Юрий Соломин – Возвращение Проклятого (страница 30)

— Молодая, а что?

— Пытаюсь понять, чему подверглась твоя жена, но вряд ли пойму не увидев ее. На самом деле это не так уж важно, давай вернемся к твоему сыну. — Она помолчала, явно что-то прикидывая в уме, а затем спросила, — ты говорил с Магресом?

Миша удивился, Ктана никогда не лезла в его отношения с чародеем, но затем решил, что скрывать ему нечего.

— Не говорил, но уверен, что он знает о том, что я снова вернулся на Землю.

— Значит, я начну с самого начала, — сказала ведьма, — раз уж с чародеем ты не говорил и ничего не знаешь.

— Но начать придется издалека, что ты знаешь о «культе смерти»?

— Ничего такого, — Миша напрягся, — ничего кроме того, что в Этании этих культистов почти нет, а на Земле их представительница стала причиной моих бед.

— Тогда слушай.

***

— Магия смерти принципиально отличается от остальных магических школ. Отличается тем, что тот, кто когда-либо выбрал этот путь, уже не может свернуть с него. Выбравший путь смерти проходит посвящение, отдает себя темному богу, а тот не терпит ренегатов.

Тут Ктана извинилась и исчезла в доме, вернулась через несколько мигов, в руках ведьмы была новая чашка.

— Культисты учатся довольно быстро, это одно из преимуществ магии смерти. Сильные разрушительные заклинания, способность переносить сознание, вселяясь в чужие тела...

— А разве маги и чародеи не меняют тела? — не удержался от вопроса Проклятый.

— Нет. У чародеев и ведьм иные способы долгожительства, — ответила Ктана и сделала глоток. — Из-за кажущейся простоты культ довольно сильно распространен в таких мирах как твой, и в диких магических мирах без сильной центральной власти. А потому он представляет грозную силу, хотя в таких мирах как Этания, чародеи задавили эту заразу. Тут культисты скрываются.

— Зачистили конкурентов? — пошутил Миша

— Культисты в большинстве паразиты, — Ктана не поддержала шутливого тона, — они паразитируют на других людях, высасывают энергию из них... они как упыри, во всяком случае, — поправилась она, — многие из них. А потому культистов признали угрозой и объявили им войну. Но это дела прошлые, я думаю, что тебя больше интересует настоящее.

— Да, — Миша тоже отпил из чашки. — Мне больше интересно, зачем им понадобился мой сын, ты же их имела в виду? Они могут забрать его и не пытаться получить выкуп?

— Да. На твоем сыне была печать смерти. Он был обречен. Есть всего два способа снять печать: первым воспользовался ты, а второй, это если сам темный бог сделает это. Мне неизвестны случаи, когда спасали таких людей, как твой сын

— Круто, — Миша скривился и вздохнул, — ну почему мы такие уникальные?

— Так вот, есть одна старая легенда. Согласно ей, тот с кого сняли печать смерти, является воплощением темного бога, новым мессией культа смерти. Тем, кто объединит под своей рукой всех адептов и возвысит культ смерти до невиданных высот.

— Черт! — ругнулся Миша, — только этого не хватало!

— А с учетом того, что в технологических мирах позиция культа смерти может быть очень сильной, то высока вероятность того, что именно они выкрали Валика, чтобы правильно воспитать нового мессию.

Повисло молчание. Проклятый переваривал полученную информацию, Ктана пила отвар маленькими глотками, периодически поглядывая на гостя.

— Час от часу не легче, — пробурчал он под нос, и снял перчатку.

Закатал рукав, сказал:

— Давай сосуд, расплачусь, после чего привычным движением вскрыл вену.

Ведьма пододвинула к нему пузырек из непрозрачного стекла, и через пару мигов первые капли крови упали внутрь него.

— А ты не знаешь, как можно выйти на этих культистов?

— В технологическом мире, точно нет. В Этании тоже сложно, тут скорее Магрес подскажет. Но ты же путешествуешь не только по Этании?

— Бывает, — осторожно ответил он.

Откровенничать про свои путешествия он не хотел, легко было проговориться и сказать нечто такое, о чем будешь сожалеть.

— Насколько я знаю, в сопредельных с Этанией мирах, культистов давно не видели, но вот чуть дальше, в Картахасе или Шукатале их позиции сильны, там можно найти адептов смерти, но вот как и что ты можешь им предложить, этого не знаю.

— Спасибо, — он встал, — а могу я попросить разузнать о возможных контактах с культистами? Тут, в Этании, или где-то рядом? Ты же много кого знаешь, может есть среди них и потенциальные посредники?

— Михаил, — Ктана тяжело вздохнула, — я советую сначала поговорить с Магресом. Он, я уверена, знает по этому поводу намного больше меня.

