Юрий Соломин – Возвращение Проклятого (страница 31)

— Никогда не слышал о таких приборах, да и про странников я ничего не знаю, — ответил Филипп. — Вы уверены в том, что я именно такой специалист?

— Ну, положим, одного странника ты точно видел, — усмехнулся шеф, — помнишь Польшу? Гротака?

Филиппа непроизвольно передернуло.

— Помню, — глухо ответил он, — не могу сказать, что мне понравилась его судьба.

— Так вот, Гротак был одним из лучших, причем для путешествий ему не были нужны никакие устройства. Но он откусил гораздо больше, чем мог прожевать и попал в ловушку, — шеф казалось, не заметил ремарки Филиппа, — это демонстрирует то, что одиночки не выживают в нашем мире. Будь они хоть трижды уникальны. А теперь поговорим о тебе.

Лицо Синельникова изменилось, а в голосе зазвенел металл.

— Ты можешь работать с оборудованием, которое даст тебе возможность пройти сквозь границы реальности. Потенциально можешь. Оборудование это капризно, и его надо подстраивать под конкретного технаря, надо много и усердно тренироваться. Этим ты теперь и займешься.

— А если вы все-таки ошибаетесь, и я не гожусь для этой работы? — Филипп посмотрел на шефа в упор, но не выдержал его тяжелого взгляда и отвел глаза.

— Тогда тебя ждет суд. За попытку побега. — Медведь усмехнулся, — ты ведь не думаешь, что твое поведение после того как ты выжил, было приемлемо?

Филипп не ответил, чего-то подобного он давно ожидал. Не дождавшись ответа, шеф довольно кивнул, и снова нажал кнопку.

— Нина, — обратился он к вошедшей секретарше, — проводи нашего нового сотрудника в лабораторию. Доступ у него уже есть.

Девушка кивнула, и по-прежнему не говоря ни слова, вышла из кабинета. Филипп поспешил за ней.

Они прошли к лифтам, и Нина нажала кнопку минус пятого этажа. Никаких ключей тут не требовалось, во всяком случае, в кабине. Двери бесшумно разъехались, и они оказались в длинном, хорошо освещенном коридоре. Еще один кодовый замок и вот они в большом, прохладном помещении. Длинный ряд шкафчиков вдоль одной из стен делал его похожим на раздевалку в каком-нибудь спортивном комплексе, но Филипп был уверен, что это не так.

Через несколько секунд часть дальней стены отъехала в сторону, и из открывшегося проема вышел высокий парень в белом халате и перчатках.

— Арнольд, — сопровождающая его Нина впервые заговорила.

Филипп отметил, что голос у нее неприятный и резкий, видимо из-за этого девушка предпочитала большую часть времени молчать.

Волосы этого вышедшего мужчины торчали во все стороны. Похоже, он не дружил с расческой. На его лбу красовались очки, белый халат был заляпан чем-то темным. Филипп сразу отметил, что шел Арнольд, слегка прихрамывая на правую ногу.

— Здрасте, — поприветствовал он Филиппа, — Ниночка спасибо, вы свободны, — добавил он.

Филиппу показалось, что этот парень недолюбливает секретаршу босса.

Секретарь ничего не ответила и скрылась за дверью.

— Здравствуйте, — сказал Филипп.

— Я так понимаю, вы наш потенциальный странник? Ну, что же идемте, покажу все оборудование. Кстати, я Арнольд, но думаю, вы уже это и так поняли.

Арнольд провел его во второе помещение. Тут оказалось еще холоднее, и немец непроизвольно поежился.

Заметив это, Арнольд произнес:

— К сожалению, с этим ничего не поделать, сказал он, будет немного прохладно, ведь большинство наших штуковин в спящем состоянии не любит тепла.

Говорил он немного непонятно, но Филипп решил ничего не спрашивать, просто был уверен, что ему и так все расскажут. Он пока осматривался, старался максимально все запоминать. Вот несколько столов, на которых разложены предметы непонятного назначения, белые стены и такой же потолок и мощные лампы дневного света. Несколько закрытых дверей, похоже тут было множество подсобных помещений. Все чисто и аккуратно, и педантичный немец поймал себя на том, что ему нравится это место. Еще он заметил, что воздух тут чист, нет никаких посторонних запахов, и сравнительно тихо. Тишину не нарушил никакой гул, которого можно было ожидать в помещении с любым работающим оборудованием.

— Сюда, пожалуйста, — Арнольд сделал приглашающий жест, и Филипп подошел к дальнему столу.

На гладкой поверхности лежали два браслета, кольцо и темные очки.

— Вам придется снять свитер и рубашку, — сказал Арнольд. — «Ятуры» надеваются на голое тело, а не на одежду.

Филипп снова поежился, раздеваться в этом холодильнике абсолютно не хотелось. Совсем некстати вспомнилась Аманда и то, как они купались в ледяной воде. Но тогда, благодаря ее заклятию, он совсем не чувствовал холода.

Немец с силой отогнал непрошеное воспоминание и обнажился по пояс, а Арнольд быстро застегнул оба браслета на левой руке Филиппа. Один на предплечье, а второй около самого плеча. Браслеты оказались неожиданно теплыми, и от них шла едва ощутимая вибрация. Это было неприятно, казалось, руку все время кто-то теребит.

