Юрий Соколов – Трижды проклятый (страница 23)
Что ж, придется просто двигать туда, как буду готов, и собирать дополнительные данные по дороге, по мере приближения.
Едва я закончил, как под навес заглянул Нагибатор.
— Радуйся! — сказал он. — Твое предложение принято. Завтра мы идем на столицу Гинкмара. Сотни Юноны, Рыбафиша и Шампурика уже сегодня выступят в сторону крепости Глим на перехват того мага. С ними отправятся тридцать кастеров Мудовида.
— Тридцать? — удивился я. — У него всего сорок.
— Другие еще непосредственно в сотнях есть… Ты с нами? Или свалишь освобождать духов и выжимать с них причитающееся?
Я посмотрел на Джейн, вернувшуюся вместе с вождем. Ее глаза горели. Зальм временно отошел на второй план. Как и проект по восстановлению ордена Кленового листа. Тут такие события намечаются, что до смерти жалеть будешь, если пропустишь!
— Выжимание духов подождет, — ответил я. — Конечно, с вами пойду. Только монстров хоть некоторых недобитыми оставляйте, чтоб мы с Женькой не скучали.
— Годится! Качайтесь в тылах как можете.
Через час лагерь заметно опустел. К вечеру командиры ушедших сотен прислали связное заклинание типа «сорока», доложив о выходе на Западную военную дорогу. Крестьяне ушли в деревню озадаченные, обдумывая инструкции Мудовида. Часть взрослого населения деревни — кто пожелает — вскоре превратится в каменщиков и начнет по мере сил строительство памятного храма Сехмет на месте некрополя. Материалом послужат сооружения самого некрополя. Столько пустых склепов оставлять бесхозными нельзя: их заселит нечисть. После возведения храма зодчие, как и прочие члены общины, навсегда останутся его смотрителями. И смогут в будущем кормиться в том числе и за счет приношений паломников. Достойнейшие станут жрецами.
— Ох, испортит их это! — посетовал я. — Сами не заметят, как из честных тружеников превратятся в хитрожопых толстопузов.
— Что-то их так и так испортит, — сказал Нагибатор. — Кончилась их обособленная житуха. Пусть хотя бы помрут богатыми, — а сильно расслабляться им Сехмет не даст. Храм-то будет не рядовой, а в честь нашего завета с ней. И хитрожопости сверх меры она тут не потерпит.
Минула ночь, занялась заря. С первыми лучами солнца войско непобедимых покинуло некрополь. Обоз шел в средине растянувшейся по лесу колонны. Мы с Джейн ехали в головной сотне. Я — как свадебный генерал, больше для красоты, и чтобы посмотреть на начало операции. А моя подруга — из практических соображений. Только у нее имелась подробная карта местности. Вокруг столицы в ее время находилось семь городов. Естественно, с момента смерти Джейн гинкмарцы могли еще понастроить, но она полагала, что этого не произошло. Семерка считалась в королевстве числом священным, и в самой столице было именно семь ворот.
— Самое то! — радовался Нагибатор. — Реорганизованным сотням сработаться надо, чтоб превратиться в полноценные отряды. Как раз по городу на каждую, для разминки.
К сожалению, детали с карты Джейн не поддавались копированию в карты непобедимых целиком и сразу. Вождю и шаману приходилось перетаскивать их себе постепенно и позже передавать подчиненным.
Походные порядки клана выглядели внушительно. Куда ни глянь — элита из элит, сплошь воины и маги с развитием за сто уровней. И снаряжение соответствующее. И маунты, и петы… Дракона пока из кристалла не распаковывали, чтоб не дай бог не пришлось упаковывать обратно. Большая скотина, еды нужно много, поляны для взлета и посадки.
Редкие вначале, нападения монстров учащались. Упыри атаковали колонну поодиночке и группами, но это было все равно что плескать на бронепоезд водой. Тот даже ржавчиной не покроется, если добротно покрашен.
Вскоре впереди завиднелись развалины первого города. Головная сотня подтянула хвост и начала раздаваться вширь. Мы с Джейн остановились, дожидаясь, пока окажемся в последних рядах. Сзади соратников и нас подстраховывала следующая сотня.
Пять децим одновременно проникли за крепостную стену сквозь ворота и проломы. Изнутри тут же донеслись звуки схваток: свист рассекающих воздух мечей, рев и визг, удары палиц по костяным панцирям чудовищ, клацанье зубов, треньканье тетив луков. Вторая половина сотни поспешила на подмогу первой и тут же погрязла в боях. Прошло полчаса: потерь непобедимые не понесли, однако продвигались вперед медленно.
— Не, так не пойдет! — разочарованно сказал Нагибатор. — До вечера простоим, пока они там управятся.
— Вводи еще сотню, — пожал плечами Мудовид. — Две, если понадобится. Три. Все. Пусть заодно отрабатывают взаимодействие между собой.