— Иными словами ты не поможешь? — спросил он в лоб.

— Приходи через дект, — сдалась она, — но предупреждаю сразу, положительного результата не обещаю. И будет лучше, если ты встретишься до этого времени с высшим. Тогда может и сюда идти не придется.

— Спасибо, Ктана, — он надел перчатку, и вышел из беседки.

Ктана проводила его взглядом, тяжело вздохнула, допила отвар и вернулась в дом.

***

Раздался писк, щелчок электронного замка и дверь бесшумно отъехала в углубление в стене. Филипп вышел во внутренний дворик и достал сигарету из пачки. Моросил мелкий дождик, и немец блаженно подставил лицо под капли. Дождь был редкостью в этой местности. Приютивший их карман был щедр на пыль, жару, тяжелый, спертый воздух. А вот дождь тут был большой редкостью, поэтому Филипп наслаждался, совершенно не боясь промокнуть.

Не торопясь докурил сигарету, бросил ее в урну и уже решил было пойти спать, как вдруг передумал. На ближайшую пару дней он был совершенно свободен, и он решил воспользоваться этим. Вернулся в офис в свой кабинет, подошел к большому встроенному в стену сейфу и набрал код на сенсорном табло. В этом сейфе не было ни денег, ни документов, он изначально предназначался для совсем других предметов.

Вытащил два серебристых браслета, темные очки и кольцо. Все эти предметы работали в связке и позволяли ему видеть невидимое. Именно с их помощью он сумел пройти в тот дом и...

Мужчина вздохнул, он до сих пор не был уверен в правильности своего поступка, сомневался, а стоило ли вообще возвращаться в Аусграбун? Хотя и понимал, что на самом деле у него не было выбора.

Нет, ему никто напрямую не угрожал, но Филипп не сомневался, что если начнет отказываться или попробует сбежать, то у него ничего не получится.

Формально он нарушил правила, был под подозрением, сбежал, да еще и выжил там, где полегли все. Так что удивительным было не то, что ему больше не дадут быть на вольных хлебах, странным было то, что с ним вообще начали говорить.

Его, вместе с тремя молчаливыми парнями, в которых угадывались боевые маги, привезли в глухой, ничем не примечательный офис на окраине Киева. А уже оттуда его провели в карман, где и находилась одна из основных баз, оставшихся после разборок под Киевом.

Там у него состоялся долгий разговор с местным боссом.

— Михаил, — представился тот, — Михаил Синельников.

— Очень приятно, — Филипп пожал протянутую руку. — Что вам нужно от меня? — сразу перешел он к делу.

— Недавняя операция на хорошо известном вам заводе, показала, насколько мы не готовы к серьезным переменам, — шеф тоже не стал ходить вокруг да около. — Потому сейчас мы создаем абсолютно новую структуру и набираем в нее специалистов.

Михаил нажал кнопку вызова, и через несколько секунд в кабинет вошла секретарь. Это была высокая, привлекательная шатенка, в строгом брючном костюме. У нее было приятное лицо и яркие, выразительные, зеленые глаза. Девушка аккуратно держала поднос с двумя чашками и каким-то десертом, а по кабинету сразу разнесся запах кофе. Двигалась она просто грациозно и Филипп поневоле задержал на ней взгляд.

Секретарь оставила кофе на столе, и сразу удалилась, не произнеся ни слова.

— Рекомендую, — хозяин кабинета с удовольствием сделал глоток, — еда в этом кармане довольно дерьмовая, но вот кофе — восхитителен.

— Спасибо, — Филипп взял чашку, — но давайте вы сразу скажете, зачем меня нашли? Я не был особо ценным специалистом, а наказать меня за побег можно было и на Земле.

— Ты ошибаешься, — манера шефа переходить на ты оказалась простой и естественной, — ты, как раз уникальный специалист, и то, что этого не заметили раньше говорит о полностью устаревшей системе отбора кадров.

— И в чем же моя ценность? — Филипп сделал глоток и непроизвольно посмотрел в чашку, кофе действительно был хорош, но имел непривычный привкус.

-Я уверен, что ты странник-технарь, — ответил Синельников и, видя недоуменный взгляд, пояснил, — странники, это те, кто умеют ходить между карманами и мирами, искать дороги и всякие обходные пути. Технари, это те, кого слушаются специальные предметы. Вот, например операторы, это чистые технари. Соответственно странник-технарь, это тот, кто способен воспользоваться специальными приспособлениями и перейти невидимую грань между реальностями.

Филипп не ответил. Он был немного удивлен тем, что сказал хозяин кабинета, и тем как он это сделал. Глаза шефа во время рассказа подернулись какой-то мечтательной дымкой, его лицо расслабилось, и создалось впечатление, что он рассказывает о чем-то личном, причем интересном именно ему.