников нарушить повеление Божье и не идти в Землю Обетованную.

А разведчикам было чего пугаться: они повстречали целое семейство настоящих гигантов – Енака с его сыновьями, дочерьми, и внуками.

Отметим, что и сами разведчики, лидеры двенадцати колен, были высокими статными мужчинами – рост каждого из них достигал 27 метров[776] (любопытно, что такая же ширина плеч была у народного героя Шимшона[777]). Мы не будем сейчас разбирать, насколько этот факт сопоставим с сообщением о 4,5-метровом росте Моше[778] – великий еврейский лидер Моше почему-то был в шесть раз ниже своих разведчиков, десять из которых к тому же были признаны потом негодяями! Разведчики в этом плане уступали разве что только Аврааму, рост которого был равен росту 74 человек[779]. Если взять средний рост мужчины за 1,75 м, то рост Авраама, таким образом, составлял около 130 метров. Но на эти болезненные вопросы нам могут ответить только мудрые раввины.

Так вот, рост разведчиков не шел ни в какое сравнение с ростом великанов. Попробуем вычислить рост последних. Сообщения о том, что внуки Енака носили солнце в качестве ожерелья на шеях[780], мало что даст, поскольку разведчикам просто могло показаться снизу, что солнце село на шею высоченным великанам. Но зато важными являются следующие наблюдения разведчиков и великанов. По свидетельству разведчиков, они были в глазах великанов «как кузнечики» (Бемидбар 13:33), а один из великанов, заметив разведчиков, поделился с другим наблюдением: «Там, в траве, лежат кузнечики, похожие на людей»[781].

Примем средний рост мужчины (Homo sapiens) за 1,75 м, а средний размер взрослой особи кузнечика зеленого (Tettigonia viridissima) за 32 мм. Допустив такое же соответствие между великанами и разведчиками, путем расчета нехитрой пропорции получаем, что рост каждого из великанов составлял приблизительно 1,7 км. Эта значительная разница в росте иллюстрируется ярким примером: увидев великанов, разведчики в ужасе спрятались в какой-то пещере, но пещера эта оказалась всего лишь куском кожуры от граната, который вкушала одна из сестриц великанов.

И вот тут прошу малокультурных граждан проявить особое внимание! Девушка бросила эту кожуру на землю, однако в высококультурной семье Енака было не принято бросать мусор на землю – поэтому дочь Енака устыдилась своего поступка, вновь подобрала кожуру с двенадцатью разведчиками и зашвырнула ее в глубину сада[782].

Лидеры двенадцати колен были высокими статными мужчинами – рост каждого из них достигал 27 метров.

И здесь я усматриваю главный урок главы Шлах. Несмотря на яркий пример, приведенный нашими мудрецами, отдельные несознательные граждане бросают окурки, бумажки, кожуру от мандаринов и бананов где попало.

НЕ СОРИТЕ!!

◾ О бессмысленной правде

Итак, разведчики были невероятно напуганы местными великанами.

Но в разведанных землях были и вполне приятные находки – в частности, очень вкусные фрукты огромного размера. На это обстоятельство и упирали двое из разведчиков, Калев и Йеошуа, которые предполагали поведать о Ханаане только хорошее и доброе. Так вот, они решили притащить в стан образцы фруктов, чтобы убедить народ идти в Землю обетованную. Но пребывавшим в ужасе остальным десяти разведчикам было не до этого, они отказывались, и Калеву даже пришлось вытащить меч, угрожая паникерам смертью[783]. Тем пришлось согласиться, и разведчики срезали виноградную лозу для презентации в стане и потащили ее «на шесте двое» (Бемидбар 13:23).

Лоза была такой тяжелой, что ее пришлось нести восьмерым сильным мужчинам (тридцатиметрового роста, как нам уже известно). По сообщению р. Акивы, разведчиков вообще было 24 – каждый из уважаемых лидеров колен еще слугу с собой прихватил, а как же иначе? – и несли лозу на жердях 16 человек, четырьмя группами по 4 человека[784], а остальные 8 человек тащили инжир, гранат и собственные пожитки. По другим мнениям, виноградную лозу тащили 8 человек, а еще два разведчика-паникера тащили фигу и гранат[785]. Хотя гранат, видимо, был много меньший, чем тот, в кожуре которого они все прятались и летели, брошенные мощной рукой дочери Анака. Мудрецы спорят, сколько жердей им пришлось использовать, и предлагают нам самим вычислить вес грозди[786]. Но расчеты уже проведены, и нам остается только их представить и сделать окончательные выводы. Будем считать, что лозу несли 8 человек, поскольку мы знаем силу только самих разведчиков (напомним, тридцатиметрового роста!), а не их слуг.