— Я могу одеться или этой, «Ятуре», нужно быть всегда снаружи?

— Одну минутку, я еще не закончил настройку.

Арнольд провел пальцами по поверхности браслета, что-то прошептал.

— Еще пара секунд, надо потерпеть, — добавил он слегка извиняющимся тоном.

Филипп не ответил, он только прислушивался к ощущениям. Холод по-прежнему досаждал, но вот вибрация, идущая от браслетов, постепенно сходила на нет, и перестала раздражать немца.

— Все, можете одеваться, — Арнольд отошел, и критически оглядел его с ног до головы.

Филипп торопливо натянул верхнюю одежду, и ему стало немного теплее, но он все еще мерз. Арнольд видимо это понял, поэтому отошел на пару секунд и вернулся с термосом и чашкой.

— Выпейте чаю, вам надо согреться, — он протянул чашку Филиппу, которую тот принял с благодарным кивком.

От горячего чая по телу пошло приятное тепло, и Филипп неожиданно зевнул.

— Грейтесь и слушайте, — начал Арнольд. — «Ятуре» сложный инструмент, все элементы работают в связке и имеют несколько назначений. Кольцо, — он показал на стол, где лежало простое серебристое колечко с гравировкой, — это ключ. Оно открывает выход на блеклые территории. Еще их называют шлюзом. Очки — соответственно глаза, через них странник-технарь способен заметить место, где этот самый выход есть, хотя бы теоретически.

Он помолчал, то ли ожидая вопросов, то ли просто переводя дыхание. Вопросы, конечно, у Филиппа были, но он решил дождаться окончания рассказа, и уже потом уточнить непонятные моменты.

Тем временем Арнольд налил себе чаю, прямо в крышку от термоса, сделав глоток, продолжил:

— Эти браслеты, их еще называют помощниками, позволяют выводить из нашей реальности другого человека. Это будет тот, кого вы будете держать рукой с браслетами, и он сможет выйти вслед за вами.

Арнольд снова замолчал и сделал новый глоток.

— Теоретически, любой кого вы держите за руку, сам становится проводником, и может вот так по цепочке вести еще кого-то, но практически мы этого не знаем, так как эта способность зависит только от того насколько силен ведущий.

— Я не совсем понял, — не удержался Филипп.

— Простыми словами, в теории, если вы окажетесь талантливым странником, то сможет повести за собой целую группу людей, но практически это никогда не проверялось, потому что это рискованно. Уже третий человек сильно рискует, и чем дальше, тем риск больше. Но это я забегаю вперед, — спохватился Арнольд, дайте мне правую руку.

Филипп протянул руку, и Арнольд быстро надел ему кольцо на безымянный палец. Оно оказалось неожиданно тяжелым, намного тяжелее, чем золотое такого же размера, и немец удивился, думая из какого материала оно может быть изготовлено.

— Очки наденьте сами, — сказал Арнольд.

Филипп посмотрел на оставшийся лежать на столе гаджет. Очки больше напоминали обруч, и судя по виду их застегивали на затылке.

— Сзади два усика, — сказал Арнольд, — соединяйте их, контур замкнется и начнется настройка. Может быть немного неприятно, но надо потерпеть.

Филипп осмотрел очки, которые крепились к узкой, гибкой полоске темного цвета. На ощупь материал напоминал кожу, хотя выглядел как обычный пластик. С обоих концов полоски торчали тонкие металлические пруты, вероятно это те самые усики.

— Интересно, — подумал он, — откуда взяли эти материалы? Неужели нашли в карманах?

Но вслух спрашивать он ничего не стал. Просто был уверен, что про происхождение этих устройств, ему все равно никто ничего не расскажет, не его это компетенция.

Филипп приложил стекла к глазам, аккуратно согнул полоску, а затем пальцами нашел усики и на ощупь соединил их. Раздался тихий щелчок, обруч крепко обхватил голову. Несколько секунд ничего не происходило, а затем он увидел, как все предметы в комнате начали светиться. Столы и инструменты отдавали оранжевым цветом, а стены и пол — бледно-голубым. Но вот одна из дверей на дальней стене, казалось, переливалась всеми цветами радуги.

Смотреть на эту игру красок было неприятно, но и отвести взор не получалось. Бледно-синий сменился желтоватым с вкраплениями белого, а затем желтизна ушла. Она постепенно превратилась в болотисто-зеленый оттенок, а белый сменился серым, но потом и серый начал выцветать, бледнеть, а болотисто-зеленый плавно трансформировался в салатовый.

Филипп почувствовал тошноту. Голова закружилась, и чтобы не упасть он схватился за край стола. Вдруг игра красок ускорилась. Теперь в цветовой гамме преобладали зеленые тона, но немцу было уже не до них. Он закрыл глаза, но даже сквозь веки продолжал видеть это буйство красок. Филипп попробовал отвернуться, но тело его сковала предательская слабость и тогда он рванул очки. Сейчас было все равно, останется — ли цел ценный прибор или он сломает его, единственным желанием Филиппа было прекратить издевательское мельтешение.