Вождь сидел на жеребце побольше Люцифера. Шаман — на медведе. Впрочем, у Нагибатора медведь тоже был. Просто он его пока не активировал.
— Вершите большие дела, — сказал я. — А мы пошли заниматься маленькими.
— Ага, — ответил вождь. — Действуйте.
— Арх! — позвал Мудовид. — Послеживай за нашими друзьями. Вляпаются — дай знать ближайшей к ним дециме.
Две сотни уже брали город в «клещи». Третья совершала обходной маневр, готовясь выйти под стены с противоположной от нас стороны. Мы с Джейн въехали в ворота — оба верхом: впрочем, я сразу спешился. Давно научился биться в седле, однако порой меня тянуло ощутить под ногами твердую землю вместо дурацких стремян. И следовало продолжать взращивать независимость Люцифера, а это требовало его сольных выступлений.
Весточка сидела в своем привычном убежище — в глазнице костомеха. Некрокиборг следовал за нами с небольшим отрывом. Сегодня я не собирался его использовать, если не припрет. Не терпелось латы Вальдемара проверить. И его дубину. Пока она болталась на поясе, дожидаясь подходящего объекта для испытания.
Ближайшие к воротам улицы были уже зачищены. Бойцы ушли вперед, оставив за собой выпотрошенные трупы монстров. Я осмотрел один — чистая работа. Большего с тела не взял бы и опытнейший маг из обычных смертных. Обжившая развалины домов растительность кое-где пострадала от файерболов, «клинков холода», «касаний смерти» и прочих вундервафель. Картина же в целом ничем не отличалась от того, что мне довелось наблюдать еще в Арнауре, а позже и в десятках других городов, крепостей и замков Гинкмара. Они разрушались лишь до тех пор, пока концентрация нечисти в них не достигала некоего критического уровня. После чего прекращали ветшать, или же соответствующие процессы сильно замедлялись. Черная благодать Мрака — она тоже благодать. Только не для всех и всего. И свои стабилизирующие, а то и созидательные эффекты имеет.
Непобедимые продолжали крошить чудищ где-то метрах в трехстах перед нами. Порождаемый происходящим шум постепенно отдалялся.
— Навели они порядок! — раздраженно сказала Джейн, осматривая окружающий нас статичный пейзаж, на котором ничего не шевелилось. — Здесь только под ручку ходить, сидеть на травке, собирать цветочки, плести веночки.
— Подожди еще, — возразил я. — Город в центре Гинкмара невозможно умиротворить за один проход. Особенно вот так вот, на скоряк. По-любому кого-то пропустили. Если не на поверхности, то в подвалах и подземельях. И какая-нибудь шустрая мразь обязательно прорвется через цепи. А ловить сразу ее не станут. В конце все равно возвращаться и проверять, не воскрес ли кто.
— Убей на всякий случай, — машинально посоветовал я, но тут же спохватился и спросил: — А как оно выглядит?
Я за деревьями и кустарниками плохо видел даже самого коня, и совсем не мог видеть того, что видел он. Однако заметил кое-что прямо перед собой. Глаза. Небольшие, зеленоватые, неподвижно висящие в двух четвертях над землей. Кажется, растущие из нее на тоненьких стебельках.
— Джейн! — позвал я. — Внимательнее смотри вниз.
Совет запоздал. Слой палых листьев перед Варосом словно взорвался, и из под него выскочило существо, похожее на раздавленную катком лягушку ростом с человека. Единорог не растерялся и насадил тварь на свою витую пику. А зря. Монстр тут же вцепился всеми четырьмя лапами в шею маунта Джейн и обтянул тонким телом его голову, лишая противника обзора и возможности дышать.
Я понял, что передо мной и Люцем затаились такие же лягушки. Плоскачи-засадники, как говорилось в профиле первого. Мне-то ничего, а если Люцифер в ответ на нападение решит опробовать рог шанфрона… Предупредить я коня не успел. Благо он смог уловить мои путанные мысли, распутать их и понять.
Джейн освободила Вароса, использовав кинжал как нож. Я шагнул вперед, упал на одно колено и разрубил мечом надвое прыгнувшего на меня плоскача. Он взял слишком высоко, метя передними лапами мне под шлем. А на мой ход отреагировать не успел — и поплатился за то. Правда, меня забрызгало его кровью, да шут с ней. Доспехи Вальдемара самоочищающиеся. После боя все засохнет и отпадет.
Люцифер за кустами топтал своего монстра копытами. Помощь ему не требовалась, и я подошел к Джейн, осматривающей бард единорога. На пластинах критнета остались столь глубокие царапины, что я невольно вздрогнул.
— Будь защита хуже, гад порвал бы Варосу шею, — со злостью сказала девушка. — Ты только глянь, какие когти!
Я покосился на труп убитого ею плоскача, хотя уже бегло осмотрел того, что прикончил. Да, когти у обоих были опасные. Длинные, изогнутые, зазубренные по внутреннему, острому как лезвие краю. И еще ядовитые.