Известно, что Йеошуа бин Нун поставил в Гилгале 12 камней-жертвенников, которые разведчики вынесли из Ханаана каждый на плече (Йеошуа, 4:5, 20). Каждый камень весил 240 кг[787], отсюда каждый из разведчиков мог справиться с грузом в 240 кг. Если ему помогают взвалить на спину еще такой же груз, то он способен нести уже 480 кг, а с помощью помощника – еще 240 кг. Т. е. всего он способен нести 720 кг. Как раз в паре двое разведчиков могли нести груз в 1 т 440 кг[788]. Разведчиков было четыре пары, по 2 человека с шестами (существует подробное описание общей конструкции из шестов[789]). Т. е. общий вес лозы составлял около 6 тонн. Потом израильтяне пили вино из плодов этой лозы в течение всех сорокалетних странствий по пустыне[790].

Обратим внимания, что сами мужественные Калев и Йеошуа ничего не несли. По одной версии – в силу своего великого достоинства (что вообще-то не очень хорошо – тяжесть странствий надо делить поровну)[791]. По другой версии, разведчики-паникеры по собственной инициативе тащили эти плоды, чтобы еще больше убедить соплеменников в бесперспективности завоевания Ханаана: уже если плоды здесь такие гигантские, то можно было представить себе, кто там живет, кушая такие плоды[792]. А по третьей версии, именно Калев с Йеошуа несли гроздь, потому что остальным десяти она оказалась не по силам, даже всем вместе[793].

Но забота паникеров о безопасности соплеменников им не помогла: их взволнованный и честный рассказ вызвал гнев Божий, и за свою искренность они погибли мученической и довольно необычной смертью. Поскольку Господь посчитал, что согрешили они языком, рассказывая о кошмарах Земли обетованной, то язык у них вытянулся до пупка, из языков выползли черви и проникли через пупки в желудки[794].

Таким образом, Тора преподносит нам важнейший урок: рассказывайте и делайте всегда то, что приятно начальству и Богу. И все будет у вас хорошо. В наше смутное время надо быть благоразумным и не высовываться.

Т. е. общий вес лозы составлял около 6 тонн. Потом израильтяне пили вино из плодов этой лозы в течение всех сорокалетних странствий по пустыне.

Но все равно мы всегда будем помнить вас, разведчики – первопроходцы Земли обетованной, погибшие мученической смертью. Даже если вы выбрали неправильную стратегию.

Корах

◾ «Меньше всего боятся смерти те, чья жизнь дороже всего»

На протяжении всей истории отдавали светлые жизни за свою правду Сократ, Гипатия, Джордано Бруно, Уриэль Акоста, Ян Паточка и многие другие. Они намечали новый путь человечества. Но чтобы пойти по нему, им приходилось вырваться из среды, освободиться от ее философско-религиозных пут. А среда старается не пускать, ибо «должна сохранять себя как нечто сложившееся и усредненное целое», по замечанию поэта Давида Самойлова. И потому стремящемуся мужественно вырваться из своей среды порой грозит смерть.

В главе Корах и комментариях наших святых мудрецов описана жизнь величайшего мыслителя, заложившего основы современной цивилизации и сравнимого по масштабу гения разве что с Леонардо да Винчи.

Являясь одним из великих ученых, Корах был наделен правом переносить Ковчег Завета[795]. Но он отказался от традиционного пути еврейского мудреца. Неустанные поиски смысла бытия, размышления о Вселенной, о сакральном и профанном, о святости привели его к радикальному пересмотру привычной картины мира. Он подверг сомнению божественное происхождение Вселенной[796], предвосхитив современные споры науки и креационизма. Он подверг сомнению святость Торы[797], заложив основы библейской научной критики.

Он первым в истории поставил вопрос о проблематике религиозного культа, о соотношении святости и ее внешней атрибутики. В диалоге с Моше он задал ряд вопросов, которые по праву делают его первым рационалистом и логиком в еврейской истории[798]: «Согласно предписанию Торы в цицит нужно вплетать нить небесно-голубого цвета (тхелет) (Бемидбар 15:38–40). А если одежда целиком цвета тхелет, зачем же нужна тогда эта нить?» Согласно предписанию Торы (Дварим 6:9), на косяках двери помещения следует прикреплять мезузы – свитки пергамента с записанными на нем текстами из Шма. А если все помещение заполнено свитками Торы, разве нужна мезуза: «Всей Торы, состоящей из 275 частей, недостаточно для дома, а одной части в мезузе достаточно?!»

Корах смело обвиняет Моше в том, что заповеди дал народу Израиля не Бог, а их придумал сам Моше[799], что Моше не пророк, а Аарон – не первосвященник[800]. Таким образом, Корах первым выдвинул революционную гипотезу о Торе как написанной людьми, как о литературно-историческом памятнике.